Академия звезд. Истинная любовь землянки - Татьяна Бэк Страница 9

Сердце стучало в груди как сумасшедшее. Я не могла пошевелиться, боясь коснуться его, сорваться и натворить глупостей. И втайне мечтала, чтобы он сам обнял меня, прижал к себе, поцеловал.

Но он даже не дотронулся. Просто стоял позади, обжигая дыханием. Будоража кровь и разум своим присутствием. Да, он прав, черт возьми, я просто не могу остаться спокойно, когда он рядом.

— А если ты выберешь его… — Регнус на секунду замолчал, и его голос стал глухим, словно ему сложно было говорить. — Я разнесу эту планету к дьяволу! Но не трону тебя.

Вздрогнув, я обернулась, выдохнув потрясенно:

— Ты сумасшедший!

Мужчина улыбнулся мрачно.

— Возможно.

И ушёл, не дожидаясь ответа. Оставив меня на балконе одну, пронизываемую холодным ветром, с горящим лицом, с душой, разрываемой страхом… и искушением.

Глава 12

Практика началась спокойно. Преподаватель вывел нас в идеально чистую технологичную лабораторию, где стояли массивные корпуса ремонтных дронов. Мы должны были собрать управляемую схему и внедрить её в систему, чтобы дрон отреагировал на заданную команду. Не могу сказать, что это задание было простым, но сейчас я поняла, что ни в чём не уступаю этим самодовольным студентам, а, может, превосхожу их.

Но пока не пришло время демонстрировать всё, на что способна, ведь ещё слишком мало знаю и не понимаю, откуда берётся эта интуиция, благодаря которой чувствую, что нужно делать. Сейчас было лучше не переоценивать свои силы.

Я постаралась сосредоточиться, отгоняя от себя тяжёлые мысли и неуверенность. Пальцы дрожали от напряжения, но не от страха — от желания доказать, что я не ошибка, не дикарка. Склонившись над панелью, осторожно соединяла проводники, сверяясь с планшетом. По моим внутренним ощущениям всё шло правильно.

— Хочешь помощи? — вдруг услышала я голос сбоку. Нотки превосходства в этом простом вопросе неприятно резанули слух.

Это был Тейлон — светловолосый парень с острым подбородком и насмешливыми глазами. Один из тех, кто с первого дня смотрел на меня с пренебрежением.

— Спасибо, справлюсь, — ответила я спокойно, хотя внутри пробежал холодок.

— Ну-ну. Если взорвётся — зови, — хмыкнул он и ушёл к своему месту. Но я видела: он задержался у моего дрона на секунду. И взгляд был уж слишком сосредоточенным.

Что-то было не так…

Когда система активировалась, я тут же почувствовала всплеск — как будто напряжение скакнуло выше допустимого. Панель мигнула. Внутри корпуса дрона что-то заискрило и загудело. Паника накатила леденящей волной, но я не позволила ей накрыть меня с головой.

— Нет-нет-нет… — прошептала я и потянулась отключить подачу питания.

Но было поздно.

Вспышка. Резкий звук. Дрон зашипел, панель рванула искрами прямо в мою сторону. Я успела отшатнуться, но силовое поле ударило меня в грудь — и вдруг… чей-то весьма ощутимый вес сверху. А затем ощутила тепло, запах металла, кожи и пыли.

Меня сбили с ног, прижав к полу. Надо мной оказалось тело, массивное и мощное. Широкие плечи, сильные руки, сжавшие меня.

— Регнус! — я закричала, вцепившись в него.

Он не ответил. Только глухо выдохнул и обмяк.

Всё закружилось. Крики. Кто-то подбежал. Всё было как в тумане. Регнуса унесли на платформе, лицо его было бледным, губы — сжаты в тонкую линию, а кожа искрилась — остаточная реакция от перегрузки.

— Стойте! Я хочу быть с ним! — крикнула так, что в ушах вновь зазвенело. Сейчас меня никто не смог бы остановить.

Я не отходила от медотсека. Просто сидела у койки Регнуса, сжав в руках ткань своей куртки. Он лежал, подключённый к реген-модулю, грудь едва заметно поднималась.

— Почему ты это сделал? — шептала я. — Зачем?

Красавец не ответил. Конечно, он даже не слышал меня. Хотя почему-то верила, что нужно продолжать говорить с ним, несморя ни на что.

Внезапно дверь открылась. Я подняла глаза — и увидела бледного встревоженного Астора.

Он остановился, не говоря ни слова. Его взгляд скользнул по лежащему брату, а потом быстро перебежал на меня. В его идеально правильном лице не было привычной отстранённости. Только сдержанный гнев… и что-то ещё.

— Он почувствовал, — тихо сказал Астор, подходя ближе. — Всплеск. Твоё сердце. Он успел… Как всегда.

Даже не знала, что сказать. В горле стоял комок, а глаза щипало от наворачивающихся слёз, которые старалась сдерживать.

Астор опустился рядом, облокотившись на перила кровати. Его плечо почти коснулось моего. В этом жесте было столько тепла и поддержки.

— Я видел запись. Это Тейлон. Этот урод подменил один из модулей. Его арестовали и теперь исключение — вопрос времени.

— Мне всё равно, — прошептала я. — Лишь бы Регнус… выжил.

Астор посмотрел на меня. В комнате повисло молчание, долгое и напряжённое.

— Ты ревнуешь? — спросила, даже не веря, что произнесла это вслух.

Он подошёл ближе, остановился у изножья кровати.

— Я не имею на это права. Пока.

Мужчина уже смотрел не на меня, а на руку, которой я держала Регнуса.

— Я пришёл, как только узнал. Думал, сердце вырвется. За него. И за тебя… — горько признался мужчина.

Он постоял так ещё секунду. Потом резко развернулся и ушёл, не попрощавшись.

А я осталась — с рукой Регнуса, зажатой в моей ладони. С сердцем, разорванным между двумя терросами. И с тревожным ожиданием — когда откроются глаза того, кто спас мне жизнь.

Глава 13

Я всё же задремала, уронив голову ему на руку. Медботы давно перестали заглядывать, монотонный писк приборов стал фоном, который убаюкивал, будто колыбельная. Но вдруг ощутила лёгкое движение, а под моей щекой шевельнулся палец Регнуса.

Моментально подняла голову, вырываясь из плена беспокойного сна. Сердце заколотилось, как бешеное, отдавая в висках учащённым пульсом.

— Регнус?

Веки моего спасителя дрогнули. Он поморщился, хрипло выдохнул — и открыл глаза. Серо-зелёные, потускневшие от боли, но живые.

— Чёрт… — прохрипел он. — Сколько… я был в отключке?

— Почти сутки, — прошептала, задыхаясь от радости, с трудом сдерживая слёзы. — Ты спас меня. Ты…

Он попытался приподняться, застонал от боли. Я тут же прижалась к нему, удерживая.

— Не двигайся. Медботы сказали — рана глубокая. Тебе ещё нельзя…

— Ты цела? — перебил мужчина. Голос был всё ещё хриплый, но полный тревоги и непривычной ласки.

Даже не ожидала, что такой гордец умеет быть столь