"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард Страница 359

– Прости, милый. Ты считаешься склонным к побегу, так что буду держать тебя на коротком поводке. Если будешь хорошо себя вести, куплю тебе смузи, когда закончим.

– Если только ты не называешь так бурбон, я воздержусь, – он огляделся, – а где мы?

Жизель остановилась. Куп успел сделать пару шагов, прежде чем понял, что ее больше нет рядом. Когда он повернулся, она стряхивала окурки и мятые стаканы с одной из звезд. Куп подошел и посмотрел на имя, написанное над силуэтом кинокамеры: Катрин Монвуазен.

– Твоя подруга? – спросил он.

– Звезда немого кино. Она умерла задолго до моего рождения.

– Живи быстро, умри молодым и оставь после себя звезду, на которую смогут поссать пьяные. Я думаю, есть худшие способы оставить память о себе, но что-то на ум ничего не приходит.

– Бывший заключенный, который упустил кучу возможностей, потому что…

– Не говори этого вслух.

– Потому что он старая бабка.

– Зато в Новый год на меня не писают незнакомые люди.

– А когда на тебя писают незнакомые люди?

– Оставь свои фантазии при себе, пожалуйста.

– Да, кстати, Катрин вовсе не умерла, – сказала Жизель, – если тебе повезет, я вас познакомлю. – Она опустилась на колени у звезды и нажала на силуэт камеры. Она ушла в тротуар примерно на дюйм, и Куп услышал щелчок, а потом далекое эхо. Жизель опустила руку вниз и открыла звезду, как крышку люка. Куп огляделся.

– Простите, мадам, мне кажется, вы ведете себя неблагоразумно. Мы находимся в публичном месте.

– Расслабься, – велела она, – никто в этом квартале нас не видит. Я затуманила всем мозги на пять минут.

– То есть я могу зайти в магазин и взять бутылку, и никто меня не поймает? Подумай об этом. В «Рузвельте» отличный бар. Можно выпить пару рюмок, а потом вернуться и сказать Зальцману, что мы ничего не нашли.

– Ты боишься идти в Проклятый город? – Жизель наконец посмотрела на него.

– Не боюсь. Просто проявляю разумную осторожность.

– Это умные синонимы слова «Боюсь».

– Я бы предпочел узнать, что там происходит. Ты так и не сказала ничего.

Жизель толкнула звезду так, что та повернулась на петлях и с грохотом упала на тротуар.

– Хочешь узнать? Полезай вниз, ковбой.

– Я не сказал, что хочу туда лезть. Я сказал, что ты мне ничего не рассказала.

– Боже мой, Куп. Чем быстрее мы двинемся с места, тем быстрее ты побежишь домой, поджав хвост.

Он заглянул в дыру.

– Ты пытаешься меня мотивировать? Задеть мою мужскую гордость?

– А это сработало? – улыбнулась она.

– Нет. Но мне нравится, что ты об этом подумала. Пошли.

– Ты первый, – сказала она и ткнула пальцем вниз.

Он отступил на шаг.

– Мне кажется, что у меня нет права говорить, но ни за что.

– Один из нас должен пойти первым, и это точно буду не я.

– Почему?

Она указала на него, потом на себя:

– Я агент. Ты склонен к побегу. Лезь давай.

Куп заглянул в дыру. Внизу была лестница. Он встал на верхнюю ступеньку и стал спускаться. Плечи его едва пролезли в дыру в тротуаре. Свет исчез, когда Жизель вернула звезду на место.

– Не хочешь лезть побыстрее, дедуля?

– Я вспоминаю, как мне нравилось твое общество, – буркнул он.

– И мне.

Куп не видел, куда он спускается, но примерно через минуту почувствовал под ногами твердую землю. Жизель встала рядом с ним.

– Ну и как тебе? – спросила она.

– Если это и есть Волшебная страна, то я слегка разочарован.

– Правда?

Она подошла к стене и открыла в ней дверь:

– Пролезешь?

Он пролез, и она последовала за ним.

Куп встал на месте. Он хотел что-то сказать, но мог думать только что-то вроде «ого» и «это что, летучие мыши?». Они оказались в просторном, ярко освещенном зале, похожем на лобби большого торгового центра. Но это не мог быть торговый центр. Он уходил наверх этажей на десять, а они с Жизель спустились не больше, чем на двадцать футов. Строго говоря, они должны были оказаться по колено в обкусанных веганских блинчиках с тофу и пустых бутылочках из-под солнцезащитного крема, в канализации. Вместо этого их окружало что-то среднее между отелем в Вегасе и домом с привидениями в старом фильме ужасов категории Б. Тут были сверкающие эскалаторы, бары и рестораны, но в затянутых паутиной витринах прятались странные вещи. В центре лобби стоял мраморный фонтан, но фотографировали его зеленокожие туристы с жабрами. Тут были даже летучие мыши, которые медленно летали кругами под потолком, а зомби и суккубы покупали дизайнерскую обувь в дорогих бутиках под названием вроде «Каннибал Клико» и «Бархатный саркофаг».

– Как тебе? – спросила Жизель.

– Уверен, именно это ты представляешь, оставаясь по ночам наедине со своим маленьким вибрирующим дружком.

Она рассмеялась и потащила его к подсвеченной карте у самого большого эскалатора.

– Тут тринадцать этажей. Этот светлый, но есть и темные. А еще мокрые, парные, сухие, видишь? Этажи для всех, где можно найти все.

– Понял. Диснейленд для существ, которые выходят по ночам.

– Добро пожаловать в Проклятый город.

– Спасибо. Без приветственного подарка обойдусь. Подозреваю, что здешняя колбаса придется мне по вкусу.

– Веди себя хорошо, – нахмурилась она.

– Веду. И чем мы займемся теперь? По-моему, там есть бар.

– Туда мы точно не пойдем. Мы пойдем наверх, на верхний темный этаж. Умники из Департамента утверждают, что именно там тусит Вавилон.

Жизель потянула Купа к эскалатору, но он встал как вкопанный.

– Что еще?

– Думаю, ты не хочешь мне сказать, что происходит на темных этажах?

Она пожала плечами:

– Ну, всякое. Вампиры, оборотни, другие создания, имен которых я не знаю. Все, кто любит тьму и ночь.

Куп кивнул:

– Да, конечно. Знаешь, я сталкивался с вампирами только в тюрьме, и они мне не понравились.

– В тюрьме хороших людей не бывает. – Она тянула его к эскалатору. – Все же попадают туда за дело, правда?

– Конечно. За дело. Но я людей не кусаю.

– Расслабься. Тут все ведут себя как следует. Это первое правило Проклятого города: будь хорошим или хотя бы притворяйся.

– Ну да. Примерно как в тюрьме. Думаю, справлюсь.

– Обязательно.

– Только если кто-то попытается съесть меня или выпить мою кровь, я заберу тебя с собой.

– Джентльмен до мозга гостей.

Они сошли с одного эскалатора и вступили на другой.

– С джентльменом я согласен, – сказал Куп, – но вот насчет мозга костей волнуюсь.

– Не бойся. Я брошусь на твою защиту.

– Ты просто вынуждаешь меня во что-нибудь вляпаться.

Жизель рассмеялась. Купу понравился ее смех, но он тут же возненавидел себя за это. Потом он вспомнил, что она по большому счету его надзиратель, и развеселился.

Но смеялась она красиво.

Двадцать четыре

Они миновали еще пару этажей, похожих на лобби. Темные и светлые витрины. Скамейки, на которых сидели люди (или существа, похожие на людей). Несколько раз мимо пролетели привидения с призрачными пакетами в руках. Куп увидел группу женщин-птиц, таких же, как в Департаменте. Пару магазинов для зомби. Не меньше дюжины разных человекообразных и не очень созданий, прогуливавшихся, прямо как толпа в «Беверли-центре». Куп даже не знал, как некоторые из них называются, и чувствовал себя глуповато. Если Жизель права и он принадлежит этому миру, то он многое пропустил. С другой стороны, что бы изменилось, если бы он знал об этом диковатом месте у себя под ногами? Он был вором. Рабочей скотиной. Даже если бы он знал, где найти крылатых, пучеглазых, змееподобных существ, прихлебывающих кофе с мороженым, его работа бы легче не стала.

– О чем ты думаешь? – спросила Жизель на следующем эскалаторе. – Я все еще тебя смущаю?

– Типа того. Я понимаю, что имел в виду Ник, называя это место…

– Не говори это слово.

– Не буду. Честно, я не знаю, что и подумать, поэтому пока помолчу.