"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард Страница 318

Когда она тянется к нему, Аэлита изворачивается и бьёт её ногой в лицо. Хватает ящик и выбегает из комнаты. Я поднимаюсь на ноги и помогаю встать Бриджит.

— Какого чёрта ты на самом деле здесь делаешь? — спрашиваю я.

Бриджит возвращается к Блэкбёрну, а я падаю в кресло, в котором она сидела. Моя грудь горит, но я могу дышать. По меньшей мере пара пуль всё ещё внутри меня, но доспех помогает мне держаться.

— Я навещала Сарагосу, — отвечает Бриджит. — Туате, как он сказал, какое-то время нездоровилось. Он был так подавлен. А моя карьера складывалась не так хорошо, как, возможно, я заставила тебя поверить. Он познакомил меня с людьми.

— Что там было насчёт души его жены?

— Её забрал торговец душами Ходжа Насреддин, — говорит Блэкбёрн. — Но я знаю, что это было по приказу Аэлиты. Я назначил её главой службы безопасности. Это позволяло ей находиться рядом.

— Где сейчас душа?

Он пожимает плечами.

— Где вы прячете душу?

— Итак вы, мудачьё, убивали мечтателей, чтобы управлять реальностью, и использовали для этого Бесёнка. Это тоже была Аэлита?

Блэкбёрн кивает.

— А кто контролирует Бесёнка?

— Остерберг.

— А кто контролирует его?

— Аэлита.

— Уверен?

— Вполне, — отвечает Блэкбёрн.

— Семья Тэдди обладала властью и потеряла её. Он не Саб Роза, но мыслит, как один из них. Для него статус — это всё. В его коллекции был злобный маленький призрак, и он выпустил его ради Аэлиты, чтобы остаться в синоде, — говорит Бриджит.

— Это неправда. Призрак не его. Я в этом уверен.

— Мне известно, что он контролирует эту девочку. Это всё, что имеет значение, — говорит Блэкбёрн.

— В этом есть какой-то извращённый смысл. Кто-то дал ему власть над этим призраком, но не отдал ему самого призрака. Таким образом, когда я спросил, принадлежит ли она ему, он смог ответит «нет», и я не обнаружил лжи.

— Выглядит как образ мыслей Аэлиты.

Блэкбёрн знакомым мне жестом похлопывает себя по карманам. Я бросаю ему «Проклятие». Он смотрит на пачку. Ему не нравится, что он не узнаёт бренд. Но нищие берут то, что им дают. Он достаёт одну и бросает пачку обратно.

— Мне говорят, что Бесёнок убивал людей, которые не были мечтателями. Ты или Аэлита отдавали такой приказ?

Он качает головой и закуривает сигарету. Кашляет и собирается потушить. Бриджит забирает её у него и осторожно затягивается, словно учит его, как это делается.

— Я никогда не приказывал ей убивать.

— Джимми, я была подругой Блэкбёрна, но до сегодняшнего дня ничего не знала об этом. Пожалуйста, поверь мне.

Мне нужно минутку подумать. Блэкбёрн идёт туда, где сидит его жена, берёт за руку и держит в своих ладонях.

— Верю.

— Думаю, я знаю, зачем убивали других людей, — говорит она.

— Продолжай.

— Если бы я знала о Тедди, клянусь, то сама бы тебе сказала. Я думала, что он мёртв.

— Почему?

— Потому что я пырнула его ножом почти три месяца назад. Я не знала, что он жив, пока Сарагоса не сказал мне, что тот был в синоде.

— Почему ты пырнула его?

Бриджит отводит взгляд. Никогда прежде не видел, чтобы ей было так неловко.

— Он хотел съесть меня, — отвечает она, пожимая плечами. — Тедди — упырь. Он ест мёртвых, но никогда не ел восставших. Хотя я не была настоящим зомби, но была настолько близка к этому, насколько вообще возможно, и он захотел меня. Я считала, что убила его.

— Аманда говорила, что Тедди ограбили. Должно быть, он так сказал. Кто-нибудь ещё знал об этом?

— Не думаю.

Я вспоминаю детей-оборванцев в Тенебре. Они так напуганы, что объединяются в банды и избегают других призраков. Я вижу их ножевые порезы и раны в форме полумесяца. Следы укусов. Я встаю и ощупываю рёбра. Доспех спас меня, но внутри что-то мокрое хлюпает о что-то другое, и тяжело дышать. Всё в порядке. Тедди не похож на спринтера. Если он побежит, я возьму его маленький гольф-кар и начну гоняться за них по кладбищам, пока у него не лопнет сердце.

— Я пойду с тобой, — говорит Бриджит. — Я чувствую себя мёртвой внутри, и полагала, что это из-за укуса. Но это не так. Это из-за потери охоты. Когда ты перебил всю нежить, моя жизнь потеряла смысл. Теперь, снова сражаясь, я чувствую себя живой. Позволь мне пойти с тобой, и мы вместе убьём Тедди.

Ага. Кэнди конечно же будет не против, чтобы с нами увязалась поцеловавшая меня в баре женщина. Может, даже, они пощебечут по-девичьи о туфельках по дороге в Малибу.

— Если хочешь вернуться в игру, я не против. Но с Тедди я справлюсь. Мне нужно, чтобы ты доставила этих идиотов в какое-нибудь безопасное место. Если Аэлита вернётся, мне не хочется, чтобы она взяла в заложники королевских мудаков.

Она кивает.

— Просто убедись, что на этот раз Тедди умрёт.

— Это я могу обещать. Я порежу его на маленькие кусочки и похороню вместе с Бесёнком. Посмотрим, как они уживутся друг с другом в Тенебре.

Я оглядываюсь на Блэкбёрна.

— Мне жаль душу твоей жены. Не знаю, что с этим делать, но, если что-нибудь придёт в голову, я дам тебе знать.

Он кивает и обнимает её за плечи.

Боль есть боль, и иногда даже богатых и могущественных наёбывают. Я хочу ненавидеть Блэкбёрна, но не могу. Для этого он слишком жалок, а его жене слишком хреново. Но часть меня всё ещё хочет снести ему башку. Из-за него умерли все те люди. Из-за него умерла Пэтти. Та моя Сэндмен Слимовская часть, что перебила дюжины знатных семейств, хочет отыграться на его шкуре. Но здесь не Ад, и я больше не полноценный Сэндмен Слим, не больше, чем полноценный Люцифер. Займусь всякими Тедди. Этими трусливыми монстрами. Монстр знает о другом монстре, а настоящий монстр знает, кто из них должен умереть.

При виде меня Кэнди вылезает из машины. Я дышу лучше, но иду медленно.

— Что там произошло?

— Забыл дать горничной чаевые, и она застелила кровать коротким одеялом.

— Ты в курсе, что весь в крови?

Я опускаю взгляд на рубашку и доспехи. Я в полном раздрае. Если бы я не был мной, но, наверное, встревожился бы.

— Не волнуйся. В основном она Каира.

— Ты держишься за бок.

— Меня пару раз щипнули, но я в порядке. Просто болит.

Она открывает дверь «Метро».

— Садись в чёртову машину. Едем в клинику.

Я качаю головой.

— Я еду к Тедди Остербергу. Я не позволю этому трупоёбу ещё кого-нибудь убить. Если собираешься принимать участие в моих делах, тебе придётся понять, что так иногда бывает. Я и раньше истекал кровью и получал травмы, но это ни черта не помешает мне закончить работу.

Она уходит, разворачивается и снова возвращается.

— Ты такой долбоёб. Держу пари, ты никогда не останавливаешься и не спрашиваешь дорогу.

— Если бы я останавливался и спрашивал дорогу, я бы не оказывался так часто в Аду, и в чём, в таком случае, веселье?

Кэнди садится в машину, что неплохо, потому что земля дрожит и раскрывается в том месте, где она стояла. Я подхожу к краю дыры.

— Черри, не сейчас.

— Девочка в ярости. Ты должен спасти нас.

— Здесь наверху тоже. Она не остановится, пока я не доберусь до Тедди, так что заползай обратно в свой ящик и спрячься.

— Если ты не убьёшь её, я никогда не оставлю тебя в покое. Я вытащу из-под тебя пол, и брошу тебя так глубоко, что ты станешь калекой…

Я сажусь в «Метро», пока Черри продолжает говорить. Травен выглядит слегка встревоженным.

— Ты говорил с дырой. Зачем?

— Иногда нужно напоминать покойникам оставаться покойниками. Возможно, я её обидел. Переживёт.

— Кто?

— После того, как мы разберёмся с Тедди, я всё вам расскажу. А теперь, пожалуйста, можем мы просто попиздовать отсель?

Травен заводит машину и отъезжает от Блэкбёрнов, направляя нас в Малибу.

— Почему мы так сильно ненавидим Тедди, что должны ехать туда прямо сейчас, вместо того чтобы подлатать тебя?

— Тедди убивает людей и съедает их, и не знаю, в таком ли порядке он это делает. И если он продолжит убивать мечтателей, миру конец.