Горизонт Событий - Вадим Фарг Страница 15

Трущобы нижнего яруса встречали нас недружелюбно. Здесь не было неона, золота или очищенного воздуха, а когда створки лифта разъехались, в нос тут же ударила вонь. Пахло гниющими водорослями, ржавчиной и тотальной безнадёжностью. Давление миллионов тонн океанской воды ощущалось даже сквозь стены защитного купола, заставляя металл трещать и гудеть. Трубы, как и говорила Кира, постоянно подтекали, образуя под ногами скользкие лужи.

Мы пошли по запутанным переулкам, стараясь держаться в тенях и аккуратно переступая через бродяг, которые спали возле отопления. Мой симбиот пульсировал, методично сканируя каждый угол на наличие угроз. Ани скользила рядом со мной бесшумно и плавно, словно призрак, а стелс-костюм делал её почти невидимой. Её эмпатия работала как радар, безошибочно отсеивая работяг от корпоративных шпионов или убийц.

— Тут столько боли, Влад, — тихо произнесла Ани, поморщившись и потерев виски. — Они тут просто гниют заживо, и я чувствую их отчаяние. Это сводит с ума.

— Держись, — я ободряюще коснулся её плеча, стараясь передать немного спокойствия. — Мы здесь не для того, чтобы спасать всех подряд, нам нужны только координаты.

Тот самый телепатический голос, который недавно позвал меня в приёмном зале амфибий, снова зазвучал в голове. Он словно тянул меня за невидимую нить, уверенно ведя сквозь лабиринт трущоб. Вскоре мы вышли к водоочистительной станции, которая давно выглядела заброшенной. Внутри среди гудящих труб и пустых резервуаров нас уже ждали.

Вождь сопротивления оказался старым гуманоидом. Его серая кожа была покрыта шрамами, а в глазах читалась усталость поколений. Он сидел на ящике из-под имперских пайков и чистил лезвие гарпуна. Вокруг него в тенях прятались люди: десятки оборванных, но вооружённых повстанцев взяли нас на прицел.

Один из них, парень с кибернетическим глазом, дёрнул стволом винтовки.

— Ни с места, корпоративные псы! — крикнул он срывающимся голосом.

— Отставить, — хрипло произнёс старик, откладывая оружие в сторону, и его голос прозвучал точно так же, как тот телепатический шёпот в моей голове. — Вы всё-таки пришли. Те самые безумцы, что ищут наследие Древних.

— Меня зовут Влад, а это Ани, — я спокойно вышел вперёд, подняв руки. — Ты сказал, что Бездна помнит. Нам нужны координаты артефакта, Ты поможешь?

Вождь горько усмехнулся, обнажив ряд сточенных зубов, тяжело поднялся на ноги и подошёл к иллюминатору. За потрескавшимся стеклом клубилась океанская тьма.

— Эти жабы наверху считают всё это сказками, — произнёс он, вглядываясь во мрак. — Они верят только в юны Империи и свою безнаказанность. Но мы знаем правду, мы — дети дна. То, что вы называете «Звёздной Кузней», действительно существует. Она покоится во впадине глубоко под этим городом.

Он замолчал, давая нам осмыслить услышанное, и Ани подошла ближе к стеклу.

— Там бушуют чудовищные водовороты, — мрачно продолжил старик. — Давление в тех местах такое, что с лёгкостью плющит военные субмарины, сжимая их как фольгу. Империя сунулась туда триста лет назад, потеряла пару крейсеров вместе с экипажами и решила, что игра не стоит свеч. Эти трусы объявили место мёртвой зоной, а артефакты назвали бреднями стариков.

— Но координаты безопасного пути у тебя есть, — утвердительно сказал я.

Повстанцы вокруг нас зашевелились, и оружие в их руках предательски дрогнуло.

— Есть, — медленно кивнул вождь. — Наши предки веками изучали эти воды и составили карты безопасных течений. Я дам их вам. Но вы должны понимать, чужаки, что в этом мире у всего есть цена. Никто не помогает просто так.

Ани мгновенно напряглась и коснулась пальцами рукоятей своих виброклинков, готовая в любую секунду сорваться с места. Я коротким жестом попросил её успокоиться.

— Чего именно ты хочешь? — прямо спросил я. — Оружие корпоратов? Денег? Топливо для генераторов? Назови свою цену, и мы договоримся.

Вождь отрицательно покачал головой, поднял палец и указал наверх, туда, где сверкала неоном верхушка Нео-Атлантиса.

— Мне не нужны ваши деньги, — с презрением выплюнул старик, и в его сгорбленной фигуре вдруг проступила былая, ныне растоптанная гордость. — Заберите их себе. Я хочу совершенно иного… Я хочу, чтобы вы помогли нам свергнуть этих проклятых узурпаторов и утопить в их же собственной слизи.

Он оперся на длинный гарпун, заменявший ему трость, и его глаза, привыкшие к вечному полумраку, блеснули яростью.

— Вы думаете, мы всегда были такими? Крысами, прячущимися в недрах? Нет. Пока не явились Имперцы. Они подмяли под себя весь наш мир, жадно выкачивая ресурсы, словно паразиты. А когда им надоело марать руки, они посадили на трон этих склизких тварей — амфибий, сделав их своими цепными псами и марионетками. Нас же, истинных хозяев этих мест, они скинули сюда, на самые нижние уровни. Заставили гнить в зловонных помойках и работать на износ за жалкие пайковые водоросли в токсичных шахтах, где ядовитые испарения разъедают лёгкие за пару лет.

Старик закашлялся и на его губах выступила тёмная кровь. Он смахнул её грязной тряпкой и продолжил, понизив голос до зловещего шёпота:

— Тех, кто пытался воспротивиться имперской власти в самом начале, они показательно и жестоко покарали. Сдирали кожу заживо на главных площадных ярусах, растворяли в кислотных резервуарах на глазах у семей. И сейчас по улицам города рыскают их карательные рейды. Тяжело бронированные имперские солдаты и жабы-мутанты убивают без суда и следствия любого, кто косо посмотрит на патруль, любого, в ком они почуют хотя бы искру неповиновения. Нас просто истребляют ради устрашения. Помогите нам уничтожить личную охрану амфибий, прорвать оцепление и взять власть в городе в свои руки. Сделайте это, и клянусь своей жизнью — карта Бездны станет вашей.

В сыром помещении повисла тишина, нарушаемый лишь капелью воды. Повстанцы прятались в глубоких тенях, с робкой, отчаянной надеждой ожидая моего ответа. Их худые руки судорожно сжимали кустарно собранные плазменные резаки и куски арматуры.

Ани, стоявшая чуть позади, бросила на меня тревожный взгляд. Её эмпатический дар сейчас был для неё настоящим проклятием: она буквально захлёбывалась от транслируемой ими боли, унижения и страха. Девушка дрожала, неосознанно прижимая руки к груди, искренне желая броситься на помощь этим несчастным. Её человеческое сострадание рвалось наружу, требуя немедленных действий.

Но в моей голове уже проснулся безжалостный цифровой код Вазара. Он мягко, но непреклонно оттеснил все человеческие эмоции на задний план, гася зарождающуюся жалость и уступая место логике и расчёту.

Перед мысленным взором развернулась полупрозрачная тактическая карта секторов. Вазар мгновенно просчитывал численность охраны