Три товарища - Алексей Викторович Селютин Страница 116

— Молодец, сынок. Молодец, — поддержал отец. — Ты проделал такой долгий путь. Такой сложный… И всё же у тебя получилось. Ты смог пронести мечту через года и осуществил её.

— Да, только теперь пусть не забудет вернуться, — вставила пять копеек сестра. Сегодня она была счастлива как никогда. Не только потому, что брат разрешил родителям прилететь, но и потому, что решил стать на путь примирения. Для неё это много значило.

Айсберг таял, а злой трактор, ранее всегда прущий напролом, превращался в плюшевого мишку. По крайней мере Алексею так казалось, когда эмоции захлестнули его. Он не ожидал такого. Не хотел становиться мягким. Но всё же сдержаться не удалось. Осознание того, куда они отправляются и насколько велик шанс не вернуться обратно, заставило его посмотреть на своё прошлое под другим углом. Сейчас он сам верил, что сможет забыть. Забыть и отпустить.

— Я рад, что вы прилетели. По-настоящему рад. И хочу прямо в глаза сказать: между нами нет больше ненависти. Что было, то прошло. Начнём с чистого листа.

Услышав эти слова, мать вновь разрыдалась. Отец тоже не смог сдержать слёз. Родители смотрели на сына по-новому. Будто истинное рождение случилось именно сейчас, а не двадцать два года назад.

Неожиданно раздался длинный гудок. А затем девушка, обладающая приятным голосом, сообщила на весь зал, что началась посадка на транспортный корабль, отбывающий на Луну. Пассажирам рекомендовано поторопиться.

— Всё, мне пора, — Алексей без труда выбрался из объятий.

— Береги себя, сынок, — сказал отец. Мать рыдала, а потому не смогла сказать даже пары слов. Похоже, без успокоительного ей не обойтись.

— Удачи, братишка, — сестра ещё раз крепко его обняла.

— Я вернусь. Обещаю. И тогда мы попробуем построить всё сначала, — он ткнул сестру в плечо кулаком. — Держите кулачки.

Алексей поднял с пола вещмешок, обернулся, увидел ожидавших друзей и помахал им рукой.

— Ни пуха ни пера, — пожелала сестра.

— К чёрту, — он улыбнулся и направился к друзьям.

Но на полпути его перехватили. Громкий голос звал его по фамилии. И этот голос он сразу узнал.

— Лейтенант Телегин! Лейтенант! Подожди!

Яростно рыча и размахивая руками, прорывалась через плотную толпу провожающих Зинаида Синицына. Хоть она успела вовремя примчаться, всё же боялась опоздать. Боялась не успеть сказать те слова, которые должна была сказать ещё на базе. Тогда она всё ещё сомневалась. Но теперь в её сердце не было сомнений.

— Вот это поворот, — прошептал Алексей. Он увидел Зину, пробивающую себе путь к кордону, и поспешил навстречу. И встретил её, когда она повисла на крепких руках солдат бесцеремонной охраны.

— Пожалуйста, сохраняйте спокойствие. Не пересекайте черту, — очень вежливо произнёс один из солдат.

Но Зина всё же смогла вырваться и крепко обняла Алексея. От переполнявших его неожиданных эмоций он едва не задохнулся.

— Не ожидал. Не ожидал тебя здесь увидеть, — сказал он истинную правду.

— Я зря слишком долго думала, — она всё ещё тяжело дышала. — Но всё же успела не позволить себе совершить ошибку, лейтенант.

— Я, кстати, уже старший. Не просто лейтенант, — Алексей чувствовал себя слишком странно. Сам себе он не мог объяснить, что с ним происходит. А потому сработал защитный механизм: он пытался юморить и красоваться.

— Будь ты хоть адмиралом, мне это совершенно безразлично, — Зина отстранилась и по-доброму улыбнулась. — Я обманывала тебя, когда говорила, что прохладно отношусь к серьёзным отношениям. Я просто ещё не встретила того, кто будет к этим отношениям готов. К отношениям с той, у кого есть ребёнок… Послушай, — она безумно волновалась, а потому крепко сжала пальцы Алексея. — Я понимаю, конечно, что намного старше тебя. Но если ты будешь не против… Если захочешь… Я буду рада попробовать построить эти отношения с тобой, — её ледяные пальцы мяли крепкие мужские пальцы. — Но для начала… Для начала ты должен вернуться. Вернуться живым.

Ничего подобного Алексей не ожидал. И, конечно же, к такому готов не был. Он смотрел на встревоженное лицо женщины, смотрел на вьющиеся русые волосы, видел немую просьбу в голубых глазах и только теперь осознал, что ему действительно есть ради чего жить. Ради чего возвращаться. Эмоции, которые он никогда не испытывал по отношению к женщине, переполняли его.

— Я рад буду попробовать, — уверенно произнёс он, протиснулся через уже не такие крепкие руки охранников, которые прекрасно всё слышали, и обнял Зину.

— О большем не прошу, — задыхаясь прошептала она. — Ты только вернись, — затем разорвала объятия, понимая, что ещё немного и не справится с чувствами. — Наудачу, — она чмакнула Телегина в щёку, резко развернулась и начала прорываться сквозь толпу. По её лицу текли слёзы.

Алексей одолевали незнакомые ранее чувства. Эдакая счастливая грусть, что ли. Он одновременно грустил и улыбался. Жалел, что у него не было достаточно времени, чтобы получше узнать эту женщину, и радовался, что всё же она сделала первый шаг. Решилась и не испугалась.

Он опять поднял вещевой мешок и подошёл к друзьям, которые стояли у стеклянных створок. Никто из них не сказал ни слова. Они всё видели и просто молча обняли друга.

— Ну вот и всё, — из-за чересчур крепких обнимашек Алексею показалось, что он шмыгнул носом. Но сегодня он был готов простить себе любую слабость. — Теперь только вперёд.

Пилоты Телегин, Терехов и Тищенко не оглядываясь прошли через стеклянные двери и зашли в приземистый автобус, который должен отвезти их к стартовой площадке. Они заняли место у широкого заднего окна, стояли и молча смотрели на удаляющееся здание космопорта, когда автобус увозил их всё дальше и дальше. Все трое прекрасно понимали, что, возможно, не смогут выполнить обещания, данные родным и близким. Они понимали, что дальше их ждёт лишь неизвестность.

КОНЕЦ