264 - Илья Тауров Страница 60

— Юттунила будет сам их содержать, пока у него хватит денег, очевидно, — спокойно отвечал Стивен Василевский.

— И их хватит на год? — Келлис в мгновение переключался от злобной гримасы до издевательской улыбки.

— Думаю хватит на несколько месяцев, а там посмотрим, — вежливо говорил глава ЧВК Чёрный пёс.

— Я дам на это деньги тоже, — вступила в разговор Залия, — у меня ещё есть некоторое количество средств, я знаю лично Сакари Юттунилу, я как никто в курсе его дел в Южной Америке, тут всем очевидно, что для того чтобы достать Андрея из Финкорпа мы не случайно обратились именно к Сакари, так как наш первый вариант был убит. Но и я же в курсе, что этот человек никого не предаст первым. Мой брат обманул его во всём, в чём дал обещания. При этом ищет этот человек — по большому счёту, только легализации. Дайте ему общие права со своими гражданами, не врите и вы получите самого преданного воина, который вероятно, хочет отомстить моему брату, который, как бы унизительно это не звучало, будет хотеть ещё и выслужиться перед вами. Надеюсь последнее предложение останется между нами.

Екатерина Елизарова смотрела на Залию, то ли с испугом, то ли с гордостью, потому что не планировала подобного, а Андрей был в очередной раз благодарен. После неё он добавил:

— Не знаю весомо ли это, но он всегда избегал мне рассказывать о том, что он делал в Южной Америке, то есть он не гордится своим пребыванием там.

— Давай я тебе расскажу, что он делал в Южной Америке, — почти прорычал Александр Келлис, — после последней войны, когда Китай установил в Южной Америке свой протекторат, картели, которые там заправляли всем до этого не хотели мириться с таким положением дел. Так как производства оружия запрещены, как и держать регулярные армии, а мы, в СФРА, подобные конвенции не подписывали, то китайцы с помощью лазеек в своих же законах придумали такой вот способ: нанять наши ЧВК для войны с картелями в Америке. А картели в Америке постоянно запрашивали помощи у своих коллег в Европе и в Африке, там они постоянно добывали схемы разного оружия, а потом печатали его и программировали. Это если говорить о современности, раньше было чуть иначе. А вот род твоей подружки поднялся на том, что проводил сделки для картелей, обелял их деньги. Тот гном Туве, которого ты вероятно помнишь и которого пристрелили свои же, тоже был представителем одной из южных династий, оттуда эта дамочка и знакома с Сакари. А теперь она тут благородно готова тратить свои деньги. Спасибо.

Последнее слово Келлис иронично бросил Залии.

— Я ничего никому не обеляла и никаких счетов не проводила, я не виновата, что родилась в той семье, а деньги с которыми я приехала сюда точно не от наркотиков, не уверена, что мне хотя бы один токен достался оттуда, — спокойно, но твёрдо ответила Залия.

— Все деньги которые есть в вашей семейке извр… — Келлис оборвал себя на полуслове, — все ваши деньги — комиссия от наркобизнеса, если на основе их вы заработали на чём-то ещё, то в целом это ничего не меняет.

— Как только я найду способ перевести свои грязные биткоины сюда, львиную долю я отдам бюджету СФРА, — заявила Залия, — только попрошу, чтобы твоему ЧВК ничего не досталось.

— Думаю Каниджи не откажется от такой сделки, — сказала Елизарова про министра экономики.

Споры со взаимными уколами и укорами продолжались ещё несколько часов, однако завершились они в пользу Андрея, который всё время сегодня пытался сохранять хладнокровие, правда иногда он изо всех сдерживал себя от того, чтобы не вступить в драку с Келлисом, но умом понимал, что тот говорит вполне справедливые вещи, особенно с учётом новых деталей о биографии Залии. Вот только не договоренное про “извращенку” Борисова кольнуло и запомнилось, очевидно запомнилось это и Залии. Но сегодня шлавное, что в итоге единогласно было решено оставить Сакари и его людей здесь, и как следствие принять их в Чёрный пёс. Снабжать новобранцы будут себя самостоятельно, за счёт своих денег и денег Залии, когда финансирование прекратится, то на совете снова решится, что с данными людьми делать.

Декабрь хоть и выдался тёплым, однако на десяти градусах выше нуля всё равно можно околеть, особенно если стоять неподвижно многие часы под открытым пасмурным небом. Почти все разъехались, остались только женщины, Андрей и Василевский, тот скомандовал караулу прекратить держать гостей под прицелом, сегодня разместить их по расположениям пограничников, а любую агрессию в сторону новобранцев ЧВК Чёрный пёс, расценивать и пресекать согласно закона. Андрей дослушивал этот приказ покидая здание, Залия и Екатерина решили остаться здесь, а пилот Кальмара пошёл на поиски своего друга.

Он быстро преодолел почти километр разделявший здание и плац на котором люди в серой форме ЧВК Чёрный пёс координировали людей одетых как угодно. Возможно их форма когда-то и была приведена к единому образцу, но путешествие по финской природе сделало своё дело. Попав в вяло кишащую толпу Андрей стал глазами скользить по солдатам в поисках высокого короткостриженного финна. И вот его глаза зацепились за знакомое лицо, вроде это он, но волосы какие-то длинные, какой-то слишком худой, да и не искрит оптимизмом как обычно. “Да наверное перепутал”, - думает Андрей и продолжил искать дальше, но вскоре взглядом снова возвращается к тому человеку, слишком уж целенаправленно тот двигался в сторону Борисова. И чем ближе, тем очевиднее было, что это никто иной как Сакари Юттунила. Теперь уже и Андрей шёл в его сторону, Борисов хотел пожать другу руку, когда они сблизились, но тот врезал ему по ладони отбросив её в сторону заключил Андрея в свои крепкие объятия, Борисов только подумал, что Сакари всё-таки выбрал более правильный способ приветствия и ответил тем же.

— Теперь и ты спас меня, — говорил новобранец ЧВК Чёрный пёс, который ещё не знал об этом, и теперь Борисов окончательно узнал товарища, потому что будто бы и огонь снова вспыхнул в этих голубых глазах.

За прошедшие месяцы Сакари обзавёлся волосами соломенного цвета, которые почти доставали до плечей, вместо бороды у взрослого мужчины на лице всё ещё рос только подростковый пушок, а ещё от него невыносимо воняло потом и изо рта. Будто отвечая на незаданный вопрос и одновременно оправдываясь Сакари сказал:

— Мы три недели сюда шли, без оружия, без техники, остались только телефоны и бумажные карты, телефоны быстро сели, но