Тед Уильямс - Море серебрянного света Страница 166

— Да. — Какое-то время незнакомец, называвший себя Бизли, молчал. — Быть может мы сможем сделать вид, будто этот уборщик ошибся этажом — типа того.

— Если ты как-нибудь повредишь ему, я тебя убью!

— Убьешь меня? — В ухе раздался скрипучий смех. — Леди, родители мальчика несколько недель пытались выключить меня и не сделали даже первый шаг, так что я не представляю, как ты думаешь это сделать.

Полностью сбитая с толку этим странным non sequitur (* букв. "из этого не следует", т. е. нелогичное заключение, латынь), Ольга предпочла промолчать.

— Просто добудьте нам информацию из его значка, — сказал Рэмси. — У вас еще есть кольцо, верно?

— Лучше использовать ее разъем, — сказал Бизли.

— Отлично. Ольга, сделайте это. И потом мы решим, что делать дальше.

Чувствуя себя персонажем древнего фарса, она быстро вышла из уборной и зашагала по коридору. Джером все еще стоял в фойе рядом с лифтом, внимательно разглядывая свои ботинки. Свет, лившийся сверху, подчеркивал его выдающиеся вперед скулы и делал его похожим на остановившегося робота.

Услышав шаги, уборщик поднял голову. Улыбка изменила уродливое лицо, сделала его более привлекательным — старая кукла, сломанная, но знакомая.

— Я просто хотела, чтобы ты знал — я почти пришла в себя, — сказала она. — О, моя туфля! Можно опереться на твое плечо? — Она подошла совсем близко к нему и, делая вид, что поправляет туфлю, поднесла телематический разъем к его значку, потом заторопилась обратно в туалет. Рэмси и его новый друг уже анализировали результаты.

— Я могу кое-что сделать для тебя, — наконец сказал Бизли. — Но это не обманет никого, если они проверят значок, и они скорее всего заметят, что кто-то поработал над ним. Судя по схеме, на каждом этаже есть камеры наблюдения. И еще есть небольшие индикаторы, которые могут зажужжать.

— Это не сработает, — с несчастным видом сказал Рэмси. — Даже если у нее будет время установить маленькое устройство Селларса и мы выясним, что это то самое место, кто-нибудь обязательно проверит его и найдет ее с подделанным разрешением на вход. У них наверняка есть дежурные инженеры.

Ольгу испытала такое облегчение, поняв, что ей нельзя показываться на верхних этажах, что она только сейчас поняла, насколько боялась оказаться там. — Никакой надежды?

— Леди, я не умею делать чудеса, — проскрежетал Бизли. — Мой хозяин, Орландо, всегда говорил…

— Погоди, — сказал Рэмси, прерывая еще одно удивительное замечание. — Вы же принесли не только это устройство. Мы можем взорвать дымовую шашку.

— И как это поможет? — Ольга уже приготовилась к поражению. Все стимулы идти вперед, даже память о детях, притупилась растущим страхом. Ей отчаянно хотелось опять увидеть небо, почувствовать на лице настоящий ветер и даже тот горячий пар, который в этой части Соединенных Штатов называется воздухом. — Взрыв не вышибет двери и я настолько далеко внутри здания, что дым не спрячет меня ни от кого, не задушив до смерти.

— Да, но если они начнут эвакуировать здание, то не обратят внимание на то, что происходит на сорок шестом этаже.

— Вы сказали, что у них повсюду камеры. Даже если какое-то время они меня не будут видеть, они смогут осмотреть все здание, когда обнаружат, что тревога ложная.

— Если нам повезет — если вам повезет, я бы сказал, потому что я знаю, что главным образом рискуете вы — вы уже будете снаружи, и все это будет неважно. Но вам придется действовать быстро. Установить зуб вампира и немедленно сбежать.

У нее закружилась голова. — Я… я могу попробовать. Вы хотите взорвать шашку прямо сейчас?

— Еще нет, — сказал Рэмси. — Бизли нужно подделать ваше разрешение — не будет ничего хорошего, если мы заставим их подумать, что здание горит, а вы не сможете выйти с этого этажа. И я хотел бы изучить заметки Селларса. Я позвонил вам в такой спешке, что у меня не было времени подумать. — Его голос опять помрачнел. — Я действительно никогда не готовился к таким делам.

— А кто готовился? Я? — Ольга опустила ноги на пол туалета.

— Вы можете где-нибудь спрятаться, где вас никто не найдет? В полночь мы позвоним опять.

— Отлично. — Она разорвала связь, чувствуя себя так, как будто смотрит как отплывает корабль, который должен был вывести ее с необитаемого острова.

Дверь туалета зашипела, закрываясь за ней, и она отправилась обратно к Джерому, чтобы сказать ему, что ее планы изменились. Даже хорошо, что не надо тащить его прямиком в логово тигра. Во всяком случае теперь он не пострадает. Она подумала о пропавших детях. Похоже это ее судьба — стать их защитником и паладином, есть ли в этом смысли или, хочет она того или нет. Будем надеяться, они оценят это. Что ее мать как-то говорила о благодарности?

"Благодари меня сейчас, пока я еще жива. Сэкономишь на почтовых расходах."

Но я не собираюсь платить за почту, мама, подумала она. Пока у меня нет твоего адреса.

МАМА хотела, чтобы она пошла в магазин вместе с ней, но Кристабель не хотела идти. Она вообще не хотела ничего делать. Она сказала мамочке, что хочет остаться в отеле и посмотреть сетевое шоу, но на самом деле не хотела и этого. Мама с папой слегка поссорились — папа не хотел, чтобы мама пошла туда, где кто-нибудь сможет увидеть ее.

— Нам нужно сидеть тише воды ниже травы, — сказал он.

— Я не собираюсь сидеть и ждать, пока мой ребенок помрет с голоду или будет вынужден есть отбросы, — сказала мама. — В номере есть кухня и я собираюсь ею воспользоваться. Ребенок не должен касаться плохо прожаренных овощей.

Это была маленькая ссора, и Кристабель чувствовала себя плохо вовсе не из-за нее, хотя она ей и не понравилось. Мама и папа больше не шутили, папа не обнимал маму и не целовал ее в шею. Он поднял Кристабель на руки и крепко обнял, но ни он, ни мамочка не казались счастливыми. А с тех пор, как с Чо-Чо и мистером Селларсом случилась эта плохая вещь, они не могли слова сказать друг дугу, не поссорившись.

— Ты уверена, что не хочет пойти со мной, моя сладкая? — спросила мама. — В магазине ты могла бы выбрать сериал себе по вкусу.

Кристабель покачала головой. — Я устала.

Мама закрыла дверь, вернулась в комнату, пощупала лоб Кристабели и вздохнула. — Температуры нет. Но ты не выглядишь здоровой, а?

— Нет, я себя чувствую хорошо.

— Скоро мы уедем отсюда, — сказала мама. — Так или иначе. И я куплю тебе что-нибудь вкусненькое.

— Я тебе позвоню, если ты не вернешься через полчаса, Кей, — сказал папа.

— Полчаса? Да мне потребуется больше, чтобы сходить туда и обратно. — На мгновение злой взгляд, которым она всегда глядела на папу в последние дни исчез, и она посмотрела на него так, как обычно. — Я обещаю, что если не вернусь через час, то позвоню.

Она ушла, и папа отправился в соседнюю комнату, чтобы поговорить с мистером Рэмси. Кристабель попыталась посмотреть стенной экран, но не было ничего интересного. Даже Дядюшка Джингл казался глупым и печальным в истории о Принцессе Попо, новом ребенке Королевы Облачных Котов, потерявшейся в цирке. И даже самые смешные шутки, вроде той, когда слон схватил Дядюшку Джингла за ногу и стал крутить его по кругу, вызвали у ней только улыбку.

Чувствуя себя настолько усталой, что хотелось плакать, она открыла дверь и вошла в соседнюю комнату. Папочка разговаривал с мистером Рэмси, они оба глядели в блокнот мистера Рэмси и не видели нечего вокруг. Она прошла в спальню и посмотрела на кровать, на которой лежали мистер Селларс и Чо-Чо, рядом друг с другом, тихие и неподвижные. Она долго смотрела на них, надеясь, что мистер Селларс откроет глаза и она побежит к родителям и мистеру Рэмси и расскажет им, что он проснулся. Они будут гордиться ею, мистер Селларс сядет на кровати и назовет ее "Маленькой Кристабель" и поблагодарит ее за то, что она хорошо смотрела за ним. Может быть и Чо-Чо проснется, тоже, и станет не таким противным.

Но глаза мистера Селларса не открылись, и она даже не видела, как шевелится его грудь. Она коснулась его руки. Теплая. Значит ли это, что он не мертв? Или надо трогать его за шею? В сети всегда так и делали, но она никак не могла как.

Чо-Чо выглядел очень маленьким. Его глаза были тоже закрыты, зато рот отрылся и слюна текла на подушку. Кристабель подумала, что это совершенно отвратительное зрелище, но он в нем не виноват.

Она наклонилась к кровати. — Просыпайся, мистер Селларс, — прошептала она, так громко, чтобы он мог услышать, но не настолько громко, чтобы услышал папочка в другой комнате. — Просыпайся, пожалуйста.

Но он не проснулся. Он выглядел плохо, как тот, кого сбила машина и он лежит на обочине. И ей опять захотелось плакать.

Дядюшка Джингл лучше не стал. Она перепробовал множество других шоу — даже "Молодежную Банду", которую так не любили ее родители, называя ее "вульгарным", что означало плохим или страшным, она точно не знала. Папочка вернулся, и она быстро переключилась на другой канал.