В объятиях смерти. Не буду твоей - Кира Лин Страница 6

Снова провал, Кира. Снова Алекс ткнул пальцем в небо.

Останки вампира горят, как сено, так что ждать пришлось недолго. Склонившись над прахом, я пошарила в нем рукой.

К чертям собачьим, у этой твари ничего не оказалось!

Выпрямившись, я запрокинула голову и глубоко вздохнула. Ветер влажным прохладным дыханием остудил кожу, разметал волосы.

И как теперь отчитываться за убийство перед советом? Лицензии нет, доказательств смерти нет, тела, черт подери, нет! Надеюсь, меня никто не видел….

Кинув прощальный взгляд на горстку пепла, я направилась к машине. Дело сделано. Его останков не найдут, разве что пепел останется. Но его развеет ветер. Надеюсь.

Глава 8

От усталости кружилась голова. Кровь из раны на ноге ползла по штанине тёплыми ручьями. Я старалась смотреть на дорогу и не думать о боли, терзающей бок.

Рассветное зарево скользило над чернотой леса. И природа будто замерла.

К горлу подкатывала тошнота. От боли мышцы живота одеревенели, и я боялась лишний раз пошевелиться. Ночь выдалась тяжёлая, но бывало и хуже.

Дорога вилась серой лентой, убегая вверх по склону. Я таращилась на неё, стараясь не моргать — веки тяжелели и грозили сомкнуться в любой момент.

В сознании мелькали образы, пятна перед глазами ухудшали видимость. В какой-то момент я всё-таки отключилась и пропустила пару секунд, а когда очнулась — машина катилась в кювет.

Вывернув резко руль, я заставила её вильнуть вправо и неосознанно вдавила педаль газа в пол. Подпрыгивая на буграх, авто понеслось к ветхой серой деревянной постройке и въехало в стену.

Сухие доски взорвались щепками. Скрежет металла, глухой удар, и подушка безопасности уткнулась в лицо.

На какое-то время меня оглушила боль. Мир стал медленным-медленным, снова запахло кровью. На крышу что-то посыпалось, острый обломок стены распорол её вдоль, как консервную банку.

Звуки доносились с задержкой, пока чёрные пятна перед глазами не рассеялись. Тряхнув головой, я стала лупить по подушке руками, отдалённо соображая, что всё ещё жива.

Ну, надо же! Какое сказочное везение.

Избавившись от подушки, я заморгала. Из носа сочилась кровь. Я стёрла её тыльной стороной ладони. Да когда эта ночь уже закончится⁈

От изнеможения хотелось разреветься и свернуться в комочек. На смятый, покорёженный капот и треснувшее лобовое стекло оседала пыль. Видимость была почти нулевая, но я стала выбираться из машины.

От удара дверь заело — пришлось вынести её ногой. Вывалившись из салона, я приземлилась на руки и притихла.

В воздухе стояли острые запахи — краска, бензин и какие-то растворители. Пыль лезла в глотку, на зубах скрипел песок. Закашлявшись, я перекатилась на бок и попробовала встать.

Раненную ногу пронзило болью. Резко выдохнув, я прислонилась к капоту — а точнее на то, что от него осталось. И какое-то время училась заново дышать.

Тошнота никуда не делась, и голова кружилась так, что пришлось передвигаться на ощупь. Под ногами валялись куски досок, ржавые гвозди и грязные тряпки.

Отмахиваясь от пыли, я рискнула отойти от машины и тут же наткнулась на банку с краской. Чуть не навернувшись, пнула её и от души выругалась.

И вдруг затаила дыхание — здесь был ещё кто-то.

Пыльная дымка рассеялась, и оказалось, что в помещении горит свет. Оглядываясь, я обошла капот и застыла на месте. Машина упёрлась в деревянную стойку. Фары разбиты, на их месте остались слепые дыры.

Во сколько же выльется ремонт моей крошки? Даже подумать страшно. Горько вздохнув, я повернула голову и увидела перед собой молодого мужчину.

Выражение его лица было скорее удивлённым, чем испуганным. В ушах наушники от плеера, один из которых он медленно вытаскивал, перебегая взглядом с меня на мою машину.

В стене зияла дыра с прекрасным видом на дорогу. Теперь отсюда можно было любоваться рассветом.

Тёмные, коротко остриженные волосы выглядывали из-под бейсболки, надетой козырьком назад. Лепные скулы придавали мужественности мягким чертам его лица.

Глаза у него были серо-зелёные, губы — пухлые, красиво очерченные. Он был высоким и крепко сложенным. Красная однотонная футболка навыпуск сидела, как вторая кожа, облегая мускулистое тело, снизу — голубые, выцветшие до почти белого цвета джинсы.

Чёрные кроссовки покрывала оседающая пыль.

Повисла тишина, лишь под капотом авто раздавались глухие щелчки. Парень смотрел на меня, а я на него, забывая моргать. Что-то отвалилось от стены сзади и упало на мою машину.

Я вздрогнула, но не обернулась. Парень выключил плеер, прикреплённый к ремню джинсов. Медленно смотав наушники, он отложил их вместе с плеером на кривой столик, сколоченный из досок.

Это дало мне возможность перевести дыхание. Разворачиваясь, он пробежался по мне взглядом и остановился на окровавленной штанине.

У меня краска бросилась в лицо, в груди стеснилось. Парень вскинул брови и поглядел на меня исподлобья. На языке вертелось язвительное замечание, но я проглотила его.

Колкостей наговорить еще успею.

Я огляделась, избегая его прямого взгляда. Вдоль стены справа тянулись многоярусные полки с различными флаконами, аэрозолями и банками. Снизу был длинный стол с ящиками. На нём лежали инструменты.

Слева располагался подъёмник для авторемонта. Похоже, я разнесла его мастерскую. Поморщившись от досады, я посмотрела на парня. Слишком уж долго он пялился на мою ногу.

Глава 9

Кашлянув, я заставила его поднять взгляд к лицу. И тут же пожалела об этом. Он ощупывал меня глазами, будто хотел запомнить каждую деталь.

По лбу ползло что-то горячее и влажное. Я коснулась кончиками пальцев и посмотрела на них — кровь. Похоже, я вернусь домой с боевым раскрасом.

В первый раз, что ли⁈ Если доползу, конечно — машина выглядела безвременно умершей и не подлежащей восстановлению.

— Вы сильно ранены? — парень с озабоченным видом двинулся на меня.

— Стой, где стоишь, — я выставила ладонь, качнув головой. — Я сама справлюсь.

Он с недоумённым видом замер. Его брови поползли на лоб. Парень был в шоке от того, что я могу двигаться. Да, нормальный человек уже свалился бы без чувств.

Не изображать же обморок ради правдоподобности⁉

Стоять становилось больно, мышцы ноги дрожали. Меня бил озноб. Наплевав на приличия, я доковыляла до ближайшего выступа — им оказался металлический стол, привинченный к стойке.

Привалилась к нему и прерывисто выдохнула. Хозяин лачуги смотрел беззлобно и с долей интереса — страх ушёл из его глаз. Я скрасила его ночь своим феерическим появлением?

— Я дико извиняюсь, — мой голос прозвучал хрипло. Я снова откашлялась, от этого в боку