Елена Прекрасная и город на крови - Янина Олеговна Корбут Страница 6

Диджей в этот момент сводил какие-то безумно несочетающиеся между собой мелодии, толпа ревела, демонстрируя всеобщий восторг. Девушка поморщилась и заглянула в сумочку, после чего досадливо фыркнула.

– Сигаретой хоть угостишь, не-бармен?

– Пошли, – кивнул я, начиная протискиваться через потные колышущиеся тела. – Тебя как зовут?

– Аня.

Заметив, что девушка боится толпы, я взял её за руку и уверенно повёл к двери. Оттуда мы поднялись по железной винтовой лестнице на небольшой балкон, где стояло штук пять столиков-бочек. Знающие ценили это место за возможность выйти на воздух, не выходя на улицу. Я открыл неприметную дверцу в стене, мы поднялись ещё на пару ступенек и оказались под открытым небом.

Крыша. Над нами нависло чернильное небо, разорванное в клочья свинцовыми тучами, сквозь которые мерцали редкие дрожащие звёзды. Здесь было так свежо и тихо после того дурдома, что творился внизу. Мы синхронно глубоко вдохнули ночной разрежённый воздух. Чуть вдали сидела ещё одна парочка, настолько занятая друг другом, что можно было из пушки стрелять – не заметят. Я услышал, как парень пьяно бахвалится перед девчонкой, обещая ради неё набить морду любому в зале. Как по мне, романтика так себе. Вероятно, так думал не только я, его спутница заливисто хохотала.

Аня закурила и выдохнула дым сквозь зубы так, словно из проколотого воздушного шарика вышел воздух.

– Как романтично. Хотела бы я, чтобы из-за меня кто-нибудь рисковал жизнью.

Я шагнул к ней и вполголоса произнёс:

– Если нужна будет помощь, обращайся.

– А эта блондиночка, что чуть меня взглядом не прожгла, не будет возражать?

К этому времени язык мой достаточно развязался, и я вкратце рассказал новой знакомой о хитросплетениях наших с Полей отношений.

– В самом аду нет фурии страшнее, чем женщина, которую отвергли, – продекламировала Аня, а я присвистнул:

– Откуда такие познания?

– Я же на актрису поступила, правда, не с первого раза.

– А с какого?

– В прошлом году провалилась, всё это время подрабатывала. А теперь вот буду учиться. Сейчас надо уехать к себе в Рыбинск, а к сентябрю вернусь.

Мы вернулись в зал, разговор как-то не клеился. Взгляды, которые Аня бросала на входящих, давали понять, что она кого-то ждёт. На мой вопрос, назначена ли у неё с кем-то встреча, она неопределённо помотала головой. Пару раз я отходил к друзьям, но постепенно наша компания распалась: кто-то свалил, кто-то мотался на танцполе, одна девчонка вообще спала на стуле, уткнувшись лицом в сгиб локтя. Я тоже решил, что пора ехать домой.

– Проводить тебя до такси? – предложил я Ане.

– А ты что, уезжаешь?

– Надоело. Музыка не очень, да и настроения тусоваться что-то нет.

Пока мы пробирались к выходу, ко мне кинулся пьяненький Андрюха:

– Сваливаешь?

Следом подбежала наша староста Таня:

– Иван Царевич, куда так рано? А, понятно, – хихикнула она, заметив за моей спиной Аню. И уже серьёзно добавила: – Девушка, вы его берегите. Он у нас парень знаменитый.

Я фыркнул.

– Да! Не отпирайся! Не про каждого в газетах пишут! – горячо поддержал её Андрюха.

– Дураки вы, друзья мои! – я сделал Тане знак молчать, а Андрюху похлопал по плечу. – Много не пей. А то до второго курса не доживёшь. И Полину домой подвези.

Пока мы шли до стоянки такси, пришлось рассказать заинтригованной Ане про наше весеннее расследование. В конце я даже спросил, неужели она ничего из этого не слышала в новостях.

Аня как-то странно посмотрела на меня и пробормотала:

– Конечно, слышала. И читала. Я просто не знала, что это ты…

В такси Аня сидела тихо, думала о чём-то своём, но потом всё-таки спросила:

– И как тебе удалось…

– Что?

– Ну, чтобы всё это в газеты, чтобы огласка… Это очень смело с твоей стороны. Студент, который думает не только о выпивке и девочках, а рискует жизнью.

– Просто тогда так вышло. Началось всё с тайны, которая мне почудилась за медальоном, а потом… Людям не заткнёшь глаза и уши. Кто-то что-то видел, кто-то что-то слышал.

– И как ты докопался до всего этого? Извини, но ты выглядишь парнем из приличной семьи, не представляю тебя тусующимся среди разного сброда…

– Работая в морге, всякий люд встречаешь, – обтекаемо ответил я, заметив, что таксист уже вовсю прислушивается к нашему разговору. – Да и я был не один. Мне друг помогал, Вовка, и девушка одна, Лена. По правде, это она начала расследование, а потом мы встретились в какой-то точке и дальше двигались в одном направлении…

То, что перед глазами сразу возникло лицо Лены, совсем меня не удивило. После того как мы вместе бегали по лесам и деревням, собирая доказательства существования страшной секты под предводительством бывшего члена преступной группировки, наши пути разошлись. Конечно, это была красивая формулировка, которая прикрывала неприятный факт: у Лены в Москве оказался парень Стас – богатенький сынок какого-то дипломата, который, сам того не зная, спонсировал её разыскные мероприятия. Когда мы всех «победили», Елена Прекрасная не досталась Ивану, а выбрала своего Стаса. Он явился за ней и увёз в Москву. Потом она пару раз звонила, но сначала я был не готов её простить, пытался забыть, а потом и она перестала звонить. С тех пор прошло всего пару месяцев, а мне казалось, мы не виделись вечность.

– А если бы тебе тогда денег предложили? – вдруг тихо спросила Аня, а я растерялся:

– Денег? Кто? В смысле – за молчание?

– Например.

– Думаю, я бы отказался. Меня бы совесть потом всю жизнь мучила. Я себя знаю. А ты? Ты бы как поступила?

– Остановите мне на углу Кирова, – вместо ответа попросила Аня.

Таксист раздражённо угукнул и свернул на перекрёстке. Я знал, что там находится частный сектор, и удивился:

– Ты там живёшь?

– Нет, надо к знакомой заскочить. Спасибо тебе.

Такси притормозило.

– Мне-то за что? Запиши мой номер. Если что, звони, не стесняйся.

– Набери меня, – Аня продиктовала цифры, я сделал ей пропущенный звонок, и она сохранила контакт.

Таксист постукивал по рулю пальцами и недовольно поглядывал на меня. Аня подхватила свою сумку, хлопнула дверцей чуть сильнее, чем требовалось, и бегом устремилась в сторону частного сектора.

«Оглянется или нет?» – зачем-то подумал я. И она оглянулась. Внимательно посмотрела, а я помахал ей. Аня резко повернулась и скрылась из виду. А такси повезло меня домой, уверенно рассекая отражённый в лужах свет редких фонарей.

Радость без причины – признак дурачины

В моей квартире горел свет – я заметил его из