Песнь о Сиде - Рагим Эльдар-оглы Джафаров Страница 48

– Но тогда вы не сможете попасть в Центр, а вы ведь этого хотите, да?

Юньшен едва сдержался, чтобы не зааплодировать, – все-таки Хёст невероятно хорошо владеет собой.

– Для этого у нас есть твой друг, – отмахнулся Сид. – Его заставим сотрудничать.

– Может, есть, – задумчиво и абсолютно уверенно возразил Хёст, – а может, и нет. О захвате Асафа я знаю от своих людей, а они – якобы от него самого. Но так ли это?

Юньшен моргнул. Об этом не подумал даже он. Если эти ребята в какой-то момент контролировали связь, локально ее глушили, слушали переговоры, то могли и вбросить дезинформацию.

– Ты мне нравишься! – искренне восхитился Сид.

«Но у меня нет времени», – мысленно закончил за него фразу Юньшен. Очевидно, все рассеянные по зданию бойцы охраны уже перегруппировались, поняли, что враг оттянул их внимание и ударил с крыши, лишь для вида поддерживая ощущение боя на лестнице, и скоро ударят в ответ. Такой маленькой команды не хватит, чтобы их удержать.

– Я готов к конструктивному диалогу, – сказал Хёст. – Но у меня есть ряд условий…

– Коллеги, позвольте вас прервать, – в комнату вошел Швед. – Я думаю, что могу сдвинуть эти переговоры с мертвой точки.

Все присутствующие удивленно посмотрели на него. А он, вместо того чтобы как-то развернуть свою мысль, достал пистолет, неловко повозился с ним, снимая с предохранителя, смешно прищурившись, прицелился в Хёста и выстрелил. Никто даже не дернулся, потому что никто не верил, что Швед действительно будет стрелять, что он вообще на такое способен. Все ошарашенно уставились на хозяина башни, схватившегося за живот и согнувшегося пополам со стоном.

– Да ты псих! – восхитился Сид.

Вооруженные мужчины наконец зачем-то скрутили Шведа и отняли пистолет. Он не сопротивлялся.

– Послушайте, он ведь живой! – затараторил доктор. – И теперь вы ведете переговоры на равных, в условиях ограниченного времени!

– Где ты научился так вести переговоры, амиго?! – Сид, кажется, все еще не мог понять, восхищаться ему или плакать.

– Дело не в этом! Ну не только. В Центре ведь должно быть медицинское оборудование и врачи!

– Ты гений, амиго! – наконец-то определился с реакцией Сид. – Эй, пендехо, ты живой?

Хёст по-прежнему держался за живот, но уже сумел разогнуться и откинуться в кресле. Юньшен покачал головой. Это стальной человек. Судя по выражению лица, он все еще ищет возможности для сопротивления, а не пытается спасти жизнь.

– Хорошо, я согласен, – выдохнул Хёст. – Трость.

– Я ему не верю, – с подозрением протянул Сид. – А вы?

– Нет, – хором ответили все, кроме Юньшена.

Наступила тишина, прерываемая тяжелым дыханием Хёста. Юньшен задумался о другом аспекте проблемы. Эти ребята, очевидно, не планировали прямо отсюда отправляться в логово врага. Даже если они продавят Хёста, то что дальше?

– Балканец! – позвал вдруг Сид и пошел куда-то из комнаты. – Ты мне нужен, эрмано! Точнее, лучшая твоя часть!

Хозяин башни стремительно терял силы и менялся в лице. Юньшен видел, как он перебирает в голове варианты, отбрасывая один за другим, как чуть позже все они перестают иметь значение просто потому, что его жизнь утекает. Буквально. Кровью сквозь пальцы. Сид вернулся как раз к тому моменту, когда желание жить победило жадность и упертость. И мексиканец это, конечно же, заметил. Очевидно, он, как и Юньшен, видел такое не раз и не раз использовал.

– Эй, пендехо! Сейчас мы с тобой коснемся трости, и ты представишь лазарет в этом вашем Центре. Если мы окажемся не там – я тебя убью. Если у тебя есть заготовленное место для такого случая, а оно есть, то и там я тебя убью. Да, там может стоять человек наготове, с приказом стрелять в любого, кто телепортируется с тобой, но есть нюанс. Посмотри на меня!

Хёст с трудом открыл глаза. Сид откинул полы плаща и продемонстрировал наспех смонтированную бомбу. Тротиловые шашки, напиханные прямо в подсумки для магазинов, и провода.

– А вот это приводит ее в действие, – Сид потряс чем-то в воздухе прямо перед лицом Хёста. – Принцип простой. Зажимаю кнопку – все в порядке. Разжимаю – бум! Поэтому если меня пристрелят, то я заберу тебя с собой.

Он улыбнулся. Юньшен прямо-таки почувствовал, как этот псих изнемогает от удовольствия, которое ему приносит одна лишь мысль о том, что в случае смерти он взорвет все вокруг.

– Договор, – это все, что смог сказать Хёст.

– А как ты там… – растерялся Швед, – один…

– Мне нужно только увидеть это место, пендехо! Я на разведку, – отмахнулся Сид. – Дайте трость и приготовьтесь к еще одной войнушке.

– Моя часть сделки выполнена, – напомнил о себе Юньшен. – Давай закроем этот вопрос сейчас.

Сид посмотрел на него так, будто вообще забыл о его существовании.

– А, убийца! – вряд ли кто-то в мире мог сказать это слово с такой любовью. – Все, как и договаривались. Я не наведывался к твоему учителю. И не стану! Я держу слово! Да, эрмано, держу! Но после его смерти, а она, надеюсь, случится очень нескоро и желательно в постели с сеньоритами… хотя, наверное, монахам нельзя, да? Ну в общем, надеюсь, у него все будет как положено. А после его смерти иглу все-таки придется передать хефе.

– Это я помню.

– Было приятно с тобой работать, эрмано! – Сид не улыбался, говорил, кажется, искренне. – Так, я пошел, одна нога там, другая тут. Буквально, амигос!

Он безумно захохотал и протянул один конец трости Хёсту. Тот с видимым усилием взялся за нее. Оба тут же исчезли.

– Всем приготовиться, – сказал, очевидно давая сигнал по связи всей группе, Тору и протянул Шведу вторую трость. – Сейчас будет большая и очень опасная импровизация.

Тот снова приготовился работать штатным телепортом. Смешно закусил губу, глядя на то место, где несколько секунд назад стоял Сид, и ожидая его возвращения. Время шло. Ничего не происходило.

– Он вам соврал, – сжалился над ними Юньшен. – Он пошел один.

20

Алисия внимательно проверила три заряда, установленных на складе, мысленно представила список, пролистала его вниз и поставила галочку. Еще одно помещение готово. Осталось тридцать два. Теперь она мысленно представила план здания и подсветила красным уже заминированные области. Потом представила такой же план с ранжированием по важности и совместила с первым. Получалось, что все самые важные помещения, кроме одного, уже готовы. Остальное при необходимости можно проигнорировать. По расчетам саперов, центр должен сложиться и так. Теперь еще колонны в медицинском отсеке.

Алисия вышла со склада, кивнула кому-то из оперативников, разрешая запечатать помещение, и быстро пошла по коридору. За ней увязался сержант.

– Мэм, у нас проблема с оборудованием, которое необходимо вывезти.

– Что с ним не так? – не останавливаясь и не поворачивая головы, спросила Алисия.

– Оно не пролезает в дверь.

– Сносите стену.

– Но это не единственная дверь и…

Логично, весь комплекс строился вокруг этих чудовищных машин, буквально. Алисия мысленно представила план помещения, провела кратчайшую прямую, пересекающую меньше всего стен и выводящую к складам.

– Рубите проход между 2В и 8В. Оттуда поднимайте лебедками.

– Есть.

– Стойте, – Алисия совместила в уме схему здания и план минирования. – Аккуратнее возле четвертой шахты, там очень крупный заряд.

– Есть! – сержант развернулся на месте и поспешил в другую сторону.

Алисия приложила карточку к считывателю, тот весело пискнул, двери медицинского корпуса разъехались в стороны, и она встретилась взглядом с чужим. Посреди корпуса возле сестринского поста стоял худощавый широкоплечий мужчина в широкополой шляпе и плаще и смотрел прямо ей в глаза.

Время замедлилось. Алисия секунду оценивала обстановку, внимательно фиксируя детали. Мистер Хёст на каталке, пулевое ранение, обильная кровопотеря. Перепуганный главврач – доктор Шараф, две сестры торопятся помочь раненому, все напряжены. Чужой что-то сжимает в руке. Лицо закрыто платком. Плащ распахнут. На груди видны провода, тротиловые шашки в подсумках. Бомба. Сколько взрывчатки? Оценить сложно. Только на виду два килограмма. Если шашки висят так же плотно и под плащом, то можно предположить, что все пять. Не больше