Блюз серых лисиц - Елена Владимировна Добрынина Страница 45

Страх двинуться умом не прошел совсем, но немного поутих, уступив место раздражению. Сначала еле заметному, но со временем донимающим все больше, подобно больному зубу.

«...он тебе так и не сказал?», – вспоминалось мне.

Да, не сказал, даже не намекнул, хотя уж фейри-то в состоянии понять, какими способностями обладают люди.

«Доверие хрупкая штука...» Вот-вот, хрупкое. Мне так и слышалось сухое потрескивание, с каким начинает крошиться истончившееся стекло.

Можно было спросить себя: «Эй, разве кто-то тебе что-то обещал?». Можно было дождаться Донни и задать ему пару вопросов. Можно было, наконец, осторожно навести справки у остальных. Факт в том, что это даже не пришло мне в голову. Мне было ясно как божий день, что в данном вопросе я могу рассчитывать только на себя. К тому же мне хотелось взять небольшой реванш. Ну и заодно выяснить для себя еще один щекотливый вопрос: распространяется ли мой дар на народ Холмов.

Да-да, вы все правильно поняли: я собирался как следует потренироваться, а затем – чем черт не шутит – провернуть с нашим боссом ту же штуку, что и с Бри или Одзавой.

«Не убьет же он меня в конце концов».

Потом бар открылся, и я на время позабыл о секретных планах, тем более что гости в этот день оказались на редкость многочисленны и разговорчивы, да и сплетни, которые они обсуждали, заслуживали внимания: снова начали пропадать волшебные создания, а какие-то лиходеи, приехавшие на огромных шумных машинах, собирались вырубить старые бузинные деревья, но что- там приключилось, и они быстро передумали. Тут версии расходились: кто говорил, неисправности возникли, кто – перепугались чего-то, одно было известно наверняка: с бузинной хозяйкой сам Лесной господин потом разговаривал, а после этой истории увел ее куда-то.

Гости шумели, спорили, буянили. Магнусу и Одзаве даже пришлось выставить вон компанию особенно разошедшихся богганов. Райан помогал мне, Берди и заглянувшая к нам Линдси – малютке Бри.

Донни пожаловал уже под утро с большой корзиной рубиновых яблок в руках. Остановился у порога, окинул недоуменным взглядом все еще полный посетителей зал, поморщился, выхватил револьвер и пару раз выстрелил прямо в потолок.

Бах! Бах!

Галдеж тут же смолк. Установилась благословенная тишина.

– То-то же, – одобрил он еле слышно и уже громко, с театральной благодушной улыбкой и стальным блеском в глазах возвестил:

Уже уходите? Ну что ж, благодарю,

Благодарю вас всех. Спокойной ночи...

Еще мгновение гости сидели на своих местах, а потом будто ураган прошелся по залу и вымел всех до единого в радушно распахнувшиеся двери.

– Ну все, приехали», – тихо вздохнул О'ши.

Бри охнула, а Берди и Одзава переглянулись и подошли ближе. Я же, благодаря университетскому курсу английской литературы узнавший строки классика, был, мягко говоря, озадачен.

Донни взгромоздил корзину на стойку и, облокотившись на стойку, плавно повел рукой.

– Двойной виски, золотце. Сразу парочку.

– Трудный день? – предположил я, отметив, что сегодня мы поменялись местами. Судя по ответной усмешке этот факт не остался незамеченным. – Я думал, ты терпеть не можешь Шекспира.

– Так и есть, – подтвердил Донни философски. – Негодую на пройдоху Билла, недолюбливаю яблоки из Холмов и ненавижу ходить в должниках. Но вот он я: с цитатой на устах, нафаршированный плодами по самые уши да еще и кругом обязанный Мирддину. Что поделать, жизнь нечасто интересуется нашими желаниями.

Первый стакан фейри выпил залпом, словно воду. Второй слегка пригубил и покрутил в пальцах.

– Мирддину?

– Здесь его знают под этим именем. Господин лесов, заботливый владыка деревьев и справедливейший пастырь диких зверей. К людям он, разумеется, не столь дружелюбен. – Донни сделал паузу, медленно отпил виски – в это время в зале стояла совершеннейшая тишина – а потом улыбнулся так широко и лихо, что от предчувствия неприятностей даже в затылке заломило. – Он согласился принять под сень своих лесов всех волшебных созданий, которые захотят покинуть город.

У Райана изо рта выпала сигарета. Берди прикусила палец. Магни снял очки и принялся аккуратно протирать стекла тканевой салфеткой.

Возникло стойкое ощущение, что этот Мирддин доселе не отличался гостеприимством. Что настораживало еще больше.

– А фзамен..? – святой отец озвучил тот вопрос, который интересовал нас всех.

– Что может попросить добрый хозяин леса у лиса, живущего в городе? – рассмеялся фейри. И смех этот, отрывистый, глуховатый, казался каким угодно, только не беззаботным. – Разве только добыть еду для своих старых ветвистых любимцев.

«Еду? Для деревьев? Что за ерунда?»

– Так что, все дело в нескольких мешках навоза? – удивился я.

Донни покачал головой.

– Священные деревья Мирддина предпочитают вкушать кровь и плоть. В давние времена это решалось просто: друиды – жрецы его – хоронили умерших в корнях под землей. Теперь жрецов нет, сердце леса живет впроголодь, а это всегда скверно сказывается на характере.

– Подожди-ка... Хочешь сказать, что мы теперь должны поставлять хозяину леса... мертвецов?

Фейри посмотрел на меня поверх наполовину опустевшего стакана.

– Я уже говорил тебе, что ты догадливый мальчик? – спросил он восхищенно. – Жизнь одних созданий оплачивается жизнями других, разве это не справедливо? А что до мертвецов, скоро в них не будет недостатка...

Мрачное пророчество повисло в воздухе удушливой взвесью.

Донни вдруг наклонился вперед, с ловкостью хищника сцапал меня за руку и стиснул пальцы так сильно, что я почти перестал их чувствовать.

– Но в это дело ты соваться не будешь, так ведь, золотце? – И чтоб я сдох, если это был вопрос.

Положа руку на сердце я испытал облегчение: принесение кровавых жертв никогда не входило в сферу моих интересов.

– Почему это? – все же спросил я, с трудом выдернув ладонь из захвата.

Фейри сначала прикончил виски, отставил в сторону пустой стакан и только потом ответил, с видом «ну ладно, раз не хочешь по-хорошему...»:

– Во-первых, я так решил. А во-вторых... Спросим-ка у остальных, согласен ли кто из них взять тебя в напарники. Есть желающие? – осведомился он, смотря по сторонам.

Желающих не нашлось.

Неплохой удар по самолюбию, правда?

«Да пошел ты», – думал я.

«И вы тоже, предатели...», – думал я.

«Я вам всем еще докажу...», – думал я.