Лавка «Вермиллион» - Джейми Пэктон Страница 45

– Кто они? – спросил один из присутствующих, и остальные гости подхватили вопрос.

Касорина направилась к ним, и Кинта крепче стиснула руку Твена. Если ее накажут за платье, это случится сейчас. Что сделает касорина? Отправит ее в тюрьму? Унизит перед всеми пришедшими на бал?

Касорина повысила голос, перекрывая шептунов:

– Позвольте представить вам Кинту и Твена. Это мастера, создавшие мое платье – и, очевидно, Кинтино – из звездного света. Кинта – наша кружевница, Твен добывает ей звездный свет. – Касорина остановилась рядом с ними и легонько коснулась кружева на плече у Кинты. – Мне нравится твое платье, – шепнула касорина, подмигивая девушке. – Чем больше красоты, тем лучше, да?

Кинта шумно вздохнула с облегчением и улыбнулась в ответ.

– Благодарю вас. – Она присела в глубоком реверансе. Вокруг них с Твеном загудела толпа.

– Это невозможно! – воскликнул ученый у лестницы. – Подобное веками никому не удавалось!

Другие гости согласились, хотя перед глазами у них было доказательство обратного. Вопросы и беседы вздымались как волна, и Кинта сжала ладонь Твена:

– Ощущение такое, будто я отправляюсь купаться с акулами.

– Я не позволю им тебя сожрать. – Твен покровительственно обвил ее талию рукой.

Касорина жестом велела гостям не напирать на Кинту и Твена, а оркестрантам – заиграть.

Следующие несколько часов превратились в водоворот музыки, рукопожатий, ответов на вопросы, распития шампанского. В один момент сквозь толпу обожателей пробился Пьер и широко улыбнулся Кинте.

– Я всегда в тебя верил, – заявил он. – Твоя мать очень гордилась бы тобой.

Кинта крепко обняла его.

– Я буду скучать по тебе, дружище, – призналась она, но, прежде чем смогла добавить хоть слово, ее оторвали от Пьера миссис Дэвенпорт и другие дамы из Северонского общества ведьм. Каждой из них хотелось задать Кинте сотню вопросов и внимательнее рассмотреть ее платье.

К счастью, прежде чем дамы из СОВ вцепились в Кинту, талию ей обвила знакомая рука.

– Уже поздно, – шепнул Твен ей на ухо. – Пора нам станцевать наш танец и выбраться отсюда. Не хочешь найти место поспокойнее?

– Еще как хочу, – шепнула в ответ Кинта, поворачиваясь к нему.

Вечер напролет гости бала пытались потрогать ее платье, и каждая протянутая рука все больше воспринималась как вторжение в личное пространство. Одно дело – с платьем носить на себе историю своей жизни, и совсем другое, когда к нему жадно тянутся чужие. Шанс ускользнуть с вечеринки вместе с Твеном ради нескольких минут наедине казался мечтой.

Кинта и Твен выбрались из атрия в длинный коридор с мраморным полом. У входа в коридор стояли большие горшечные растения и деревья, которые немного защищали от любопытных глаз и заглушали шум вечеринки. Вдоль коридора горели свечи в серебряных подсвечниках, их отражение танцевало в зеркалах, висевших на стенах. Кинта тоже сияла, озаряя темное пространство.

Твен протянул Кинте руку, и после поклона и реверанса они начали танцевать один из танцев, которым Твен обучил девушку.

– Как прекрасно. – Кинта прижала голову к груди Твена. На самом деле ей хотелось сказать: «Я тебя люблю». Время и место подходили идеально. Но для столь откровенных признаний требовалась определенная смелость.

Твен поцеловал ее в лоб, и они стали двигаться вместе немного мимо ритма, но до очаровательного скоординированно.

– Я должна кое-что тебе сказать, – продолжала Кинта. Ее губы были у самого уха Твена. Ей хватит смелости сделать признание.

– Что, Тебя-Не-Касается? – Твен легонько поцеловал ее в шею.

– Очень важные слова. Я такие много лет никому не говорила.

Твен улыбнулся в дюйме от ее щеки:

– Ну так не спеши.

Кинта выдохнула, и, когда они вместе повернулись, руки Твена чуть крепче сжали ей талию.

– Я…

Не успела Кинта озвучить признание до конца, Твен резко остановился и выпустил ее из объятий. Кинта сделала неровный шаг назад.

Твен вытянул руку, чтобы не дать ей упасть, но его опередила рука другого человека.

– Ничего, если мы вмешаемся? – спросил голос за спиной у Кинты.

Ногти грубо впились ей в плечо. Твен замер перед ней с разгневанным выражением лица. За спиной у него маячил Гюстав, один из ученых, от которых несколько недель назад они убегали по пляжу, а потом прятались в Большой библиотеке. Сегодня он был в синем наряде ученого. Гюстав жестом велел им отойти в тень горшечного лимонного дерева, и Кинта заметила, как серебром сверкнул нож, который он приставил Твену к спине.

– Гюстав, что ты тут делаешь? – прошипел Твен и резко вдохнул, потому что Гюстав вывернул ему руку.

– Нас пригласили, – ответил Гюстав. – Спасибо тебе за то приглашение. – Он пошевелил бровями так, как, наверное, считал очаровательным. Кинту чуть не вырвало. Это все она виновата. Не вырони она приглашение, съезжая с дюны, Анри и Гюстава здесь не было бы.

– Этот же вопрос мы могли бы задать вам обоим, – проговорил Анри из-за спины у Кинты. – Впрочем, ответ у нас уже есть. Вы любимчики касорины. Не представляю, как вы, ребята, провернули этот фокус, но мы научимся плести кружево из звездного света. – Анри провел ладонью Кинте по плечу, грубыми пальцами задевая кружево.

– Не трогай меня! – Кинта с силой наступила Анри на ногу. Тот выругался и отпустил ее. Девушка метнулась к Твену, но Гюстав еще резче заломил ему руку за спину, заставив Твена поморщиться, когда приставленный к спине нож кольнул его через пиджак. Кинта в отчаянии огляделась по сторонам, проклиная свое решение уйти из людного атрия и уединиться с Твеном.

Она открыла рот, чтобы позвать на помощь, но не успела, потому что Анри схватил ее за руку.

– Пикнешь – Гюстав прикончит мальчишку. – Голос Анри звучал тихо и угрожающе. – Нам он не нужен, а хорошую взбучку от нас заслужил.

– Объясни, как плетешь кружево, – потребовал Гюстав. – Не то я прямо здесь Твену кишки выпущу.

Его нож глубже вонзился в спину Твена.

– Прекрати! – взмолилась Кинта. – Отпусти его!

– Не говори им ничего! – велел Твен.

Кинта покачала головой. Ну узнают эти двое, как плести кружево, и что с того? Сохранить Твену жизнь важнее любой магии.

– Есть специальная книга, – в отчаянии выложила Кинта. – В ней образцы узоров. Если отпустите нас, мы вам ее отдадим.

У Гюстава загорелись глаза.

– Если заполучим ту книгу, нам будут завидовать все ученые Северона. Они любые деньги нам за информацию выложат.

– Принесите книгу, – велел Анри и кивнул Твену с Гюставом. – Сходите вдвоем.