Санклиты. Кара Господа - Елена Амеличева Страница 45

— Там тебя уже ждут. — Поглаживая меня по волосам, прошептал хорват.

— Кто? — мысли витали где-то далеко, голова категорически отказывалась работать.

— Сейчас вспомню. — Мужчина отстранился от меня и сделал глубокий вдох. — Так. Визажист и парикмахер. Сделают все, как скажешь.

— Вообще все? — я многозначительно улыбнулась, изогнув бровь.

— Это девушки.

— Ж-ж-жаль!

— Невыносимое существо! — простонал он, вновь поглаживая мои волосы. — Саяна…

— Кто бы говорил! — фыркнула я, отстранившись от него и направившись к лестнице.

Драган помог мне спуститься и пошел рядом. Ди-джей сделал вид, что видит госпожу Саяну впервые в жизни, и предусмотрительно попятился к самому краю сцены, скукоживаясь под тяжелым взглядом Горана.

— Твоя заключенная прекрасно осведомлена, где ее камера. — Покосившись на хорвата, сообщила я.

— Ты не пленница.

— Прости, пыталась пошутить.

— Это я твой пленник. — Мужчина сжал мою ладошку. — Навсегда.

Он полыхнул глазами. По телу мгновенно растеклась волна желания. Низ живота сладко заныл.

— Горан, иди уже по своим делам. — Процедила я сквозь зубы. — У меня рядом с тобой, скажем так, основной инстинкт зашкаливает!

— Просто хочу проводить.

— Жаль, я по пути официанта хотела затащить в кусты и изнасиловать!

— Ты можешь. — Пробормотал Драган, еще крепче сжав мою руку.

— Кайфолом.

— Неправда!

— Даааа? А кто кормит меня «завтраками» и поет одну и ту же песню о двух днях?!

Пререкаясь, мы подошли к моей комнате.

— Иди, секс-террористка. — Он нежно поцеловал меня в губы и отстранился.

— Знаешь, если будешь так издеваться, проберусь ночью в твою спальню, привяжу к кровати — крепко-накрепко, и…

— Саяна! — прорычал Драган, вновь рывком прижав меня к себе. — Я же не железный!

— Даааа? — прошептала я, прильнув еще теснее. — А ощущение, что именно железный. В некоторых местах особенно.

— Бессовестная моя! — прорычал Горан. — Тебе нравится дразнить меня, да?

— Очень. — Честное признание сорвалось с губ помимо воли разума. — Сам виноват.

— И не поспоришь ведь.

— Ты же меня дразнишь. Доводишь до кипения и уходишь. Значит, это моя маленькая месть. — Я запустила руку в его шевелюру.

— Жестокая моя, — содрогнувшись всем телом, выдохнул хорват.

— Уже жалеешь, что спас?

— Никогда не пожалею! — он обжег горячим дыханием шею. — С ума схожу, когда думаю, что мог не успеть!

— Вот видишь, жизнь коротка, надо торопиться!

— Да, коротка. — Эхом повторил мужчина. — Боже, как же хорошо с тобой!

— Ты даже не представляешь, как хорошо! — прошептала я. — Не знаешь, от чего отказываешься!

— Пощади, бессердечная моя!

— Пощады не будет! — промурлыкала я, с трудом отстранившись от него.

С ним у меня отключались все ограничители. Не знаю, что это. Меня влечет к нему с такой силой, словно мы кусочки мощнейшего магнита! Я на самом деле готова проскользнуть к нему ночью, привязать к кровати и сделать все то, что вижу в жарких снах. Потом немного отдохнуть и повторить. Хотя можно и не отдыхать!

— Драган, иди уже куда-нибудь! — стоном вырвалось из моих губ.

Так, отступаем медленно по стеночке. Где вход в эту проклятую комнату? Ага, вот он. Я нырнула внутрь, закрыла дверь и прижалась к ней спиной. Боже, сумасшествие какое-то! Сердце стучало так сильно, что не хватало воздуха. Ноздри затрепетали — нос уловил флер древесно-мускусного аромата. Уже чудится? А, нет, все просто — после «обнимашек» я вся пропахла им. Даже на запястьях — он! Мужчина словно пометил свою территорию! С губ сорвался стон. Самое главное — мне это только в радость!

Стук в дверь заставил подпрыгнуть. Все, бессовестный хорват, больше ждать не буду!

— Мое терпение лопнуло! — прорычала я, распахнув дверь.

Но вместо вожделенного Горана в комнату вплыл стул на колесиках и зеркало с лампочками «по периметру». Следом проследовали девушки. Одна блондинка с большим кейсом в руках, другая брюнетка с сумкой на колесиках. Она сюда переехать решила? Я нервно хихикнула. Мне уже начинать бояться «или пока обождать», как говорит Глеб?

Две турчанки, визажист и парикмахер, очередной сюрприз предусмотрительного хорвата, долго и красочно расписывали, какой макияж и прически сейчас в моде. Представив себя с толстым слоем тональника, накладными ресницами, бордовыми губами и полуметровым начесом, я пришла в ужас и потребовала классическую прическу, легкие smoky-eyes и прозрачный блеск для губ.

Девушки, перебивая друг друга, попытались перетянуть меня на сторону зла, пришлось пойти на хитрость и заявить, что таково требование господина Горана. Волшебное заклинание сработало — перестав спорить, негодяйки от высокой моды молча принялись за работу, и через час клиентка имела именно то, что хотела.

Я проводила парикмахершу до двери, помогла выкатить в коридор зеркало, попрощалась и посмотрела на визажистку, которая копалась в кейсе, перекладывая разнокалиберные тюбики, флакончики и коробочки с одного места на другое.

— Вам помочь?

— Это я вам помогу. — Тихо сказала девушка, подняв на меня глаза.

Она помолчала, словно собиралась с духом, потом сунула руку в кейс, достала оттуда небольшой листик красной бумаги и, помедлив, протянула мне. Я развернула его, пробежалась глазами по строчкам. И теперь уже мои руки начали дрожать. До боли знакомый каллиграфический почерк!

«Сайчонок, придем за тобой в любой момент, будь готова. Глеб».

— Пожалуйста, не рассказывайте ничего господину Горану! — взмолилась девушка, едва не плача. — Они меня заставили!

— Кто? — с трудом сфокусировавшись на ней, прошептала я.

— Меня заставили! — продолжала твердить визажистка. — Бера, сказал, что иначе… — с ее губ сорвался всхлип. — Не говорите господину Горану, умоляю!

— Не скажу, успокойтесь, но объясните…

Стук в