Шагая сквозь миры - Мария Фарс Страница 42

Глава 26

Меня все еще немного потряхивает от пережитых волнений, когда я покидаю здание ММ. Нужно было написать друзьям, чтобы они встретили меня. Но после случая с Леви чувствую себя неловко. Идти в свою квартиру, предоставленную работодателем, не хочу. Я не буду чувствовать себя там в безопасности.

"Пожалуйста приезжай. Жду у входа в ММ", — быстро набираю на артефакте и отправляю, пока не передумала. Саги единственный, кого я сейчас хочу видеть. С ним я чувствую себя в безопасности.

Ждать пришлось недолго. Капитан примчался почти сразу.

— Арья, что случилось? — он с беспокойством оглядел меня.

Я молча поднялась со скамейки, на которой ждала его. И обняла мужчину, уткнувшись носом в его грудь. Сильные руки сомкнулись на спиной, чуть сильнее прижимая меня к себе.

— Могу я сегодня переночевать у тебя? — спросила я глухо, по-прежнему утыкаясь в сильное мужское тело.

— Конечно. — он бережно поднял меня на руки и отнес к магмобилю.

Всю дорогу капитан с нежностью и беспокойством поглядывал на меня, но не задавал вопросов. Я отвечала вымученной улыбкой и не спешила начинать разговор.

Он также молча поднял меня на руки, когда мы остановились перед его домом. В кольце сильных рук я чувствовала себя в безопасности. Смогла наконец-то расслабиться и выдохнуть. Напряжение этих дней постепенно таяло в присутствии этого мужчины.

Когда он нес меня к своей квартире, у меня проскакивала мысль о том, что ему тяжело. И нужно хотя бы для приличия предложить опустить меня на пол. Но я быстро отказалась от этой идеи. Сегодня я разрешаю себе побыть эгоисткой. Я как розовый зайчик из известной рекламы. У меня села батарейка и кончились силы.

Уже внутри капитан бережно опустил меня на диван. Без сильных рук и размеренного стука его сердца сразу стало одиноко.

— Спасибо. Ты не устал? Я тяжёлая.

— Ты легкая, я даже не почувствовал твоего веса. Ты голодна? Хочешь чего-то?

— Я не знаю. Нет аппетита.

Он посмотрел на меня, прищурившись, а потом кивнул.

— Заварю тебе чай. Я быстро.

Саги вернулся уже через пару минут, держа в руках поднос, уставленный тарелками. Он торжественно поставил его на кофейный столик перед диваном.

— Что это? — спросила я, разглядывая комплексный обед.

— Чай, — ответил мужчина невозмутимо.

— А это тогда что? — указала на тарелки с едой.

— А это к чаю!

Я посмотрела на его широкую клыкастую улыбку и наигранно вздохнула. А потом, не удержавшись, улыбнулась в ответ. Такая забота была приятна.

— Ты сам хотя бы ел? — по глазам поняла, что нет. — Тогда присоединяйся.

Ароматы еды всё-таки разбудили мой аппетит, и я расправилась с тарелкой супа. Второе и салат я делегировала Саги.

Привалившись к крепкому мужскому плечу, я пила ароматный травяной чай. Голова была абсолютно пустая. Я уставилась в одну точку и просто отдыхала.

— Расскажешь, что случилось? — нарушил мою медитацию капитан.

Я покачала головой. Говорить мне не хотелось. Я и так сегодня слишком много говорила о том, что произошло. Мне нужна его поддержка и он сам. Отложив в сторону кружку, я переползла на колени к Саги и обняла его за шею. Он бережно гладил меня по спине, будто утешая.

— Ну, хотя бы расскажешь, почему ты так одета? — уточнил он.

А я и забыла, что на мне одежда восточной красавицы. Когда ждала его на лавочке у здания, было плевать. А на руках у большого и сильного капитана и вовсе расслабилась и перестала думать о чем-либо.

Сложно сказать, сколько мы так просидели. Я молчала, а он больше ничего не спрашивал, только бережно прижимал к себе и ласково гладил по спине.

Я начала говорить внезапно для себя. Рассказывала про свой первый день, про друзей, про то, как проходило мое обучение. Часть из этого он уже знал. Рассказала ему про кофе и то, как я грязно приставала к инквизитору. Мне нужна была эта исповедь. Я хотела выговориться. Постепенно я перешла к рассказу о том, как попала в свою первую командировку. По мере рассказа руки капитана становились все напряженнее, а дыхание редким и тяжелым. Я рассказала даже про свой сон, о котором я напрочь забыла за всеми этими событиями. Я говорила обо всем без утайки. И наконец, поток моих слов иссяк. Я потухла, совсем без сил.

Я доверилась Сагфороту и теперь с трепетом ждала его реакции. Я же честно рассказала о своих противоречивых чувствах к Аластору.

Он осторожно отстранил меня от груди и заглянул в глаза.

— Арья, ты самая удивительная девушка, которую я знаю. Мне кажется, что я люблю тебя.

Он стёр пальцем солёную дорожку на моей щеке. Когда я успела заплакать. В его не плескалась насмешка или упрёк. Только всепоглощающее восхищение.

Его губы нежно выцеловывали соленые капли с моих щёк. Нежные и легкие касания дразнили меня. И я, не удержавшись, поймала его лицо ладонями и притянула к себе. Я впилась его губы в требовательном поцелуе. Стремилась показать, как сильно он нужен мне.

И он отвечал мне те же. Я отдавала ему всю себя и требовала его взамен. Наше дыхание сбилось и перемешалось, а тела сплелись. Я поерзала на внушительном и твердом желании мужчины. Его член буквально распинал узкие брюки.

Он нехотя оторвался от моих губ и уточнил:

— Ты действительно этого хочешь? Дарья, еще немного, и я не смогу удержать себя в руках. Ты мое наваждение.

Вместо ответа я снова припала к его губам. Я тонула в нашем настойчивом и бесстыжем поцелуе. Мои руки гладили мужскую грудь, туго обтянутую рубашкой. А его обжигающие ладони уже порхали по моей спине. Пестрый, расшитый бисером и камнями топ раскалился и соскользнул с меня.

Мужские руки требовательно впились в мои бедра и отодвинули от себя. Я убрала руки и прогнулась в пояснице. Открывая обзор на обнаженную грудь и приглашая Саги поцеловать ее.

Он посмотрел на меня восхищенным взглядом с хищным блеском в глазах. Провел слегка шершавыми ладонями от шеи к груди, слегка задевая горошинки сосков. Я тихо застонала, и мужчина подо мной дёрнулся, а затем с легком рыком впился в мою грудь.

Он ласкал ее трепетно и нежно. Втягивая напряженный сосок в рот и легко играя с ним языком.

Я взялась за толстые массивные рога и сильнее отклонилась назад. Не хотелось бы, чтобы в пылу страсти он нечаянно меня покалечил. Эта трезвая мысль на миг удивила меня, а потом ее смыло бешеной страстью и напором Сагфорота.

Он оторвался