Лавка «Вермиллион» - Джейми Пэктон Страница 40

– Раз вы так считаете, тогда зачем мы здесь? – спросила Кинта, показывая на Твена и на себя. – Зачем вам платье из волшебного кружева?

Касорина пригвоздила Кинту пронзительным взглядом.

– Затем, что я не могу отказать себе в таком удовольствии. – Касорина негромко рассмеялась. – Как бы я ни верила в науку, я люблю красоту, и я не видела ничего красивее кружева, которое вы плетете. Еще затем, что я довольно стара и хочу, чтобы мою историю вплели в ткань мироздания. Когда я умру, новым главой Северона станет мой сын. Он ученый до мозга костей, а старые легенды и кружевные истории ему неинтересны. Абсолютно уверена, что он поможет Северону вырасти и сделает великие открытия, но перед тем как умру, я хочу надеть кружево, дававшее силу нашим предкам. Хочу покрасоваться в нем на балу, а наутро сжечь.

– Вы впрямь сожжете волшебное кружево? – ошарашенно спросил Твен.

Касорина кивнула:

– Сожгу. Предание, которое ты только что прочел, подтверждает, что столько власти, оказавшейся в недобрых руках, смертельно опасно. Нельзя допустить, чтобы волшебное кружево, как бы оно ни было красиво, превратило нас в чудовищ. На балу я представлю вас обоих гостям, и вы повеселитесь на празднике сколько пожелаете. Потом собирайте вещи, делите заработанные деньги и делайте что хотите.

Разговор успокоил Кинту, и она снова начала плести кружево. Ее пальцы больше не путались в нитях звездного света. Их будущее казалось простым и элегантным, как узор, который она выплетала. Они создадут нечто красивое, потом Твен исчезнет в большом мире. Кинта останется в Североне, репутация кружевницы улучшит ее положение в обществе, как она и планировала.

«Ты рождена для великих дел».

Она станет скучать по Твену, но не слишком сильно. Мечты о власти и успехе ей вполне хватит. По крайней мере, так говорила себе Кинта.

– Спасибо, что дали нам шанс сплести историю вашей жизни, – проговорил Твен, подошел к Кинте и встал у нее за спиной. Он положил руку ей на плечо, и Кинта, не удержавшись, прижалась затылком к его животу. Кого она обманывала, утверждая, что ей хватит мечты о власти и успехе? Ей так давно хотелось стать важной в Североне, разве может она сейчас передумать? Но что происходит, когда появляется парень вроде Твена, который сам по себе мечта?

Эти мысли Кинта отринула. Она разберется в них потом. У них с Твеном есть еще несколько недель. Времени подумать о будущем хоть отбавляй.

Касорина улыбнулась им и допила свой чай:

– Спасибо, что принесли в жизнь старухи любовь и красоту. Давненько я не видела двух молодых людей, так одержимых друг другом. Ваша страсть освежает сильнее, чем весенний ветерок с океана.

От таких слов Кинта зарделась – неужели их чувства столь очевидны? – но от Твена не отпрянула.

– Мы не одержимы друг другом.

Вставая, касорина озорно улыбнулась.

– Допоздна не засиживайтесь, – бросила она через плечо, выходя из библиотеки. – И не забудьте немного повеселиться. – Ее смех наполнил библиотеку, и дверь закрылась.

– Хочешь проветриться? – спросил Твен. – Говорят, в Вермиллионе сегодня выступают музыканты, прибывшие к нам из-за гор. Можно есть плюшки и танцевать, пока ноги не загудят. – Твен глянул в сторону секретного прохода. Кинта клевала носом, но, представив, что вечером выберется в город с Твеном, взбодрилась.

– Концерт я не пропущу ни за какие коврижки, – заявила Кинта. – Хотя танцевать не умею.

– Это легко. Давай я покажу тебе. – Твен протянул ей руку.

– Никаких поцелуев?

– Никаких, – пообещал Твен, поднимая ее на ноги. Кинта положила ему руки на плечи, а ладони Твена легли ей на бедра. – Знаешь, ты могла бы отправиться со мной, – тихо предложил он, убирая ей кудряшку за ухо.

От прикосновения Твена сердце у Кинты заколотилось, как у дикого зверя, пробирающегося по незнакомому лесу.

– Куда? В город сегодня вечером?

Твен покачал головой, медленно ее кружа:

– Нет, когда я уеду из Северона. Ты могла бы уплыть со мной на «Женской мести».

– Я не могу, – шепнула Кинта. Это было полуправдой, но ничего другого она себе не позволила.

Твен приостановил их танец.

– Понимаю, ты получила все что хотела… – Твен кивнул на богатую библиотеку и на дорогое платье Кинты. – Только… знаешь, Тебя-Не-Касается, мне понравилось пускаться с тобой в разные приключения.

– Я… – Кинта отстранилась от Твена, и они вместе застыли посреди библиотеки, глядя друг на друга. Как ей озвучить свои мысли, не обидев его?

Твен смущенно пригладил волосы:

– Извини. Зря я об этом заговорил.

– Я толком не знаю, чего хочу. Просто… я наконец чего-то добиваюсь.

Материнское обещание эхом раздавалось у нее в ушах: «Ты рождена для великих дел».

Это правда, так ведь? Отказавшись от жизни во дворце, она лишится шансов делать великие дела, лишится же? Но стоят ли великие дела разрыва с Твеном? Этого Кинта не знала. Пока не знала.

Твен глубоко выдохнул:

– Мне это, конечно, ясно. Но кто знает, кем могла бы стать ты… кем могли бы стать мы в большом мире? Мы бы многое увидели, многого добились.

– Твен, это твое приключение, а не мое. – В нежном голосе Кинты слышалось сожаление.

Твен поник:

– Но ты же останешься одна.

– Я уже была одна. Кроме того, здесь и сейчас мы вместе. Это главное.

Твен тяжело вздохнул и снова повел Кинту в танце.

– Да, конечно. – От разочарования, звучащего в его голосе, у Кинты разрывалось сердце. Вдруг быть рожденной для великих дел не стоит того, чтобы терять Твена? У Кинты оставалось несколько недель, чтобы это определить.

– Но ты можешь спросить меня об этом еще один раз, в ночь перед Балом Ученых, хорошо? – Кинта придвинулась к нему, прижавшись щекой к его груди.

Твен крепко обнял ее за талию и наклонил назад:

– Обязательно спрошу, Тебя-Не-Касается. Можешь на это рассчитывать.

В его взгляде было столько надежды, что Кинте захотелось точнее ответить ему прямо сейчас. Вместо этого она засмеялась, и их танец продолжился.

Глава 20

Твен

После того как Твен нашел новые нити звездного света, на душе у них с Кинтой стало легче. Пролетал октябрь, каждый день был более-менее похож на другой и при этом абсолютно уникален. С Кинтой они познакомились двадцать девять дней назад, и теперь Твен был безумно, безоглядно, безнадежно в нее влюблен. И почти не сомневался, что его чувство взаимно. Не то чтобы Кинта говорила ему об этом.

Твен больше не просил Кинту уехать из Северона вместе с ним, даром что хотел этого каждый день. Он подождет, как