Рассказы 30. Жуткие образы ночных видений - Артём Скороходов Страница 28

Немил отпил еще немного кваса.

– Никто не знает, откуда взялась бестия и что она такое. Только пропадали в деревне люди. Вроде как раньше бестия выбирала одних незамужних девок – слухи то или правда, не знал и Молчан. Вроде деревенские пытались что-то сделать – не спрашивай даже, давно дело было, – но все без толку. Так и жили, пока не пришел какой-то святоша. Что за человек, откуда взялся, Молчан тоже не знал. Да оно и не суть важно. У святош сто бед – один ответ. Объявил бестию наказанием божьим за грехи. А грехи, мол, можно искупить только жертвами.

С тех пор не дожидались, пока бестия выберет жертву, а отправляли к ней в лес тех, кого выбирал святоша.

– А как же он выбирал? – выпалил Горбуш и тут же прикусил язык.

Но Немил в этот раз не осерчал, только невесело усмехнулся.

– То-то и оно. Молился, и во время молитв приходили ему откровения. Отправили в лес одного ослепшего рыбака, одного юродивого, который баб донимал, пару деревенских пьяниц, несколько беспомощных стариков. А родственники жертв еще и благодарили. Пошли слухи: как не пойти? Но особо рьяных быстро объявили колдунами да ведьмами и отправили на корм бестии. Так отослали в лес и Федору.

Немил замолчал, а Горбуш только сейчас заметил, что забыл дышать.

«А дальше?» – так и рвался наружу вопрос, но юноша понимал, что торопить старика нет резона, и ждал.

Где-то в глубине леса закуковала кукушка, и Немил продолжил рассказ. Горбушу показалось, что старик специально заговорил погромче, чтобы заглушить пугающее «ку-ку».

– Отослали, значит, к бестии Федору, а она возьми и вернись. Правда, Молчан писал, она окривела и с того дня была немного не в себе. И – это я слово в слово запомнил – «Говорила, что видела бестию, только живет та якобы не в лесу».

– Что это значит? – не выдержал Горбуш.

– Что значит, что значит, – передразнил Немил. – Для нее значило одно, для меня – другое, для тебя, может, третье. Поймешь сам со временем, коли не дурак. А коли дурак, то оно и лучше, им жить на свете проще.

Старик сердито схватил яблоко и впился в него зубами, словно вымещая свое раздражение. Яблоко было съедено в несколько укусов; Немил, как всегда, не оставил огрызка, а черешок щелчком ногтя отправил в воду.

– Федора рассказала в деревне, что случилось чудо, уберегшее ее. И было ей откровение, как спасти людей от бестии. Она была славной травницей – не в последнюю очередь потому ведьмой прослыла. Так и началось наше дело: отвары, баня… Федоре, конечно, не все и не сразу поверили. Но люди пропадать перестали. Только святоши не досчитались на следующий день после возвращения Федоры. Это она черный пень придумала.

– Придумала? – прошептал юноша пересохшими губами. – А как же бестия?

Старик словно не услышал.

– Федора тайком выбирала вещицы соседей, которым хотела сбить спесь, клала на пень, а на следующий день спасала избранных. А позже придумала и полезное. Ритуал спасения неплохо защищает от чересчур зорких соседских глаз, кое-кто это быстро смекнул, и потянулись люди за помощью. Сами клали на черный пень нужное. Просили вывести мужей из запоя, избавить девок от нагулянного плода, болезни срамные вылечить.

– А бестия? – совсем по-детски спросил Горбуш.

Старик не ответил, только посмотрел юноше в глаза и долго не отводил взгляда. Горбуш не выдержал первым, опустил голову.

– Тем Федора и жила. А за ней Молчан и я, и на твой век хватит, а там сам решай. Федора завещала брать в ученики того, кого судьба обидела. Я так думаю, таких, кого святоша выбрал бы для жертвы бестии.

Горбуш поежился, представив себе такую судьбу.

– Значит, в деревне знают, что бестия ни при чем?

– Тех, кто верит, хватает. А те, кто знает правду, убеждают других особенно жарко. Не объяснять же соседям, почему незамужняя девка несколько дней у меня гостила, если бестия ее не выбрала.

Некоторое время они молча сидели у болота. Потом Немил тяжело поднялся и потер поясницу.

– Выговорился и полегчало, – сказал он. – Дело за малым. Почти все отвары ты знаешь, осталось немногое поведать, а дальше сам разберешься.

– Деда… Немил, а зачем ты меня сюда привел? Я думал, ты бестию покажешь, а историю рассказать мог бы и дома.

– Люблю я это место. Ни бестии, ни людей. Сюда я нерожденных приношу. Подальше от людей, не пожелавших их. Кто знает, хватит ли сил дойти еще раз.

В деревню они вернулись, когда уже начало темнеть. Старик шагал почти бодро, а Горбуш тащился за ним, неся в придачу к уродливому горбу новое знание. Когда они вышли из леса, Горбуш остановился и новым взглядом посмотрел на деревню.

– Немил, – позвал он.

Старик обернулся.

– Значит, бестии никогда не существовало?

– Почему это? – спросил Немил почти весело. – Еще как существует. Только бабки-сплетницы ее внукам для устрашения змеем описывают, а она по мне так оборотень. Никогда не знаешь, где и когда ее встретишь.

Ночью Горбуш долго не мог уснуть. Голова кружилась от мыслей. А каково оно, объявить деревенским, что он, Горбуш, победил бестию? Кто-то, может, осерчает, а кто-то посчитает героем. Но голос разума подсказывал: «Один день герой, остаток жизни – снова насмешки. И нищета».

Опять же жену ему не найти, а Горбуш уже догадывался, что́, кроме «ритуала», делал Немил в бане с девками. Это были сладкие и стыдные мысли.

Горбуш и не заметил, как заснул. Снилось ему болото, только у сосны вместо Немила сидела незнакомая женщина. Она грозила пальцем и говорила: «Не в лесу живет бестия, ой не в лесу» – и протягивала зеркало. Юноша посмотрел и увидел в зеркале немыслимое количество лиц. И так страшно ему стало увидеть среди них свое, что запустил он зеркало в болото.

К утру забылись и сон, и страх. Горбуш, как всегда, захлопотал по хозяйству. Разве что горб чуть тяжелее обычного давил на плечи. Непростое наследие оставлял приемышу Немил. Но другого судьба не уготовила.

Ольга Цветкова

Три сна Анны

Я брутфорсил эти сны уже третью ночь, кто-то очень сильно заморочился, чтобы не допустить посторонних в святая святых. Забавно, большинство расшаривают свои сны в общий доступ, чтобы любой турист мог посмотреть, как