Королева скалистого берега. Песнь валькирии - Любовь Оболенская Страница 23

Я посмотрела туда, куда указывал старик, и увидела, что и правда большой пласт почвы ушел в воду вследствие оползня. Хорошо, что наша община стоит в стороне от холмов, а то заодно и наш длинный дом мог бы уплыть в море…

– Боги развлекаются как умеют, – проговорила я. – И их шутки нам, смертным, понятны далеко не всегда.

– Кстати, расскажи, что ты видела там, за кромкой бытия? – попросил Тормод.

Ну, я и рассказала, добавив:

– Мало ли что может привидеться в бреду.

– Не надо так говорить, – погрозил пальцем Тормод. – Когда боги являют себя людям, это не бред, а большое везение. Я слышал о том, что они могут наслать человеку Великое Испытание, и горе тому, кто его не пройдет. Да только проходить его приходится и тем, кто находится рядом с таким человеком.

Я почувствовала, как кровь отлила от моего лица…

– Мне уйти? Ну, просто чтоб не подвергать опасности общину?

Старик вновь покачал головой.

– Если Испытание назначено, то бежать от него бесполезно и тебе, и нам. Оставайся, дроттнинг, ибо я вижу, что тебе благоволит Хамингья, богиня удачи, перед силой которой склоняются даже гордые владыки Асгарда. Остается надеяться, что ты поделишься своей удачей и с нами.

– Хорошо, – проговорила я, осторожно выдохнув…

Если б меня изгнали из общины, думаю, это было бы равносильно смерти. В следующий раз, пожалуй, я остерегусь рассказывать о своих снах кому-либо. Даже Тормоду. Ибо в Средневековье всему, что связано с мистикой, придавали слишком большое значение…

Я постаралась перевести разговор на другую тему, кивнув на людей, продолжавших заниматься разделкой китовой туши.

– Кстати, все хотела спросить. А куда подевался Болли? И мне кажется, что мужчин должно было быть побольше…

– Перед тем, как тебя забрали боги в Асгард, ты велела отпустить Болли, дав лодку ему и тем, кто хочет уйти с ним, – вздохнул Тормод. – Думаю, ты совершила большую ошибку, дроттнинг. Той же ночью Болли подговорил кое-кого из тех, кто вернулся из вика, – и под утро они, выкрав Сигурда, который так и не пришел в себя, угнали не лодку, а наш драккар. Всего ушло тринадцать человек, которые могли остаться, если б ты не приказала пощадить этого мерзавца…

Прикусив губу до боли, я опустила голову. Сейчас благородство по отношению к человеку, который пытался подло убить меня, казалось мне глупостью, в результате которой община лишилась дюжины воинов и единственного боевого корабля, который у нас был.

– Не печалься, королева, – проговорил старик. – Ушли те, кто не верил в тебя. Зато оставшиеся уверены, что в твоем теле живет настоящая валькирия, ниспосланная нам богами. Потому, если случится битва, нам не придется ждать, что в твою спину прилетит стрела или копье от тех, кого мы по ошибке считали своими.

– О какой битве ты говоришь? – спросила я.

– О той, которую мы ждем каждую осень уже третий год – и с облегчением вздыхаем, когда зимние холода покрывают льдом поверхность фьорда, не позволяя драккарам данов приблизиться к нашему берегу.

«Даны… – ворохнулось воспоминание у меня в голове. – Так в древности называли датчан. Мы – норды, или нореги, то есть норвежцы. Наши соседи, свеи, в будущем будут называться шведами. Ну и так далее… И не секрет, что викинги частенько нападали друг на друга, если для этого был повод».

– А сейчас есть хороший повод для того, чтобы даны переплыли Северное море, – проговорил Тормод, словно озвучив мои мысли.

– Хороший урожай ячменя, добытый мною кит… – продолжила я. – А также желание Болли и Сигурда отомстить мне любой ценой. Даже если для этого придется натравить данов на нашу общину.

Глава 27

Неприятно было осознавать, что из-за своего благородства я подвергла риску всю нашу общину. Болли был вполне способен на подлость. Например, рассказать данам о том, какой крутой охотничий трофей мы отхватили, да еще и про то, что воинов у нас не так уж и много… Вполне себе повод, чтобы какая-нибудь датская община соблазнилась таким призом, погрузилась на корабли и отправилась через Северное море за легкой добычей.

Если мне не изменяет память, от побережья Норвегии до Дании было немногим больше ста километров. Допустим, скорость драккара около двух километров в час при попутном ветре. Значит, за два-три дня отряд Болли доберется до другого берега. Пока договорятся с данами, пока те соберутся в поход – еще столько же. В общем, дней через десять при неблагоприятном раскладе можно было ждать незваных гостей…

Признаться, я приуныла…

И рассказала Тормоду о своих размышлениях.

– Все может быть, – вздохнул старик. – Можно, конечно, сразу сняться с насиженного места, погрузить на себя все, что мы сможем унести, и направиться искать новое место для поселения. Но хорошие территории давно поделены между общинами, а жизнь на куске голой, никому не нужной скалы – эта та же смерть, только медленная… Правда, можно посоветоваться с богами.

– Это как? – спросила я, тут же мысленно представив себе кадку с отваром из самых спелых и ядреных мухоморов.

Но ошиблась.

– Сходить к Черному озеру, – ответил Тормод. – На его берегу людей посещают боги, но при этом они порой забирают жизни у надоедливых смертных. Не любят асы, когда их тревожат попусту. Так что есть риск навсегда остаться у Черного озера, берег которого усыпан костями желающих пообщаться с богами.

Признаться, мне стало любопытно. К тому же, честно говоря, я не видела выхода. Если Болли и правда вернется с отрядом данов, нам точно не выстоять…

– Я виновата, – проговорила я. – И я пойду с тобой к Черному озеру.

Старик внимательно посмотрел на меня.

– Ты уже недавно общалась с богами, а они не любят тех, кто им досаждает. Даже если мне повезет больше, я не смогу тебе помочь, силы уже не те. А брать кого-то еще опасно, у нас и так слишком мало сильных воинов…

Я усмехнулась.

– Ну, если я выжила один раз в Асгарде, глядишь, и второй раз мне повезет.

Конечно, я была практически уверена, что встреча с Одином и Ньёрдом мне привиделась в горячечном бреду. Но как еще было убедить Тормода взять меня с собой?

– Хорошо, – кивнул старик. – Соберемся и завтра с утра отправимся в путь. Если повезет, к вечеру вернемся.

…Весть о том, что мы идем к Черному озеру спросить совета у богов, буквально потрясла жителей нашей общины.

– Это проклятое место, дроттнинг, – проговорил рыжий Рауд, и я заметила в