Позывной "Аббадон" - Екатерина Воробьева Страница 20

Телефон вновь замолчал, а затем взорвался новой порцией негодования.

-Рехнулась?! Я и ты? Пара?

- Ну, не на всю же жизнь! Только на этот вечер. Обещаю, тебе понравится.

Тедди молчал. Долго молчал. Джин уже думала, он не ответит. Поэтому решила подкинуть дровишек в потухающий костер.

-Не будь занудой, майор. Я обещаю, будет весело. Там каждый год… весело. Не вынуждай меня снова надирать тебе задницу и выбивать долг насильно.

В том как она установила паузу, Тедди почувствовал подвох. Она явно что-то не договаривала. Но ответил.

- Ты не надирала мне задницу! – упрямился он – И никуда я с тобой не пойду! Ты ведь чокнутая на всю голову.

- Я – само совершенство! А ты хорек небритый! – и закончила свое сообщение, прикрепив в конце смайлик, показывающий средний палец.

Она коварно ухмыльнулась, представив, как он пыхтит и охает от возмущения, увидев ее сообщение.

-Коза!

- Боги! Оскорблена до умопомрачения. Чандлер, ты даже ругаться не умеешь нормально. Но не переживай, я испорчу тебя.

- Как пережить то теперь такое счастье, даже не знаю?!

Она читала его сообщения, глупо хихикая. Ей нравилось его дразнить, но еще больше ей нравилось, как он отвечал ей.

-Спокойной ночи, крошка Тедди. Пусть тебе приснюсь я.

- Упаси вселенная! – ответил он, прислав страдающий смайлик – И тебе спокойной ночи, сумасшедшая.

После их переписки, Тедди долго переживал, не пережестил ли с обзывательствами? Не обиделась ли она? А если обиделась, стоит ли принести свои извинения?

Он так же, как и она, стоял в ванной своей квартиры и, шипя от боли, поливал свое разбитое лицо перекисью прямо из баночки.

Он не ожидал сообщений от нее. Но надо признать, что-то внутри дрогнуло, когда он понял кто отправитель. Что-то теплое и мягкое, как ласковая кошка, скрутилось внизу живота и тихо вибрировало, напоминая мурлыканье.

Ему не нравилось, как его тело отзывается на нее. Она была совершенно не в его вкусе, ни внешне, ни внутренне. Абсолютной противоположностью его типажу. Но, видимо у его тела было другое мнение по этому поводу. А может, это давало о себе знать долгое воздержание? Ведь последний раз он имел близость с женщиной несколько месяцев назад.

В отличие от своих коллег, Парсона и Ленгли, которые не пропускали на своем пути ни одной юбки, Тедди был более избирателен на счет женщин.

После их первой встречи Тедди долго не мог забыть безумную наемницу, часто возвращаясь мыслями к сумасшедшей блондинке с необычными глазами. А после того, что она ему сегодня показала… Та иллюзия была настолько реальной. Как такое возможно? Он чувствовал и ее запах, и вкус, и даже чувствовал, какова она на ощупь. Воспоминания об этом взорвались новым приступом желания.

Наплевав на обработку ран, Тедди сорвал с себя одежду и встал под холодный душ, в желании остудить свои безумные, нереальные фантазии.

Глава 9

Рекруты обучались довольно быстро. Это радовало Тедди.

За неделю они научились довольно ладному построению. Выучили все военные звания от младшего сержанта до генерала. Научились правильному обращению к старшим по званию.

Также, посовещавшись между собой, вся команда выбрала себе командира, того, кто будет нести ответственность за весь отряд и станет связующей нитью между командирами и командой. Им стал самый старший рекрут – Джон Хадсон. Высокий, ладный светловолосый мальчишка с темно-зелеными глазами. Парень был по душе Тедди. Не задиристый, ответственный, спокойный и рассудительный молодой человек.

Жаркое полуденное солнце нехило припекало макушки, но рекруты стойко стояли на плацу по стойке «смирно» и терпеливо выслушивали замечания старшего лейтенанта Эванза.

Тедди видел, что Алан больше придирается, чем крушит их по делу, но одергивать его не стал. Не гоже принижать авторитет лейтенанта в глазах рекрутов.

Они стояли вперемешку – девочки с мальчиками, по росту, от самого высокого к самому низкому. На каждом из них уже была надета фирменная черная военная форма.

Во время занятий Тедди не разделял их на девочек и мальчиков. Все занимались единым цельным отрядом, как команда. Без поблажек и заниженных планок на гендер или возраст. Здесь все были равны и едины.

Но в вечернее время он строго следил за тем, чтобы никто не осуществлял каких-либо поползновений на противоположную, запретную территорию.

Чандлер ожидал, что попытки будут, и уже в первый день запрета, поздно вечером, поймал двух мальчишек что пытались подглядывать за девчонками в душе. Тогда он знатно накрутил им уши и отвесил хороших пинков под зад. В наказание штрафникам и в назидание всем остальным он заставил всю мужскую половину отряда отжиматься от пола сорок раз.

А дальше команда сделала все за него. Из-за жесткого наказания парни устроили штрафникам «темную», и больше попыток нарушить запрет не было. Пока не было.

Взгляд Тедди скользил по строю и зацепился на самом последнем в строю рекруте. Она была не только самой маленькой в команде, но и самой младшей. Девочки постарше всячески заботились о ней и оберегали. Помогали купаться и заплетать густые светлые волосы.

Малышка Риджина Дарси, та самая девчушка, что похитила сердце майора в первый день его знакомства с рекрутами, по-прежнему сжимала в руках своего плюшевого мишку. Даже стоя в строю, она отказывалась расставаться с ним. Как бы Тедди ее ни уговаривал, обещая самолично присмотреть за «мистером Пушком», девочка ни в какую не соглашалась расставаться с любимой игрушкой.

В итоге тренер сдался. Поняв, что плюшевая игрушка является для ребенка неким якорем и последней связующей нитью с прошлой жизнью, он разрешил присутствовать на построении, тренировках и теоретических занятиях и мистеру Пушку тоже.

Когда лейтенант наконец угомонился, то отпустил рекрутов по команде «вольно», и те отправились на обед.

- Строго ты с ними. – пожурил Тедди.

- Это разве строго. – не весело отозвался Алан – В наше время за те же самые ошибки как у них, мы получали палкой промеж лопаток.

- И девочки? – удивленно моргнул майор.

- А вы у Сирены спросите. – по лицу Алана пробежала мрачная тень.

Тедди давно заметил, что между этими двумя есть что-то большее, чем совместная служба. Он мог дать руку на отсечение, что старший лейтенант Эванз сохнет безумной, сумасшедшей и всепоглощающей любовью к своей напарнице.