Блюз серых лисиц - Елена Владимировна Добрынина Страница 18

Обычно жертвы этой твари быстро ей приедаются, и чаще она выпивает их досуха, не дожидаясь этого момента. Поэтому дети от лианан – неимоверная редкость и проблема. По хорошему, девочку следовало уничтожить, едва в ней проклюнулся дар, но Донни неожиданно за нее заступился и взял к себе. Далеко не все считали это правильным.

Узнав все это, я вполне логично задался вопросом: «А что необычного во мне? С чего бы это фейри затащил меня в подобную компанию?»

Ответов у меня не было. А тот, кто мог их дать, с объяснениями не торопился. Донни вообще в эти дни не докучал мне своим обществом, хотя без присмотра не оставлял: время от времени я чувствовал на себе тот самый внимательный взгляд, от которого мне становилось не по себе.

В один из вечеров, когда клиенты только-только начинали подтягиваться в «Нору», на барный стул, что стоял возле стойки, прыгнул кот. Я не заметил, за кем это он прошмыгнул в двери – зачитался справочником – поэтому удивился пушистому гостю. Тем более что кот бы весьма примечательный: холеный, с длинной шерстью светло-кремового, почти белого, окраса и прозрачно-голубыми глазами.

– Ух, какой тут у нас красавец.

Я наклонился вперед и попытался почесать кота за ухом. Шерсть его тут же встопорщилась, в глазах сверкнули гневные искры.

– Руки про-очь, Гре-е-эйстон, – очень четко и очень недовольно произнес он.

Потом вспыхнул ярким солнечным светом от кончика хвоста до кисточек на ушах – и в следующее мгновение я увидел перед собой идеальный профиль моего бывшего босса, тщательно стряхивающего пылинки с лацкана своего пиджака. Сидящий неподалеку изворотливый клурикон, маскирующийся под хмельного торговца, тут же ойкнул и склонился в почтительном поклоне.

– Мне нужен Донни. – Дэриан озирался по сторонам так, словно был королем, попавшим волею судьбы в лачугу рыбака.

Патрона я сегодня не видел, о чем тут же и сообщил.

– Я подожду, – решил мистер Ди, не трогаясь с места.

Из напитков он выбрал редкий медовый эль с шиповником и малиной.

Ждать пришлось совсем недолго: пока я ходил за элем в погреб и искал среди добрых двух дюжин одинаковых бочонков нужный, число фейри в зале удвоилось.

Дэриан и Донни, стоящие друг напротив друга, представляли собой странное зрелище. Первый – строгий, волевой, в безукоризненно аккуратном светлом костюме, второй – нарочито-развязный, небрежно-ироничный – в черном. Полные противоположности друг друга.

– Вы только посмотрите, кто к нам заглянул! Давненько тебя не было, Дэрри.

– Зато тебя, братец, нынче отсюда не выманишь, – Дэриан cмерил Донни скептическим взглядом. Тот и бровью не повел. – А здесь ничего не изменилось. Та же дыра, что и раньше. Хотя чего еще ждать от логова падальщиков?

Я думал, что Донни рассердится, но он улыбнулся еще шире, блеснул острым клыком и подошел к брату почти вплотную.

– Ну надо же кому-то подъедать за вами дохлые дела... – доверительно сообщил он. – Те, что вам самим не по зубам.

Воздух в зале сразу сгустился.

Дэриан молча похлопал в ладони. Ровно три раза.

Хлоп-хлоп-хлоп.

– Смотри не подавись ненароком. С твоей-то нездоровой тягой к самоуничтожению.

Глаза Донни опасно сузились, и он отзеркалил издевательский жест брата.

Хлоп-хлоп-хлоп.

– Ко-отик, – протянул он ласково, – а не пошел бы ты... – На долю секунды лицо Дэриана исказила ярость. – ...Наверх, – продолжил Донни, упиваясь его злостью. – Там и поговорим.

И приглашающим жестом указал в сторону лестницы.

Как и остальные присутствующие, я провожал их взглядом, пока оба фейри не пропали из вида. И только потом понял, что все это время простоял с кружкой эля в руках.

«Зря ходил, что ли? Отнесу-ка по-быстрому», – решил я и поднялся на второй этаж вслед за братьями Дэр.

Постучал в дверь кабинета нашего босса, но ответа так и не дождался, что и неудивительно: внутри никого не оказалось. Я помялся немного на пороге и собрался было идти обратно, когда по ногам моим, будто сквозняком, потянуло вдруг прохладным и тяжелым от влажности воздухом. Почудился тонкий аромат листвы, горьковатых цветов, еще чего-то остро-свежего. И голоса.. тихо-тихо, на грани слышимости. Эхо от эха...

Медленно я подался вперед и сделал пару острожных шагов. Заметно похолодало, запахи стали ярче – будто я среди цветущего кустарника и прибрежных трав, – глаза заволокла легкая дымка, кабинет исчез, я совсем ничего не видел вокруг – только легкую, слегка мерцающую, вуаль светлого марева. У щиколоток оно сгущалось и струилось дальше, вперед, приглашая за собой, будто течение призрачной реки. Я замер на этой странной туманной границе, потому что сквозь пелену до меня донеслись знакомые и, одновременно, иные, голоса. Так четко, словно меня от говорящих отделяли всего несколько метров. И голоса эти ожесточенно спорили друг с другом.

– …. Разве должен я объяснять очевидное? Разве твои глаза не видят этого? – Дэриан говорил будто сквозь бурю, не словами – раскатами грома, ревом ветра.

– Я вижу многое, брат мой. Но решение давно принято, и я не изменю его. – Этот голос звучал совсем иначе: нарочито негромко, но от этого лишь более веско. В нем мне слышался далекий вороний грай и гулкое эхо шагов в пустом замке.

– О, Мабон! – это прозвучало примерно как «О, Боже!» – Рисковать в такое время.. Из-за какого-то щенка? Мало бед он принес всем нам? – Воздух превратился в вязкий кисель. Виски сдавило невидимым жестким обручем. – Нарушить запрет Белого Короля... Безумие!...

– Гейс, наложенный Его Величеством, нерушим! – жестко и холодно отрезал Донни. – Остальное касается только меня.

Дэриан вздохнул так, будто худшие его опасения не подтвердились.

– Хорошо если так, – сказал он чуть погодя. И голос его звучал почти спокойно. – Вороны Видящей госпожи пророчат нам Темное время...

Тяжесть, давящая со всех сторон, схлынула, оставив ощущение слабости в ногах и шума в ушах.

Медленно, пятясь, словно рак, я сделал три шага назад. Дымка и голоса исчезли, а я обнаружил себя на пороге знакомого кабинета с кружкой медового эля в подрагивающих руках.

– Так, к черту, – решил я и залпом осушил ее, почти не чувствуя вкуса.

И только потом закрыл дверь снаружи и спустился в зал.

Все произошедшее никак не шло у меня из головы. Я понимал,