Блюз поребриков по венам - Анна Игоревна Рудианова Страница 12

Поморщился, вспомнив чушь про русалок от вчерашней консультантки, и скривился, когда отворилась дверь, и секретарша Зоенька пригласила моё тело к начальнику для отчёта. А о чём можно отчитаться, если ещё нет толком никакой информации?!

И я пошёл, ведь Авсейков ждать не будет.

Но оказалось, что жаждут меня видеть вовсе не по вопросу утопленников. Адвокат одного очень авторитетного человека затребовал моей аудиенции в присутствии моего руководства, дабы вывести меня на чистую воду по вопросу взяточничества и вымогательства.

Пел адвокат красиво, опираясь на букву закона, давил на честь и совесть, угрожал, стращал, а после тут же предложил наиболее выгодные для него пути решения проблемы. Только не учёл он одного: что разработка его подзащитного велась давно и не только моим отделом, план операции начальством одобрен, факт дачи взятки был зарегистрирован. Так что со всех сторон я подстраховался, ибо умный, и повышение в этом году хочу, и звание новое. Мне играть в честь и достоинство не с руки, для этого у меня молодёжь есть в отделе, которая всё ещё верит в высокие идеалы и мораль.

Несмотря на то, что я молодец, помурыжил адвокат меня знатно, потом ещё и товарищ-начальник сверху добавил и за перса этого с адвокатом, и за трупы утопленников, и за план.

А после обеда я получил отчёт от консультантки, и в кабинете грянул гром… точнее смех. В принципе, суть та же, что и у Трупорезки, но ересь про отключенную воду в квартирах и солнечные дни в Питере мы читали всем отделом, завывая и похрюкивая.

– Ей в стендап надо. Порвёт зал, – высказался Санёк, который вчерашнюю блондинку толком не рассмотрел, потому что был занят опросом свидетелей.

– Ей бы в стрип-клуб. С такими ногами, – мечтательно протянул Ромашка, тот ещё ходок и любитель прекрасного пола.

Я попеременно прикинул Василису Анатольевну на сцене в роли комика и в роли танцовщицы и признал очевидное: несмотря на бешенство вчерашнего дня, на её идиотские речи про корюшку, на шесте блондинка мне нравилась. И даже больше, чем просто нравилась.

– Харэ ржать! – рявкнул, неожиданно даже для себя, так громко, что ребята в изумлении уставились на меня. – Делом занялись, а не баб обсуждаем!

– Так ведь не баб, – Роман опять не понял намёка. – Одну конкретную! – мечтательно протянул парень, а я уже придумал сто один способ его убиения.

Надо что-то решать с личной жизнью. После Евы, последней официальной любовницы, я так никого и не нашёл, все не дотягивают до стандарта красоты. Да и намучился я с этой красотой, если честно. Но перерыв в два месяца отрицательно сказывался на моём психологическом здоровье.

Что-то меня коробило во всей этой ситуации. Объяснить словами не мог, но как будто мозжечок чешется, или кто-то рядом по стеклу пенопластом водит, а у меня волоски на руках дыбом встают. И, главное, не отпускает. Ни слова про русалок из головы не выкинуть, ни отчёт этот ржачный не забыть. Теперь ещё и видение блондинки в розовом микроскопическом купальнике на барной стойке не стереть.

К вечеру ухайдакался так, что решил вознаградить себя походом в бар, пропустить рюмку-другую, подцепить, возможно, кралю на ночь, а если хорошо пойдёт, то и на выходные. Что-то звало и тянуло в сторону Невского проспекта, конкретней, на Рубинштейна, как оказалось. Потому что стоило открыть «Яндекс.Карты» для поиска подходящего места, как маршрут уже построился до незнакомого бара.

Мой навигатор читал мои мысли – приятно! Даже отзывы не посмотрел, если будет плохо, пойдём в соседнее заведение, их на этой улице в каждом доме по три штуки. Определился, позвал с собой ребят, обрадовался, что так удачно ботинки неудобные нацепил.

И надо же было такому приключиться! В первом же баре, где мы так козырно приземлились с Саней и Ромой, обнаружилась вчерашняя экспертша. Я её с ходу и не признал.

– О, Клим, смотри, – завопил Санёк, перекрикивая музыку и теряя интерес к девушке за соседним столиком. – Это разве не накаблучная Василиса Анатольевна? Похожа…

Я обернулся и чуть не подавился слюной от прилива чувств. В белоснежном платье, что, как вторая кожа, облепило фигурку, томно посасывая коктейль из трубочки, за барной стойкой сидела Петропавлова. Та самая, которая вчера вызывала у меня зубную боль и бесила до кровавых пятен перед глазами. Сегодня же её фигура с пышными бёдрами и высокой грудью напоминала мне гитару. И так манила сыграть на ней что-нибудь совсем уж порочное. Я сглотнул и попытался прикинуть, с чего такие изменения в моём организме, но девушка соскочила со стула, покачивая бёдрами как маятником, прошлась по проходу и приземлилась за столик. И если я был сражён её видом со спины и сбоку, то глубокое декольте – просто контрольный в голову.

– Так, братва! Девушка эта – МОЙ консультант. Рот на неё не разеваем. Усекли?!

Саня хохотнул, но согласно кивнул. Ромка театрально вздохнул:

– Ну почему такая несправедливость? Если работа, то нам, молодым, а если женщина красивая – то вам, старичкам?!

– Я тебе дам, старичкам! Я тебе в тире покажу, кто кого. А сейчас подхватились и за мной.

Чего время терять? Надо идти на сближение!

Василиса выглядела открытой и весёлой, добродушной и просто божественно неприступной. Но я знал, как прошибать снежных королев – протянул к ней руку, взял за пальчики и признал:

– Ты была прощена в тот момент, как я тебя в этом платье увидел.

И опять совершеннейшая правда. Почему в голову лезут тупые банальности?! Клим, приходи в себя, тут нужна артиллерия помощнее!

***

Я ревностно проследил за тем, как Василиса шла по проходу в сторону клозетов, чтобы, так сказать, припудрить носик, а половина мужиков в баре синхронно поворачивали головы в её сторону.

Официант только принёс новую порцию коктейлей, как Наденька, подружка Василисы, вздохнула:

– Хороший ты парень, Клим. Только лишнее это. Василисе много пить нельзя, Толян активизируется.

– Кто? – меня пробрало любопытство. У блондинки есть парень?

Брюнетка закрыла лицо руками и безудержно заржала:

– У Василисы отчество – Анатольевна. Когда выпьет,