Младший сын семьи чеболя. Новелла. Том 1 - Sankyung Страница 109

Только вступив в серьезную схватку, О Сэхён начал видеть истинное лицо корейских чеболей. Они не хотят бороться за что-либо, поэтому пытаются устранить саму борьбу. Судя по лицу председателя Чу, тот готов согласиться, даже если он назовет сумму в сто миллиардов вон.

Ведь если их заявка на торгах будет единственной, он сможет просто указать в документах сумму на сто миллиардов меньше.

— Кажется, вы совершенно заблуждаетесь… У наших инвесторов тоже достаточно денег. Сейчас им хочется развлечений. Они все фанаты автомобилей, поэтому просто хотят заполучить производителя автомобилей.

Купить компанию, производящую игрушки, для ребенка, который без ума от них. Этот абсурдный аргумент говорил только об одном. Переговоров не будет.

— Если выйдет хоть одна статья о том, что национальное богатство утекает за границу из-за компании-спекулянта, вы ничего не сможете поделать, не так ли? С патриотизмом корейцев трудно тягаться.

— Когда они увидят цену на торгах, тут же поймут, кто самый главный патриот.

Предупреждение о том, что в деньгах они не проиграют.

Председатель Чу ясно узрел волю «Миракл». Ее нисколько не затмевали всякие глупости о мечте или автомобильных фанатах.

Когда председатель Чу, издав короткий вздох, уже собирался встать, у О Сэхёна зазвонил мобильный телефон.

— Прошу прощения, председатель. Я непременно должен ответить на этот звонок…

Председатель Чу кивнул и взял в руки чашку чая.

— Говорите спокойно.

Ему было любопытно, с кем О Сэхён разговаривает тихим голосом в самом углу кабинета. Чей звонок он должен был принять, несмотря на встречу с такой важной персоной, как председатель Чу?

О Сэхён, который вернулся на место после короткого телефонного разговора, не собирался ничего скрывать.

— Похоже, мой секретарь сообщила главному инвестору нашей компании, что вы здесь, председатель.

— Вы имеете в виду вашего начальника?

— Да, верно.

— Он дал какое-то важное указание?

О Сэхён почесал в затылке и смущенно улыбнулся:

— Он очень прямолинеен и сосредоточен на эффективности…

— Что? Что вы хотите сказать?

На лице председателя Чу появились проблески ожидания. Может быть, он захотел избежать конкуренции?

— Предлагает избавиться от всех скрытых пунктов. Считает, что было бы выгоднее всего восполнить все, что можно, за счет государственных средств и конкурировать исключительно по цене приобретения. Это будет беспроигрышный вариант для обоих. Вне зависимости от того, кто победит, ущерб в таком случае окажется минимальным.

— И вы считаете это предложением?

Он предлагал объединить неценовые факторы, которые будут затребованы от кредиторов, и соревноваться только по цене поглощения.

Председатель Чу совершенно растерялся. Как можно высказывать нечто подобное с таким невозмутимым лицом?

— Это ведь вы, председатель, ворвались ко мне в кабинет и сказали, что выплатите нам денежную компенсацию, если мы не станем участвовать. Вы предложили удобный для вас способ, а я просто ответил. Если в бою появляются правила, он превращается в спорт. Разве это не повысит наше достоинство?

Председатель Чу встал с дивана, глядя на О Сэхёна, который говорил с лукавой улыбкой.

— Как с вами интересно. Давно я не участвовал в настоящей битве. Достоинство? Имя «Тэхён» сложилось не из достоинства. Я покажу вам, что оно было создано в результате борьбы и катания в грязи. Так и знайте.

Глядя, как резко председатель Чу открыл дверь и вышел, О Сэхён забеспокоился, не сказал ли он чего-нибудь лишнего.

Услышав через интерфон, что дверь в кабинет О Сэхёна открылась, я быстро побежал к нему.

— Эй! Может, зря мы его спровоцировали? — встревоженно закричал дядя, как только я вошел в кабинет.

— А что? Он рассвирепел?

— Ты ведь и сам слышал. Нет, надо было тебе видеть его лицо. Оно прямо полыхало боевым духом. Аж жутко!

Я что, просчитался? Да ладно?

— Дядя, моя идея оказалась плохой?

— Нет, это было уместно. Поэтому я сразу же ему и предложил. Если обе стороны выдвинут одинаковые требования об облегчении бремени долгов, у кредиторов не будет иного выбора, кроме как их принять. А они, должно быть, уже гарантировали немалое облегчение долга «Тэхён Групп».

О Сэхён взглянул на мое лицо и усмехнулся.

— А ты, выходит, тоже из семьи чеболей.

— Что это вы вдруг? Я ведь чеболь в третьем поколении.

— Ты не наглеешь, не отличаешься высокомерием и прилежно учишься, поэтому я все время об этом забываю. Но когда увидел, что тебе вдруг пришла идея об облегчении долгового бремени, я подумал, что это потрясающе.

Глядя на горько улыбающегося О Сэхёна, я хотел многое сказать, но сдержался. Искренность нужно показывать через действия, а не слова. Все, что нужно сделать, это показать, что я единственный чеболь, который останется надолго и не станет использовать народные деньги как свои собственные.

— Ну, давайте исправлять документы. Удвойте ожидаемую сумму списания долга и пересчитайте цену.

— Что? Эй! Ты разве не слышал, что сказал председатель Чу…

— Слышал, но мы можем просто его проигнорировать.

Беспокойство О Сэхёна совершенно напрасно. Это всего лишь слова, которые председатель Чу Ёниль произнес, вспылив.

Грязь? Борьба?

Все это было давно. Нынешний председатель Чу Ёниль — чеболь до мозга костей. А ни один из нас не откажется от предложения объединить условия и сэкономить.

— Председатель должен принять это предложение.

— Кхм.

Сжатый рот и нахмуренные брови показывали, насколько председатель Чу зол, но ключевые фигуры группы компаний нисколько не колебались. Нужно предотвратить катастрофу, когда председатель выходит из себя и переворачивает прекрасно накрытый стол.

Учитывая все старания, вложенные в подготовку к поглощению «Аджин Моторс», объединение по ключевым пунктам просто необходимо.

Долг «Аджин Моторс» в размере 3,28 триллиона вон и долг дочерних компаний в размере 1,58 триллиона вон должны быть списаны. А оставшаяся задолженность в размере 2,52 триллиона вон конвертирована в акционерный капитал.

Невероятные условия, которые позволят списать 7,38 триллиона вон.

Стоит только подумать о влитых деньгах, выпитом алкоголе и купленных женщинах, чтобы добиться согласия кредиторов банков и чиновников-экономистов на эти условия, как начинает болеть голова.

Кроме того, хотя однозначный ответ и не был дан, цена поглощения, которую уже согласовали, пусть и неявно, составит 1,2 триллиона вон.

Стоимость вырезания всей гнили из «Аджин Групп», нанесения на раны лекарств, отмывания всей грязи, а затем накачивания витаминами составляет всего 1,2 триллиона вон.

Такого роскошного ужина больше никогда не будет.

Однако если «Миракл Инвестмент» начнет вмешиваться по части облегчения долгового бремени, его придется готовить заново.

Цену приобретения можно увеличить на сто-двести миллиардов вон, но переговоры по облегчению долгового бремени не могут быть пересмотрены.

Руководители «Тэхён Групп» были даже благодарны «Миракл» за предложение объединить условия.

— Переговоры были тяжелыми. Ни за