Зеленая жемчужина. Мэдук - Джек Холбрук Вэнс Страница 99

– И в чем заключаются эти обстоятельства?

– Три раза Висбьюме посещал Хайдион, где ему немедленно предоставляли королевскую аудиенцию. Прибыв в Тройсинет на борту «Парсиса», он наводил подробные справки, касающиеся Друна и Глинет, после чего вернулся в Лионесс отчитываться перед Казмиром. Недавно он снова приплыл на «Парсисе». Теперь он прозябает в деревне, меньше чем в десяти милях от Родниковой Сени. Ты чуешь, куда дует ветер?

– Начинаю догадываться. Мне тоже все это не нравится. Он все еще в Виске?

– Висбьюме остановился на постоялом дворе «Кот и плуг». Разумеется, за ним следят. Он проводит много времени, изучая содержание книги в кожаном переплете. Он совершает поездки по окрестностям в нелепой двуколке, запряженной маленьким пони. Иногда он уходит в лес в поисках редких трав. Деревенские девицы его сторонятся – он их преследует, упрашивая их подровнять ему волосы, почесать ему спину, посидеть у него на коленях или поиграть с ним в прятки. Когда они отказываются идти с ним в лес искать колдовские травы, Висбьюме становится капризным и раздражительным.

Эйлас огорченно вздохнул:

– Завтра мне придется провести совещание с министрами – иначе они решат, что я ими пренебрегаю. Потом я отправлюсь в Родниковую Сень… Хотя Висбьюме не пользуется высокой репутацией среди волшебников, я предпочел бы посоветоваться с Шимродом. Но не могу же я отправлять к нему гонцов и просить его приехать каждый раз, когда у меня или у тебя возникает недоброе предчувствие! Его терпение тоже не бесконечно. Что ж – посмотрим, посмотрим. Кстати, я страшно проголодался. На борту «Паннука» кормят по-матросски. Может быть, в кухне нам подыщут что-нибудь повкуснее на ужин: жареную птицу или хотя бы ветчину с яичницей; я не отказался бы от репы, тушенной в сливочном масле, с зеленым луком.

Пока они ели, Ейн поведал Эйласу о секретном военном корабле Казмира. С огромными предосторожностями корпус этого корабля спустили на воду со стапелей в Блалоке – по словам очевидцев, приславших донесения, это был превосходный корпус из добротных дубовых досок, скрепленных новыми бронзовыми гвоздями и заклепками, с низким надводным бортом, снастями для легко управляемых треугольных парусов и уключинами для сорока весел – на случай штиля.

Чтобы корабль никому не попался на глаза, его решили отбуксировать ночью из верфи в док выше по течению Мурмейля, где должны были установить парусное снаряжение. Увы, план провалился. Тройские лазутчики обрубили буксировочные канаты – корпус вынесло рекой из устья в открытое море. На рассвете тройские корабли подхватили обрывки канатов и отбуксировали корпус в один из длинных узких фьордов Южного Дассинета. Будучи надлежащим образом снаряжен, этот корабль, построенный за счет лионесской казны, должен был пополнить тройский военный флот. Ейну сообщали, что Казмир, узнав о потере корабля, пришел в бешенство и рвал на себе бороду.

– Пусть Казмир строит десятки кораблей! – воскликнул Эйлас. – Мы их будем красть, пока у Казмира не останется ни одного волоска на лице!

Когда Эйлас и Ейн заканчивали ужин – на столе оставались только сыр и фрукты, – в королевскую гостиную ворвался Друн, запыхавшийся и запыленный с дороги; широко раскрытые глаза его бегали. Эйлас вскочил:

– Друн! Что случилось?

– Глинет пропала! Не вернулась в Родниковую Сень! Я не мог ничего сделать – это случилось за день до моего возвращения!

– Как она пропала? Ее кто-нибудь увез?

– Она пошла гулять в окрестные леса – она часто туда ходит – и не вернулась! Никто ничего не знает наверняка, но подозревают чудаковатого чужеземца по имени Висбьюме. Потому что он тоже исчез.

Эйлас обреченно опустился в кресло. Мир, на минуту казавшийся прекрасным и справедливым, снова погрузился в серую мглу. Тупая тяжесть неизбежности опустилась на плечи:

– Надо полагать, ты организовал поиски?

– Я сразу выехал, взял с собой лучших ищеек – Носача и Прыгуна. Они проследили Глинет до лужайки в лесу – там ее след оборвался. Я обещал награду тем, кто найдет принцессу; несколько десятков человек с собаками прочесали окрестные леса – они все еще этим занимаются. Я поспешил сюда, чтобы собрать отряд егерей и следопытов – скакал без остановки, только менял лошадей. Хорошо, что ты вернулся – не знаю, что делать!

Эйлас обнял сына за плечи:

– Друн, на твоем месте я не смог бы сделать больше или придумать что-нибудь еще. Здесь замешано колдовство, нам нужна помощь.

– Шимрод! Нужно с ним связаться!

– Так и сделаем! Пошли!

Эйлас провел сына в кабинет, примыкавший к гостиной. На жердочке над этажеркой сидело чучело филина. В клюве чучело держало голубой шнурок с золотой бусиной на конце.

– А! – воскликнул Эйлас. – Шимрод нас опередил!

Он осторожно потянул за шнурок, и чучело филина произнесло:

– Я в Родниковой Сени. Приезжай.

Глава 14

1

Наступила пора солнцестояния, которой астрономы придают большое значение. В ночном небе преобладали изящные летние созвездия – Змееносец, Лира, Цефей, Лебедь с сияющим Денебом. Арктур и Спика, благородные весенние звезды, снизошли к западу; на востоке всходил Альтаир, надменно мерцавший над мрачным Антаресом, а над южным горизонтом распростерся Скорпион.

Под безразличным взором звезд всюду на Старейших островах люди занимались своими делами – иногда с торжеством, подобно старому королю Гаксу, короновавшему Эйласа, а порой и в ярости, подобно королю Казмиру, бушевавшему по поводу похищенного корабля. Мужья распекали жен, а жены указывали на недостатки супругов; в сельских трактирах и городских тавернах не смолкали стук кружек, звон монет и взрывы смеха – бахвалы болтали и спорили, обжоры набивали животы, пьяницы насасывались вином. В странноприимном доме «Рога Кернууна» на берегу озера Кийверн еще один порок, свойственный человеку, а именно алчность, олицетворялся хозяином заведения по имени Дильдаль. Пожалуй, следует поведать о дальнейших событиях, связанных с Дильдалем, прежде чем их заслонят более значительные повороты судьбы.

За два дня до солнцестояния в «Рога Кернууна» явилась, чтобы перекусить, группа друидов. Несмотря на то что Дильдаль подал им сытные двойные порции вареной говядины и тушеные ягнячьи ножки, друиды продолжали живо обсуждать некие обстоятельства, вызывавшие у них взрывы негодования. В конце концов Дильдаль не смог сдерживать любопытство. Расспросив посетителей, он узнал, что отряд разбойников позволил себе неслыханное святотатство – высадившись на неприкосновенный остров Альзиэль, мерзавцы подожгли факелами огромную плетеную клеть в виде вóрона и освободили приготовленных к жертвоприношению пленников, в связи с чем отправление ежегодного обряда стало невозможным. Друиды утверждали, что это потрясение основ каким-то образом связано с восшествием на престол нового