Многоликая в танце. Изумрудный бал - Олеля Баянъ Страница 9

Полюбовавшись её питомцами, я согласилась перейти на более неформальное общение, затем попрощалась и ушла. Мне предстоял урок с регентом.

Глава 6

Корона была в надёжных руках. В этом я смогла убедиться не один раз. До меня стали долетать обрывки разговоров других адептов про Литию. Не знаю, как это работало, но сейчас я сама удивлялась, почему раньше про неё сама не услышала.

Приближалось самое страшное время для студентов — сессия. Старшекурсники не упускали случая постращать нас, что мы не сдадим. Из всех первогодок больше всего боялась Вайолет Грин, девушка с ушками, как у летучих мышей. Училась она, на удивление, плохо. Я тоже тряслась, пока не сдала все экзамены. Не зря училась. А вот Вайолет завалила сессию. Правда, до меня донёсся слух, что она вылечила неизлечимо больного орка. Там даже сама магистр Бремосси была в шоке и обещала зачесть Грин все экзамены, если та напишет, как ей это удалось.

Мне вот тоже было интересно узнать, чем вся эта история закончится, но регент проводил свои танцевальные уроки довольно регулярно, и мне надлежало их прилежно посещать.

Я шла к нему как на очередную битву, поэтому не ожидала услышать:

— Поздравляю с успешной сдачей экзаменов, — Виарат дор Халденрей улыбнулся. Суровые черты смягчились. Глаза засияли ярче. — Твой подарок отправился к тебе ещё вчера в твою комнату в общежитии. Думаю, что ты его уже успела оценить.

— П-подарок? — что он ещё задумал? Очередная проверка или психологический трюк? Как же с ним сложно.

Стоп! Он сказал «в общежитии»? Но я там не живу! И что теперь делать?

— А поблагодарить? — его улыбка и взгляд потухли. — Или лорд Дамхорфъ тебя этому не научил?

— Э…

Слова никак не находились. Рассказывать ему о своих трудных взаимоотношениях с соседкой по комнате не хотелось вот ни капельки.

— Благодарю, — я присела в реверансе, хорошо, что платье надела сегодня, иначе бы это выглядело смешно. — Это подарок, достойный рейнисы, — лучше так сказать, чем совсем промолчать.

— Я хочу, чтобы ты надела и платье, и украшения на бал.

Что? Я замерла, стараясь удержать на лице нейтральное выражение, чтобы по нему нельзя было прочитать мои эмоции. И я так сосредоточилась на том, чтобы не выдать себя, что не заметила, как тёмный маг подошёл ко мне и протянул руку, в которую я по привычке вложила свою ладонь. Он повёл в танце. Я следовала за партнёром, отведя взгляд в сторону.

Что делать? Если платье и украшения в моей комнате, то соседка, скорее всего, их забрала. Нужно наведаться туда и вернуть их. Если я приду в обычной мантии на бал, то дор Халденрей… У меня вспотели ладони от возможных последствий.

— Нервничаете? — усмехнулся регент.

— Отхожу от экзаменов, — бросила я, не глядя ему в лицо.

Точно! Я совсем забыла про ежегодный бал в академии. Только и делала, что училась и читала газеты. А перед балом ещё и ярмарку должны устроить. Иви про неё трубила. Да и от Тэсс я тоже про неё слышала. Но у меня совсем не было времени на развлечения и шалости, которые устраивали другие адепты. Даже Грызарур уже стал беспокоиться о моём состоянии, не заболела ли я. Ведь все студенты так или иначе участвовали в шалостях. Вон, ведьмы перекрасили мантии боевикам в розовый. А из-за чего всё случилось, я так и не разобралась, потому что зарылась в учебники и газеты.

— Урок закончен, рейниса, — Виарат дор Халденрей отступил на шаг от меня, и я очнулась от своих мыслей. — Встретимся уже на балу. Я буду вашим спутником.

И во второй раз он оставил меня.

Может, мне стоило подумать, почему регент больше не задавал мне никаких вопросов или не давил своими приёмчиками, но у меня было очень важное дело — вернуть себе его подарки.

Я неслась во весь дух в общежитие лекарей, чтобы остановиться только перед дверью в свою комнату. Свою только номинально. Я повернула ручку и вошла. Соседки, которая хвасталась своей родословной, не было, и я выдохнула с облегчением. Хотя бы не придётся со скандалами и криками возвращать свои вещи. На той кровати, что должна была быть моей, лежала большая коробка нежно-розового цвета, перевязанная розовым атласным бантом. Рядом находилась коробка поменьше, на ней сверху положили квадратный футляр, обитый тёмно-синим бархатом. Все коробки выглядели так, словно их совсем недавно доставили, и никто их не вскрывал. Неужели у моей соседки отсутствует женское любопытство? Я подошла и коснулась банта, который заискрился и осыпался золотистыми всполохами. Значит, заколдованы. Только я смогу их открыть. Отлично!

Я сложила коробки одна на одну, подхватила футляр подмышку и вышла из комнаты, пока не вернулась крикливая соседушка. О примерном содержимом я уже знаю, поэтому рассматривать всё буду в безопасном месте.

— Адептка фер Плюморфъ! — громкий высокий голос на грани визга послышался за коробками.

Я осторожно выглянула сбоку и увидела светловолосую женщину в строгом костюме с галстуком. Непроизвольно сглотнула. Хотя, мне раньше не доводилось встречаться с этим Террором, но даже я была наслышана о местной психологине Идан Теер, которая собственной персоной стояла передо мной и смотрела на меня сверкающим взором. Я попала и пропала! Она же сейчас привяжется так, что не отцепится. И с грузом-то быстро не убежать.

— Адептка Миарина, мне вы можете рассказать всё, что вас гложет изнутри, — провозгласила магистр Теер.

— Меня ничего не гложет, — процедила я сквозь зубы, пытаясь обойти её справа.

Психологиня загородила мне дорогу.

— Рина, позволь обращаться к тебе на «ты», — она схватилась за коробки с противоположной стороны. — Я уверена, что тебе нужна моя помощь.

— Благодарю, но коробки я могу и сама донести, — я попыталась вырвать их из её рук, но Террор вцепилась намертво.

— Мне донесли, э, я случайно узнала, что ты не живёшь в выделенной тебе комнате, а ютишься у Грызарура, — она никак не хотела отдавать мои вещи. — Вы, лекари, лечите человеческие тела, а я лечу их души.

Лечим, как же! Магистр Бремосси сказала бы, что мы их точно КАлечим. Это утверждение было верным и для психолога, которая могла заколебать любого. Вот, например, как меня сейчас.

Как Теер узнала, что я поссорилась с соседкой? Я же никому не жаловалась и не обсуждала ни с кем этот момент. Огляделась. Вдруг «доброжелатель» захочет раскрыться, чтобы его потом непременно поблагодарили. Не зря же Террор оговорилась. Из-за угла выглядывало знакомое лицо