Нона из Девятого дома - Тэмсин Мьюир Страница 73

синюю полоску. В одной руке у человека был чемоданчик, а в другой она ловко удерживала две бутылки воды. Женщина села в то кресло, где обычно сидела Ценой страданий, и принялась вынимать из чемоданчика разные вещи – бумаги, планшет, что-то электронное, ручки. Когда она вопросительно наклонила голову в сторону Ноны, та вздрогнула, вдруг поняв, что это Ценой страданий – Ценой страданий без маски, с обнаженным лицом, впервые за все время, что Нона ее видела.

– Я тебя удивляю, Нона? – очень вежливо спросила она. – Мне кажется, мы на той стадии, когда пора отказаться от маскировки ячейки. Это полезно, но до определенного предела. Не думаю, что тебя так уж мучает вид моего лица.

– Зачем меня связали? – требовательно спросила Нона. – Зачем надели наручники на Камиллу? Почему в нас стреляли? Где Ангел? Вы нашли Пирру?

– Комедия ошибок. Приношу свои извинения, – ответила Ценой страданий. Нона заметила, что отблески света на ее волосах придали им приятный каштановый цвет, как у лоснящейся мышиной шкурки. Вероятно, она была немного старше Пирры. Черты лица у нее были резкие, нос – аристократический, с горбинкой, а тонкие линии морщин проступали даже под слоем пудры. Будь Нона в менее гадком настроении, она бы решила, что Ценой страданий симпатичная, но сейчас ей ничего не казалось симпатичным.

– Понимаю, что ограничения могут показаться несправедливыми, – добавила Ценой страданий, – пожалуйста, имей в виду, что ты очень сильно потрясла моих людей, а также ты – самое страшное существо, которое я видела за свою жизнь, так что это не должно стать сюрпризом.

Нона засомневалась.

– Я, наверное, извиняюсь. Только не похоже, чтобы ты жалела, что связала меня и Камиллу.

– Не стоит извиняться. Мы по-своему впечатлены. Я имею в виду, что сейчас большинство людей не согласится находиться с вами в одной комнате. Это нормально. Они нам не нужны. Гект, как я говорила тебе вчера, это все оказалось не напрасно. Страсти призналась, что недавно ликвидировала большое подразделение крыла Мерва. Это нормально. Неправедная надежда не стал делать из этого истории. Он всегда так себя ведет, несмотря на потери. Он хочет какое-то время хранить это в тайне. В норме ваша встреча с Посланником, которого вы называете Ангелом, стала бы катастрофой, но я думаю, что мы сможем это пережить. Ей это не повредило. Я не думаю, что нам стоит обращать внимание на что, что Страсти стреляла в ее присутствии, хотя, сделав это, мы все можем оказаться перед расстрельной командой. Мы оседлали волну. Давайте посмотрим, куда она нас принесет. Нона, ты действовала крайне впечатляюще. В Крови Эдема ценят кровь.

Большая часть ее слов прошла мимо Ноны.

– Ты вообще не отвечаешь на мои вопросы, – зло сказала она, – кто такая Ангел, ну в смысле Посланник?

– А это выше категории вашего денежного довольствия, – сказала Ценой страданий.

– Ты нам не платишь, – возразила Камилла.

– Нет. Маленькая шутка, – пояснила Ценой страданий, – вам достаточно знать, что у нее есть маленькая пожилая собачка, которая умеет лазить по деревьям.

– Ангел… важна? – спросила Нона.

– Ангел – это Кровь Эдема, – ответила Ценой страданий, но не стала уточнять, – в ретроспективе кажется, что не стоило держать Ангела рядом с тобой или даже в одном городе. Если класть все яйца в одну корзину, проблемы начинаются, когда на эту корзину кто-то садится. Но как можно это предсказать? Так или иначе, мы вернулись. Меня назначили ответственной за следующий ход, а Неправедная надежда задвинут назад… временно.

– И что это значит? – спросила Камилла.

– А это значит, что ты мне нужна, Гект.

– Тогда сними эти гребаные наручники у меня с ног.

– Как только будет можно. Они не позволили мне оставить вас двоих в одной комнате без них. Как я и говорила, они впечатлены ею, но и очень испуганы. Дома отправили на переговоры ликтора, и вдруг возникаете вы – одна способна пережить пулю в мозгу, а вторая владеет некромантией в полной мере! Некромантией, о которой я не знала! Если бы ты сказала мне, Гект, мне удалось это раскрутить. Мы бы придумали что-то вместе.

– Ты не контролируешь своих людей? – спросила Камилла.

– Я не могу требовать от них терпеть невозможное. Я не тиран. Я осуществляю контроль, которого вы не видите. Например, этот ваш с Ноной роман… о нем еще не знают в других ячейках, а остальная часть Ктесифона пока им не скажет. Пока что это семейное дело, и наши надежды и внимание сосредоточены на другом.

Нона не успела даже взглянуть на ноги Камиллы и снова разозлиться, Камилла сделала ледяное лицо, а на столе перед Ценой страданий что-то запищало. Она посмотрела на маленький складной экранчик и сказала:

– Девять утра. Она на месте. Достоверно.

Девять? Как долго Нона спала? Как мало спала Кэм? Посмотрев на Камиллу, она увидела, что ее лицо застыло, как бетон на работе Пирры.

– Это ваш последний шанс, – бесстрастно сказала Камилла, – отзовите ее.

– Это единственный шаг, который мы считаем возможным сделать, он срочный, – заявила Ценой страданий, – она вызвалась добровольцем. Нам нужен кто-то внутри. Без информации мы не сможем двинуться на казармы и найти проход. Она, пожалуй, единственный человек, для которого это не станет самоубийством. Она сама это сказала.

– Тебе следовало спросить, почему она так сказала, – уточнила Камилла. – Я могла бы пойти. Я гражданка Девяти домов.

– После последних восьми часов? Нет уж. По-своему ты тоже слишком важна. Мне нужно, чтобы ты все слышала. Чтобы ты перевела нюансы. А ей нужно, чтобы ты оставалась здесь, иначе ее план не сработает, хотя она и сказала, что сделает все сама. Она сказала, что ею можно пожертвовать, а тобой нет. Мы с этим согласны.

– Тебя переиграли, – сказала Камилла.

Ноги Ноны ослабли. Она рухнула в кресло, и Ценой страданий довольно изящно толкнула в ее сторону одну из бутылок с водой. Нона неуклюже ее перехватила и с удовольствием почувствовала прохладу пластика. Прижала бутылку к щеке и лбу. Она все еще обливалась потом.

– Послушай меня, – сказала Камилла, – отзовите ее. Она не сможет этого сделать.

– Лейтенант Корона знает, что делает, – спокойно возразила Ценой страданий, хотя Нона не была бы так спокойна при виде гримасы Камиллы. Она сделала такое же лицо в тот раз, когда Пирра позволила Ноне выкурить сигарету, и Нона случайно съела половину.

– Я уже много раз тебе говорила. Выходит так на так. Вчера голосовали за то, чтобы подложить в казармы бомбу и надеяться, что Ианте Набериус этого не переживет. Есть ощущение, что мы должны сыграть агрессора. Кровь Эдема очень хорошо умеет обороняться, не двигаясь вперед,