Мертвецы тоже люди - Елена Валерьевна Грозовская Страница 69

Длинная серая шерстяная рубаха-голошейка с воротом точно по шее, спускается до колен, как принято у знати на Руси. Поверх рубахи – парчовый, багряный кафтан. Единственное украшение – широкий рыцарский княжеский золотой пояс и плетёный гашник на узкой талии с привешенным к нему кинжалом в золотых же, богато чеканенных ножнах с изображением дракона.

Ни брони на раменах, ни меча на стегне. Видать, так уверен в своей силе дракон, что и не носит их за ненабностью.

Лицо Горына, худое, спокойное, отрешённое, без следов усталости, будто лицо спящего с разгладившимися во сне чертами – с очень твёрдым подбородком, тонким, немного хищным носом и внимательными зелёно-карими глазами, выражало скуку. Полуприкрытые в половецкие луки глаза нехотя оглядывали толпу.

Короткая бородка Горына аккуратно подстрижена, щёки и шея гладко выбриты. На волнистых, до плеч, густых, тёмно-русых с рыжим отсветом волосах бархатная шапка с собольей опушкой. Соболем подбита япончица из аксамата, застёгнутая на простую костяную пряжку.

Горын, как быстро не отвёл я изучающий взгляд, его заметил. Зелёно-карие очи чуть раскрылись, блеснули жёлтым светом, на губах вспыхнула и погасла недобрая улыбка.

В то же самое время гусляры в белых рубахах ударили по струнам с новой силой, и песняры, стоявшие за спинами царей, начали новую песнь, славя Горына и Бессмертного:

  Ой ты, гой еси… Горынъ Змей!

  То не древо ся тугою

  Къ земли преклонится!

  То не солнце

  Светится на небесе!

  То Горынъ Змей еси

  Всъселъ в пещере зълатой!

Вообще было очень шумно: толпа вокруг гудела, лоточники надрывались, продавали пироги, петушков на палочке и мочёные яблоки. Царская шутиха-карлица крутилась и шныряла в освободившемся проходе, высовывала язык, заголяла уродливые, кривые ноги, поднимала сарафан до пояса. Мелькал чёрный треугольник, жёлтая задница, пёстрый шутовской колпак с колокольчиками.

Я растерянно оглядел толпу. Недалеко заметил Буривоя. Сегодня кузнец был в броне, при мече. Он ободряюще улыбнулся, подмигнул, отставил ногу, красуясь положил руку в рукавице на рукоять меча, висевшего на стегне.

С первого раза проверку редко кто проходит. Но если я пройду проверку, то начнётся новая весёлая, сытая жизнь в младшей дружине.

Я натянул лук, направил его на шутиху. Уродка, увидев мой взгляд, тут же убралась с дороги, освободив проход. Я быстро прицелился и выстрелил. В то же мгновение кто-то сзади толкнул меня в спину, локоть дрогнул, и стрела, чуть изменив направление, попала точно в ствол, но нижнюю ветку не задела. Знакомый голос за спиной злорадно хмыкнул.

Бессмертный покачал головой. К царю подошёл Горын, шепнув на ухо, кивнул на кого-то за моей спиной, вероятно, заметив толкнувшего. Бессмертный усмехнулся и пошёл ко мне.

Чем ближе он подходил, тем больше поражал силой, исходящей от мощной фигуры в сверкающей, золотой кольчуге. Бессмертный возвышался надо мной горой:

– Теперь моя очередь.

Бессмертный натянул тетиву и выпустил стрелу в мишень, почти не целясь. Стрела попала точно в нижнюю ветку на вершок от ствола. Вторая раздробила мою стрелу в щепки.

Я лишь огорчённо вздохнул. Все знают, что Бессмертный – великий воин. В стрельбе из лука мало кто с ним сравнится, а в бою с полутораручным мечом он непобедим.

– Бери меч! – приказал Бессмертный.

Буривой, между делом подобравший сквозь толпу вплотную ко мне, снял рукавицы и затягивал их теперь на моих запястьях.

– Не бойся, парень.

– Я и не боюсь. Двум смертям не бывать, а одной не миновать.

– Всё хорошо. Я видел, как этот безградник Собота толкнул тебя в спину.

Тяжёлую кольчугу снимать с себя Буривою и надевать на меня было слишком долго, но зерцало, закрывающее беззащитный живот и грудь, кузнец быстро перекинул и ловко щёлкнул ремнями на спине. Нацепил наручи до локтей, одел шелом на буйну голову, вложил свой меч мне в ладонь и тихо напутствовал:

– Становись в плуг [54]… Бессмертный всегда атакует из «стойки гнева».

Буривой не ошибся. Бессмертный вынул меч из ножен и встал на позицию напротив меня. Он несколько раз повернул меч вокруг оси. Клинок сверкал, со свистом рассекая воздух. Толпа раздалась широко назад, освобождая место для поединка.

Бессмертный занёс меч за правое плечо, опустив остриём вниз, целясь мне в живот. Короткий кинжал выставил перед собой.

Я опустил забрало на шеломе, встал, выставив правую ногу вперёд, держа меч на уровне пояса, клинком вверх. Кинжал, как щит, выставил рядом с рукоятью меча и успел заметить молниеносное вращение меча Бессмертного. Клинки скрестились, высекая искры. Бессмертный отклонил меч справа, стараясь развернуть мой клинок и по оси нанести прямой удар в лицо.

Я и сам не понял, как выстоял, отвёл удар, мечи скрестились вновь, сцепившись как приклеенные. Кинжалы давили друг на друга. Мне казалось, будто гора опускается всем весом на левое предплечье. Острия меча и кинжала смотрели прямо в глаза. Я почувствовал, что Бессмертный заваливает мою правую руку вниз, и позволил мечу свободно скатиться по лезвию.

Бессмертный, высекая искры, по инерции отклонил корпус за мечом, и это дало мне возможность перейти от обороны к атаке. Я нанёс поперечный удар, от которого Бессмертный уклонился, и занёс меч за правое плечо, теперь сам атакуя из стойки гнева. Бессмертный отбился, умело уводя меня по кругу за вращениями меча и кинжала. Ему удалось встать для удара. Бессмертный занёс меч под левую подмышку, выставив у локтя кинжал. Такая позиция была хороша и как оборонительная, и как атакующая.

Когда Бессмертный ударил, я удержал меч, но отклонил кинжал, что дало возможность Бессмертному зажать мои клинки между своими. Мы стояли лицом к лицу. Пот градом катил по лицу, застилая глаза. Клинки Бессмертного сгибали мой меч к земле, в позицию, когда удерживать его в неудобном положении невозможно.

Я так сосредоточился на клинках, что пропустил удар коленом в живот. Другой удар панцирем в челюсть отбросил меня на землю.

Я проиграл.

Бессмертный приблизился, остриём кинжала поднял забрало на шлеме и приставил меч к горлу.

Я считал мгновения до смерти, но Бессмертный убрал клинок и, вкладывая в ножны, произнёс:

– Совсем неплохо. Храбро бьёшься. Но с луком стоит ещё потренироваться. В малую дружину пока рано, – заключил Бессмертный. – Подрасти ещё немного, побегай у меня в мечниках. Кто его учит? – Бессмертный окинул взглядом слуг.

– Коваль Буривой, сотник белоцерковского полка, а благоискушению рабыня половецкая Полянка, – ответил высокий старик в белых одеждах друида, выступая вперед. – Говорит, что