Исход Авроры - Джей Кристофф Страница 68

И хотя Зи старается держать себя в руках, быть профессионалом, аналитиком, человеком без эмоций, несколько циклов назад я осознала, что необходимость снова и снова прощаться с Нари разбивает ей сердце.

Снова и снова.

– Детки, нам пора, – говорит Фин.

– Да, – кивает Зила. – Пошли.

Она отпускает руку Нари, отдает свой любимый дезинтегратор и кладет унигласс в нагрудный карман летного комбинезона лейтенанта. Нари кивает и открывает дверь кабинета.

– Удачи, Нари, – шепчу я. – Увидимся в 2380 году.

Нари поднимается по лестнице, а мы как можно быстрее спускаемся обратно в шахту лифта. После быстрого обхода патруля охраны останавливаемся, пропускаем мимо взволнованную инженерную бригаду, а затем наконец попадаем в хаос ангарного уровня.

Когда мы оказываемся в мерцающем алом свете главного отсека, хаос накрывает нас волной. Вонь от сгоревших химикатов обжигает легкие. В ушах раздается вой аварийной сигнализации. Я подавляю кашель, вдыхая смрад обугленного пластика и дыма. Затем Финиан, Зила и я укрываемся за штабелем складских бочек. Как всегда, мимо пробегает солдат с безумным видом, и командир отделения кричит:

– Потушите этот чертов пожар!

Пол трясется, и мы крадемся дальше по заполненному дымом отсеку. Аварийное красное освещение то и дело мигает, работая с перебоями, и хотя мы с Фином и вполовину не так хороши в роли космических ниндзя, как Зила, все же остаемся незамеченными, прячась за крылом истребителя класса «Пегас».

Когда мимо пробегает пара младших офицеров, Зила шепчет: «Сейчас», – и мы несемся по палубе, как сумасшедшие. Вой сигнализации заглушает стук наших ног по решетке. Я не дышу, пока мы не достигаем нашей цели – массивного терранского военного шаттла с бульдожьим носом, ожидающего в конце ангара.

Уверена, Тайлер запросто назвал бы мне марку, модель и даже имя инженера, который эту штуковину разработал. Но мысль о брате лишь еще больше морозит мой живот, поэтому я стараюсь не думать о нем и вместо этого наблюдаю, как Финиан крадучись подходит к двери погрузочного отсека шаттла и начинает работать. Я понятия не имею, что за магию он творит, но это действительно магия, потому что через несколько минут люк открывается.

Станция раскачивается, палуба под нами содрогается. И в три мгновения мы оказываемся в чреве шаттла, люк за нами закрывается.

– Легко, как котлету у ребенка отобрать, – ухмыляется Фин, когда дверь с лязгом закрывается.

Я моргаю:

– Что отобрать?

– Ну, котлету, – отвечает он. – Это такая съедобная штука.

– Говорят: «Как конфетку у ребенка отобрать», – смеюсь я. – Котлета не сладкая, а конфета – да.

– А, да пофиг, – пожимает он плечами, и его экзокостюм тут же шипит. – Я никогда особо не разбирался в десертах.

– И так слишком сладкий?

Он засовывает серебряный палец в рот и издает рвотные звуки.

– Да-да, знаю, – вздыхаю я. – Мы милые аж до тошноты, де Сиил.

Его улыбка исчезает, когда Зила достает из его кармана унигласс и присаживается на корточки на полу отсека. Мы с Фином приседаем рядом с ней, и с тихим звуковым сигналом на изогнутую стенку шаттла проецируется изображение – передача с унигласса, лежащего в кармане летного комбинезона Нари.

Я узнаю знакомый коридор, серый, как бронза, с ярко-синей надписью: «Ангарный уровень, секция Б». Картинка слегка подпрыгивает, при каждом шаге ботинки Нари стучат по решетке.

Дежавю.

– Нари, прием, – говорит Зила.

В кадре появляется рука, поднимает объектив камеры унигласса вверх, а затем мы мельком видим голову лейтенанта. Она где-то оставила свой шлем и взяла другой из какого-то шкафчика с припасами – простой, черный, без позывных. Еще Нари сорвала идентификационные бирки с груди своего летного костюма и шевроны лейтенанта с рукавов. Если ей удастся пережить этот заход, то лучше бы, чтобы в ней не признали диверсанта военного времени.

– Громко и четко, – бормочет она.

– Возможно, стоит избегать разговоров во время этой попытки, – предлагает Зила. – Это лишь приведет к потере драгоценных минут.

– Да, да, – соглашается Нари.

– На этот раз у тебя получится лучше. Я верю в тебя.

– И мы ценим это! – встревает Фин. – Ну, знаешь, то, что ты умираешь за нас снова и снова.

– Дело не в смерти, Белоголовый, – бормочет Нари. – Просто… Это ведь мои люди, понимаешь? Все это как-то неправильно.

Мы обмениваемся взглядами, но никто из нас не отвечает.

И вот мы снова здесь, у Проблемы Номер Три, самой серьезной на сегодняшний день. Ведь если эшварский зонд, находящийся на втором уровне, не отключен от источника питания, нам с Фином и Зилой нет смысла тащиться в бурю, чтобы попасть под этот квантовый импульс – мы просто погибнем, а зонд, который привел нас сюда, в этот момент времени, всего лишь снова притянет нас назад. Мы как йо-йо на конце нитки, нас возвращает назад, к одному и тому же моменту, снова и снова.

В идеале, мы все могли бы помочь Нари спуститься на второй уровень и катапультировать зонд со станции. За исключением того, что через сорок четыре минуты мы трое должны быть в центре бури, чтобы вернуться в 2380 год. Так что единственный человек, который способен перерезать веревку, удерживающую нас здесь, – это Нари.

Одна-одинешенька.

Против целой станции, полной ее товарищей.

Несмотря на весь творящийся хаос, второй уровень – наиболее защищенная часть станции. В конце коридора стоят четверо охранников – здоровенные парни в тяжелом тактическом снаряжении, которые чуточку нервничают каждый раз, когда станция сотрясается. Но они будут удерживать позиции до тех пор, пока им не прикажут отступать, ведь так поступают хорошие солдаты.

К счастью, Нари тоже не лыком шита. Когда-нибудь эта девушка поможет основать Академию Авроры. В теории. Она могла бы легко расправиться с этими бугаями, использовав элемент неожиданности. Но есть одна проблемка. Давайте назовем ее Проблема Номер Три Точка Один.

Нари отказывается кого-либо убивать.

И я не про то, что она не собирается расстреливать их в упор – эти ребята ее друзья и товарищи, тут никакой загадки нет. Поскольку сигнал об эвакуации со станции может прозвучать с минуты на минуту, Нари не хочет оставлять кучу людей без сознания, ведь так они не смогут выбраться до взрыва станции. Так что – как будто нам и до этого было недостаточно сложно пробраться в самую охраняемую часть комплекса – она собирается вырубить только тех, кто попадется