Коллапс - Макс Крынов Страница 55

— Кроме меня ты никому его не продашь, — соврал зельевар, но вышло неубедительно.

— Тогда полежит, карман запас не тянет. Давай свои три пузырька, серебро у меня есть.

— Приложи ладонь к панели, — кивнул зельевар на стойку. — Если согласен на цену, со склада на твоем острове спишется единица серебра и туда же переместится бессонница.

Я пригляделся и с изумлением понял, что стойка торговца на самом деле — широкий дисплей. Удостоверившись, что единица серебра на самом деле обменяется на три бессонницы, я приложил ладонь к кругу.

Больше интересных зелий не оказалось, а зелья легкого усиления я счел бесполезными — зельевар нехотя предупредил, что они обеспечат мне пару суток интоксикации.

После лавки зельевара я пошел к торговцу.

Лавка торговца располагалась в старинном здании с покатой крышей и витражными окнами, через которые внутрь проникал мягкий свет. Полки вдоль стен уставлены всевозможными товарами, от настоящих специй и редких минералов до оружия и брони. В воздухе витает аромат свежезаваренного травяного чая.

Сам торговец, человек средних лет с мертвым взглядом и добродушной улыбкой, был одет в красную шелковую мантию. Где только нашел ее?

Когда я вошел, торговец поприветствовал меня кивком.

— О, вижу, у нас новое лицо! Чашку горячего чая?

Я с собой монокль не брал, не хотел лишний раз выделяться, а вот на торговце он был. И похоже, показывал какую-то скрытую информацию, раз человек с холодными глазами сочился дружелюбием.

— Нет, спасибо. Я здесь не за чаем. Скажите, у вас есть контакты среди местных искателей?

— О, разумеется, молодой человек. Что вам нужно?

— Я хочу заработать себе очки захвата. Было бы классно, если бы острова пригоняли прямо сюда, а я в обмен на каждый давал две серебряных монеты.

— О, у вас есть монеты? Это прекрасно! Я вот думал изобрести монетопечатный станок. Натуральный обмен — это ужас, чтоб вы знали.

После нескольких минут светской беседы торговец решает поинтересоваться:

— Кстати, как вас зовут?

— Кин. А вы?..

— Всего лишь маленькая легенда, — торговец наклонился ко мне. — Зовите меня Кошмарный.

У меня дернулся глаз.

Конечно, когда люди представляются твоим прозвищем, это признак популярности, но мне такое ужасно не нравится. Я за подобное начну бить морды, когда окончательно раскроюсь.

— Ты упомянул, что у тебя есть серебряные монеты, — продолжает торговец, слегка прищурившись. — Можно увидеть их?

Я достал кругляш и катнул его по столешнице к торговцу. Тот поднял, осмотрел внимательно через монокль и отправил его обратно ко мне.

— Как много у тебя их? Не подумай, что я хочу выпытывать сведения о твоей состоятельности. Просто местные здания активируются после выполнения определенных условий. Для открытия этой лавки нужно было совершить сорок сделок на аукционе, и это условие я выполнил задолго, как на этом острове появились люди. Теперь мне нужна тысяча монет, чтобы стать управляющим банка, и я могу договориться с искателями нашего славного Летающего Бастиона, чтобы они доставили для тебя столько островов, сколько тебе нужно.

Торговец делает паузу, давая мне время обдумать предложение.

— Слушайте, давайте я дам вам пятьдесят монет, а после двадцати пяти островов — вернусь, и дам еще пятьдесят. Меня это устроит.

— Готов дать тебе серебра по весу монет, — предложил мужчина.

Я хохотнул.

— Это даже не смешно! А как же трудозатраты? Как же стоимость производства таких монет?

Торговец кисло посмотрел на меня.

— Ты вручаешь мне серебряный кругляш, где серебра всего восемьдесят два процента. Вдобавок ко всему, на этой серебряной монете красуется рожа какого-то носатого правителя, с какими-то иероглифами по краю. Сам как думаешь, кто из нас кому идет навстречу?

— Наверное, тот, кто имеет монеты, которые нужны другому на открытие банка?

Торговец нервно вздохнул и сменил тему.

— К слову, ты случайно не биолабораторию развивать планируешь? После слов Эклектики все только ее и качают.

— Ее. А что?

— У тебя не возникала мысль, что будет делать человек, который улучшит биолабораторию до того же пятого уровня?

— И что же?

— У нас есть один такой. Он прошел через мутации, и объект на балансе повис без дела. Так что если хочешь усилиться, он сдает посуточно лабораторию желающим. Всего за полсотни монет…

— Спасибо, но я лучше сам качнусь.

Отказался, не задумываясь. В месте, где человек человеку — волк, лезть на чужой остров — безумие похлеще жонглирования гранатами.

В общем, договорились и разошлись. Я вернулся на остров и уже через пару минут наблюдал, как искатели начали сновать по островам. Похоже, торговец принялся за дело.

А я принялся писать Левше с вопросом, где мой защитный артефакт.

Надеяться, что меня не попытаются тронуть ночью — глупо. Попытаются обязательно. Либо лавовый шар на остров закинут, либо еще что-нибудь нехорошее придумают.

После того, как отправил сообщение, сел в ожидании островов и принялся размышлять, что если Левшу уже не мотивирует оговоренная цена в серебре, придется пить бессонницу и ждать, пока обновится энергия, потому что без защиты я здесь засыпать не планирую. Пока сидел, додумался выставить запрос на рынке. Запросил за десятку серебряных монет любой многоразовый артефакт призыва, любого ранга. Если уж я драконов призываю, то можно будет кого-нибудь еще вызвать.

Мой лот сразу начали обсуждать на форуме: тогда уже выяснилось, что не только я призывал животных ради мяса. А через десять минут лот закрылся, а на складе появился новый артефакт.

'Свисток призыва хищных кошек.

Ранг: медь

Будьте осторожны, кошки атакуют всех подряд! Им безразлично, кто их вызвал!'

Почти копия моего свистка.

Как только артефакт был получен, мужчина написал мне в личку и предупредил, что кошки кончились, и если я использую артефакт, он может либо не сработать, либо призвать монстра куда крупнее, даже если он совсем не будет напоминать кошку.

Больше я свистков купить не смог. На форуме во время обсуждения моего лота люди со свистками докопались до причины, по которой я скупаю артефакты, и пришли к выводу, что гораздо прибыльнее будет призывать тварей и убивать их, а тела преобразовывать в орсы и продавать мне же в обмен на золото.

Наконец написал