Цветок спасения - Эмили Аррентс Страница 54

Я бился в корнях дерева, которые удерживали меня на месте.

– Амир… – Она в отчаянии глядела на меня, подыскивая слова. – Если бы я обмолвилась о сферах, Райан убил бы тебя. Он не убил тебя по пути только потому, что я обещала не говорить о сферах.

– О, так я должен быть тебе благодарен? – Голос мой звучал надломленно. – Тебе следовало сказать мне. – Я сжал зубы. Тайны, так много ужасных тайн. Как я мог снова довериться ей?

– Благодарность была бы нелишней, – весело заметил Райан. – Я мог убить тебя гораздо раньше. Всё это время ты был для меня бесполезен.

– Мне ужасно жаль. – Аиша пыталась поймать мой взгляд. Я замотал головой, почти не в силах смотреть на неё. – Когда я должна была сказать тебе? Он всё время следил за мной.

– Ты могла найти способ, – рявкнул я.

Таран сделал осторожный шаг по направлению к шахзаде и поднял руки.

– Амир ничего тебе не сделал. Как и Аиша. Пожалуйста, отпусти их. Мы уладим это между собой.

Яссин закатил глаза к небу.

– Глупец. Ты не имеешь ни малейшего представления о том, что на самом деле происходит. – Он бросил на меня презрительный взгляд. – Райану необходимы все его силы, чтобы править Сараданом.

Править Сараданом. Шахзаде был неспособен править в нынешнем его состоянии.

– Тебе прекрасно известно, что требуется сделать, дабы исправить эту ошибку, Таран, – сказал Яссин.

Я знал, что он имеет в виду. Я должен был умереть.

– Нет! – Таран хотел подойти ко мне, но Райан взмахнул своей саблей и одним движением вынудил его упасть на колени.

Корни дерева, державшие Аишу, ослабли. Она посмотрела на меня.

– Используй магию, – шепнула она. – Попробуй почувствовать корни. Сосредоточься.

Аиша использовала свои силы, чтобы освободиться. Я забыл, какие силы были сокрыты во мне. Я немедленно потянулся всем своим чутьём к корням, сомкнувшимся вокруг моего тела, и почувствовал их жизнестойкость, их силу. Я представил, как они слабеют, медленно и едва приметно. Чувство освобождения хлынуло через меня, как бывает, когда уступишь желанию, которое, несомненно, порочно, но неимоверно приятно.

– Райан, ещё не поздно, – сказал Таран. – Вместе мы найдём решение.

Растение, удерживающее меня на месте, ослабило хватку. У меня получилось. Я был свободен.

Яссин поднял руку:

– Довольно!

От громкого удара у меня заложило уши. Таран опустился на четвереньки, я бросился ничком и схватился за голову. Несколько секунд я ничего не слышал. Птицы долетели до нас.

При втором взрыве осколок камня попал мне в плечо. Скоро последовал третий, унёсший с собой часть балкона. Яссин лежал на полу на некотором расстоянии, ощупывая свой кровоточащий лоб. Таран подбежал к Инаре и потянул её на землю.

Бутылочка с соком цветка лежала на полу между мной и Райаном среди обломков и сора. Мы одновременно бросились к ней.

Я первым дотянулся до бутылочки и зажал её в руке. Шахзаде повалился на меня. Мы кубарем покатились. Он был готов на всё, чтобы заполучить в руки сок. Я слишком поздно увидел кинжал.

Аиша оттащила Райана от меня. Оружие только-только не вонзилось мне в грудь. Она поползла на четвереньках по обломкам, прочь от Райана. Он сумел схватить её за ногу. Аиша закричала, когда он потащил её к себе.

Я вскарабкался на ноги.

– Райан!

Шахзаде с занесённым кинжалом влез на неё. Как она ни отбивалась, его оружие нашло её сердце. Я с криком настиг шахзаде. Необуздываемая ярость текла по моим жилам, когда я столкнул его наземь и сомкнул руки вокруг его горла. Мир был как картина, сметённая ветром. Размытая, расплывающаяся перед глазами. Я хотел увидеть, как свет померкнет в его глазах. Мне было плевать, что я умру вместе с ним. Смерть наконец погасит мою боль.

Таран и Инара оттащили меня от него. Райан схватился за шею и закашлялся.

Звук бьющегося стекла, новый взрыв, запах сандалового дерева. Боль. Где-то поблизости разорвалось зелье. Яссин.

Я подполз к Аише и отвёл волосы с её лица. Грудь её была залита кровью. Мои дрожащие руки зависли над кинжалом, но я не мог найти сил, чтобы вытащить его.

– Ты… – Кровь текла у неё изо рта. Она задыхалась. – Можешь… – Она положила руку мне на сердце. Я стиснул её ладонь, не давая волю слезам. – Спасти… Сарадан…

– Прости меня. Прости меня. – Я повторял эти слова, пока она не перестала дрожать. Пока её глаза не остановились, продолжая смотреть на меня. – Аиша. – Я потряс её за плечи, сначала легонько, затем сильнее. Она больше не двигалась. Никогда прежде в её имени не было заключено столько смысла[2].

Запах сандалового дерева сильнее проникал мне в нос. Яссин оттащил меня от неё и пнул в живот. Кровь стекала по его лбу к виску. Я свернулся в клубок, отчаянно силясь перевести дух.

– Что ты с нами сделал? – Голос Тарана звучал слабо, сонно.

– Нужно всего мгновение, – сказал Яссин.

Он использовал магию. От неё у меня ослабели кости. Я понял, что бутылочка с соком до сих пор зажата у меня в руке.

– Убей его, – приказал Яссин своему сыну. – Верни себе силы.

Ты можешь спасти Сарадан. Что это значило? Почему она думала, что я был решением? Она считала это настолько важным, что произнесла эти слова как свои последние.

Райан наступил мне на руку, и я закричал, внезапно вновь обретя ясность ума. Смысл слов Аиши поразил меня, как удар кулаком. Райан высвободил пузырёк из моей раненой, а может, сломанной руки и нагнулся, чтобы убить меня.

Таран и Инара были во власти Яссина.

– Прежде чем ты умрёшь, я хочу, чтобы ты знал, – сказал шахзаде, – что мой отец – мой настоящий отец – вместе со мной будет править Сараданом при помощи нашей магии. – Он повернулся к Тарану и Инаре. – Магия будет запрещена для всех, кроме тех, в чьих жилах течёт королевская кровь. Я не имею намерения восстанавливать Сарадан.

Моя раненая рука пульсировала болью.

– Вы безумны! – охнул я. – Без природы нам не выжить. Если Сарадан продолжит чахнуть, от вашей земли ничего не останется. Еды уже не хватает.

– Остальная останется нетронутой. Я не нуждаюсь в ней, чтобы практиковать свою магию. Коль скоро моё сердце будет защищено, вся сила будет исходить от меня самого. – Он усмехнулся. – Я стану первым султаном, который будет править с помощью Мёртвой магии.

Яссин потащил за собой Инару