Либелломания - Н. Мар Страница 49

— Неправда. Я тебе не доверяю.

— Это точная наука, Эмбер. Хочешь ещё полежать?

Я промолчала и стала наблюдать. Бритц натянул перчатки. Я видела такие на Кармине. Обычная с виду тонкая коричневая кожа, глубокие раструбы. И стёклышки на кончиках пальцев. Они управляли ловчей плазмосетью, которая до выброса выглядела как моток спутанных нитей и умещалась на запястье. Обычный браслет, фенечка из мулине. Потом потряс чем-то в плоской коробчонке. Открыл, достал чёрное кольцо с микроскопическим рубином и надел на перчатку. В коробчонке остались несколько металлических шариков, какие крутятся в подшипниках. Во мне боролись желание не попасть в ситуацию, когда пришлось бы использовать оружие, и любопытство, что же это за штука и каков её эффект.

Пальцы Нахеля на правой руке унизывали перстни. Вместе они смотрелись как самый дорогой в мире кастет. А ещё он припрятал мешочек «кротовой пыли», хотя ею было довольно рискованно пользоваться, и я надеялась, что до этого не дойдёт. Нахель повёл тарталёт на снижение, и мы окунулись в туман. Чёрная земля впереди и острия скал будто парили на комках сладкой ваты или взбитых сливок. Ближе к берегу туман и впрямь напоминал зернистый творог, а море внизу встретилось с водой другой плотности и солёности, образовав резкую границу синего и мутно-серого. На вершине самой высокой скалы блестел огонёк маяка. Мне показалось, ещё минуту назад его там не было. Нахель пустил тарталёт по приборам, но непрерывно корректировал курс. Мимо в сливках проносились обрывистые берега, иглистые гребни и хребты. Так продолжалось долго, но через час туман рассеялся, и мы зашли в гавань. Тарталёт вырулил к берегу и замолк. На мокрой гальке было пусто и тихо. Нахель снял очки и аккуратно, двумя пальцами, сложил их в замшевый платочек и убрал в карман на случай мордобоя. Кайнорт первым выскочил на берег, чтобы осмотреться, а Нахель обернулся ко мне:

— Я помню, как бросил тебя у разбитого эквилибринта. Мне очень стыдно. Я полетел за Кайнортом, но он не успел.

— Угу. Ты стал храбрее с тех пор?

— Кажется, да.

Нахель взял токамак, и мы пошли, оскальзываясь на гальке. В полукруглой бухте качались пришвартованные моторные лодки, целые и дырявые, а на ровных склонах скал впереди сверкали стёкла окон. Их было немного, может, пара десятков. На пустой равнине свистел ветер. За галечным пляжем росла серая трава: короткий жёсткий ёршик, как махровое полотенце. Я непрерывно ощупывала свои мысли и наконец предложила:

— Допустим, я могу не слушаться. Тогда почему бы тебе не приказать мне выстрелить? В тебя.

— Так ты же выстрелишь.

— Так у меня же кишка изящная.

— Оправдаешь внешним влиянием и выстрелишь. — Бритц озадаченно поглядел себе под ноги. — Что-то тут как-то… качает вроде.

Признаться, мне тоже так казалось. Поначалу я думала, что с дороги кружилась голова. Нахель взобрался на бугорок и подпрыгнул. Почва под ним плавно ушла вниз, а рядом вздулся другой бугор. Тот соединился с третьим, а нас подбросило. Нахелю понравилось, и он подпрыгнул выше. Травянистая волна докатилась до самых скал.

— Водяной матрас, — усмехнулся Кайнорт. — Здесь под слой травы забирается море, вода смешивается с землёй, илом, и получается болото. Эмбер, ты можешь управлять болотом?

— Нет.

— Я знал одного аквадроу, он мог.

— Слишком густая жижа, потолок для моих сил. Вот, выходит только потрясти. Могу укачать противника, чтобы его стошнило.

— Это и я умею, — вздохнул Бритц. — Причём ничуть себя не утруждая.

Мы пошли по взволнованному болотному матрасу. Там, где сквозь трещины на поверхность брызгала затхлая жижа, лезли какие-то жирные щупальца. Они были толстые, чёрные. И мерзкие. Лизали нам кеды и убирались восвояси. Бритц вдруг остановился, преграждая мне путь. Никто не заметил когда, но маяк погас.

— Это не окна! — воскликнул Нахель.

Огоньки, которые мы издали приняли за отблески стёкол жилых домов, катились вниз по склонам. Это были пауки. Десять, двадцать шчеров, смазанные какой-то лёгкой зеркальной бронёй. Я подчинилась первой мысли и замерла. Бритц открыл коробочку. Металлические шарики разлетелись по долине и пропали.

— Что-то они не похожи на делегацию с хлебом и солью.

Через секунду в метре от нас из-под земли прыснула жижа. Что-то впилось в траву. Возле Нахеля в бугре торчал острый веер. Пули раскрывались в полёте: с такими было удобно метиться на шатком болотном матрасе. Засвистели новые. Они завибрировали в воздухе, сначала мелко-мелко, потом сильнее. Да так, что мы втроём не удержались на ногах. Нахель взлетел, но воздух рассекли новые вееры. Их вихри уронили жука на спину, царапнули жёсткое крыло. Нахель благоразумно обернулся человеком и поднял руки. Нас настоятельно предупреждали. Волны покатились от скалы к нам, но самой разумной мыслью всё ещё было оставаться на месте. Кайнорт не прятал пустые руки, Нахель шевелил пальцами в перстнях, а я выполняла два условия: просто хотела жить и доверяла боссу. Пауки обернулись людьми и пошли походкой моряков, привычных к качке. Они были в стёганых кожаных жилетах и ботинках на толстенной подошве. Впереди шёл мужчина с кособоким горбом на спине. Подойдя ближе, он посыпал чем-то траву впереди, и в ложбине между буграми разлилась плазменная лужа, которая отделила нас от них.

— Мотыльки прилетели на свет, я погасил фонарь, — доложил шчер в комм и обратился к нам. — Вам мало одной фламморигамы, пришли ещё за одной?

— Нет. Мы хотим вернуть зверя, — я подала голос первой на правах диастимага. — Ассамблея минори сожалеет о случившемся. Мы можем поговорить с главой общины?

— Нет. В прошлый раз мы оказали неосмотрительное гостеприимство одному таракану, магнум приказал не пускать вас дальше болота.

— Я аквадроу, а не таракан. И ведь это были не мы. А ваша фламморигама жива, я хорошо о ней заботилась.

— Те двое, что выкрали зверя, вскоре были найдены убитыми, — объяснил Кайнорт. — Это кидает подозрение на остров. Эзеры не тронули никого из общины, а убийства аннулируют закон о неприкосновенности резервации. Одна из жертв — лидмейстер эзер-сейма. Вам повезло, что прислали только нас, а не ордер на арест.

Мне стало не по себе: разглядывая остальных шчеров, я замечала опухоли на шеях, оттягивающие жилеты горбы, столб уродливой голени. Симптомы мутикулярного чуврита, как с картинки из энциклопедии. Если это и были сосланные