Город Горечи. Том 1 - Nephi Servus Страница 41

И вот, когда его кошачий взгляд уловил её силуэт в ночной темноте, Маммон почувствовал, как по его телу пробежала холодная дрожь. Она была на грани, и он знал, что должен быть рядом – как бы странно это ни звучало. Каждый её шаг приближал её к опасности, и эта мысль звучала в его голове, как призыв.

Вилена шла по пустынным улицам, тускло освещённым лишь бледными огоньками уличных фонарей, создающими неясные тени вокруг. Листья, опавшие с деревьев, шуршали под её ногами, а в воздухе витала ночная свежесть, полная невидимой угрозы. В её голове до сих пор звучал голос Маммона, его слова с их загадочной притягательностью, и взгляд, который не отпускал её, как тень, крадущаяся за спиной.

«Почему он так хочет понять людей?» – Вилена пыталась разорвать этот вопрос в своей голове, но его отголоски продолжали возвращаться.

И именно тогда, среди темной ночи, она почувствовала, как что-то ненадолго пронзило её интуицию – ощущение, что кто-то следит за ней. Шум шагов, едва слышный, скрытый в тени, но реальный. Сердце её забилось быстрее, а мурашки пробежали по коже. Это было не просто чувство: она была уверена, что за ней идут.

Она мельком обернулась, но вокруг была тишина. Вокруг – лишь ночь и её отголоски. Но интуиция подсказывала: всё не так. Каждый её шаг, казалось, ещё больше сближался с этим неизвестным, несомненно опасным присутствием.

Через несколько мгновений появился мужчина. Он шатался на ногах, явно пьяный, но как только его взгляд пересек с её, он, не замечая ничего вокруг, направился к ней. Его тело двигалось неповоротливо, словно нарушая покой ночи, но его намерения стали явными, едва он увидел Вилену. Не обращая внимания на её попытки ускорить шаг, он всё-таки приблизился.

– Куда ты идёшь, красавица? – его голос был неуверенным, но в то же время наполненным дерзким желанием.

Вилена почувствовала нарастающее беспокойство. Она пыталась пройти мимо, но он хватал её за руку, останавливая.

– Отпусти меня, – холодно сказала она, отводя взгляд.

Но мужчина не собирался отпускать её. Он потянул её в сторону, его руки были грубыми и настойчивыми. Вилена попыталась вырваться, но его хватка была крепкой.

В этот момент она почувствовала, как тень, которая давно за ней следила, неожиданно появилась рядом. Маммон. Его присутствие было знакомым, но странным. Он пришёл, как всегда, в облике кошки, тихо и беззвучно, но теперь его глаза блеснули в ночной темноте.

Вилена даже не успела понять, что происходит. Секундой позже пьяный мужчина, не успев среагировать, был схвачен Маммоном в его истинной форме. Тело мужчины было вырвано из состояния покоя, и в следующий момент он вскрикнул, когда из его груди вырвали сердце. Человек упал, давясь кровью будто сердце все ещё пульсировало.

– Что ты… сделал? – Вилена не могла скрыть испуг, её голос был полон шока.

Она стояла, словно в оцепенении, глядя на Маммона, который был на несколько шагов впереди неё. Вилена стояла неподвижно, её сердце билось так сильно, что она едва могла дышать. Глаза не могли поверить в то, что она видела. Весь мир словно замер, и в её голове звучали только два слова: невероятно и непостижимо. К горлу подкатила горячая волна, как будто её вот-вот стошнит прямо здесь, на месте. Желудок сжался, а ноги стали ватными, как будто вот-вот подогнутся и откажутся её поддерживать.

– Ты не можешь просто так… – её голос был едва слышен, сдавленный ужасом, но при этом в нём слышалась лёгкая дрожь. Она не могла отвести взгляд от сцены перед собой: Маммон стоял с сердцем в руках, как будто это было не чем-то отвратительным, а чем-то обыденным. Стряхнув с себя оцепенение, она сделала шаг вперёд, но тело не слушалось её.

Она коснулась пальцами горла, словно пытаясь успокоить учащённое дыхание. В глазах стояли слёзы, но не слёзы боли, а слёзы растерянности, изумления. Сомнение поползло по её венам, превращаясь в холодный камень в животе.

«Это невозможно… Это не может быть реальностью», – промелькнула мысль в голове. Как можно быть таким… безжалостным? Она никогда не думала, что столкнётся с чем-то подобным, что её мир, её мораль, её принципы столкнутся с абсолютным разрушением.

Когда она увидела, как Маммон сжимает сердце, её горло сжалось от тошноты. Хоть её тело и сопротивлялось, она всё равно ощущала его присутствие – мрак, который он несёт, его холод, его абсолютное презрение ко всему живому, что она знала. Руки дрожали, и она не могла скрыть панику в глазах, не могла скрыть, что её внутренний мир рушится.

Она даже не заметила, как слёзы начали капать на её ладонь, не понимая, как всё могло так быстро измениться. Она стояла перед ним, не зная, что сказать, не понимая, как всё, что она думала о мире и о себе, могло быть полностью уничтожено одним взглядом этого демона. Её внутренний мир сотрясался, и она не знала, как это остановить.

«Как… как мне с этим быть?» – подумала она, ощущая тошнотворную пустоту внутри себя.

– Ты не понимаешь, как сильно я люблю это место, – сказал он почти с лёгким удовлетворением в голосе. – Ты не должна волноваться, Вилена. Это не касается тебя. Я не человек. Моя мораль и моя природа не похожи на твои.

– Ты не можешь просто так… – начала она, чувствуя, как из её глаз текут слёзы ненависти и растерянности. – Мы не можем вот так убивать людей.

– Ты слишком наивна, – с усмешкой ответил Маммон. – Я демон, и это не имеет значения для меня. Ты могла бы попытаться вмешаться, но я не позволю этому случиться.

Её тело напряглось, а глаза сверкнули яростью, хотя разум пытался понять, что происходит. Как его действия могут быть такими противоречивыми? Вилена понимала, что в этот момент она столкнулась с чем-то гораздо более тёмным, чем просто желание, даже если он и не осознавал, что творит.

– Не беспокойся, – прошептал Маммон. – Я сделаю всё, чтобы ты не пострадала. Я не позволю никому причинить тебе боль.

Она стояла в тишине, глядя на него, и её мысли были полны вопросов и сомнений. Её мораль, её восприятие жизни и отношений столкнулись с тем, что скрывается за внешним миром. Столкновение двух миров – её и Маммона. Этот момент изменил её навсегда.

Вилена стояла, как парализованная, её тело не слушалось, разум не мог собраться. Она чувствовала, как кровь