Одержимый - Ли Бардуго Страница 33

Алекс услышанное ни капли не понравилось. Она знала, на что способны привлеченные кровью или сильными эмоциями Серые.

– Вряд ли за это время мы отыщем еще двоих убийц, Доуз. И к тому времени назначат нового Претора.

– Я не убийца.

– Ладно, еще двоих, вынужденных решать проблемы столь эффективным способом.

Доуз поджала губы, но все же продолжила:

– Кроме того, кому-то придется за нами присмотреть, позаботиться о безопасности тел в случае каких-либо проблем.

И вновь Алекс ощутила, насколько непосильную ношу они на себя взвалили. Не хватало людей, и время поджимало, не говоря уж о том, что в подобных ритуалах у них вообще не было опыта.

– Вряд ли Мишель вызовется добровольцем.

Зазвонил мобильник, и Алекс выругалась, увидев имя на экране. Похоже, она в очередной раз напортачила.

– Простите, – с ходу проговорила она, пока Тернер не перешел к упрекам. – Я хотела заняться цитатой из Библии, но…

– У нас еще одно тело.

С языка так и рвались слова о неуместных шутках, однако Тернер явно говорил серьезно. Поэтому Алекс просто поинтересовалась:

– Кто? И где?

– Встретимся в колледже Морса.

– Просто в Морсе, Тернер. Его не называют колледжем.

– Тащите сюда свою задницу, Стерн.

– Тернер думает, что произошло убийство, – проговорила Алекс, повесив трубку.

– Еще одно?

Пока никто не подтвердил, что Марджори Стивен убили, и Алекс избегала делать поспешные выводы. Впрочем, даже если речь и впрямь об убийствах, еще не значит, что оба дела как-то связаны между собой. Вот только Тернер явно подозревал, что здесь замешаны общества, иначе не стал бы ей звонить.

– Ступай, – отпустила ее Доуз. – Я здесь еще немного осмотрюсь.

Но Алекс не давала покоя одна мысль.

– Не понимаю, – пробормотала она, медленно крутясь на месте и окидывая взглядом необъятное пространство. Они с Мерси обычно занимались в одном из читальных залов и никогда не поднимались в книгохранилище. Алекс вообще с трудом могла осознать масштабы этого здания. – Помнишь, что писал наш приятель Банчи? «Джонни, Игрок и еще парочка друзей создали Проход». Думаешь, я поверю, что он столько лет хранился в тайне?

– Я тоже размышляла об этом, – призналась Доуз. – Но что, если… Вдруг Банчи ошибся? Может, Проход в Стерлинге создали члены «Леты»?

– Что?

– Поразмысли над этим. Члены «Черепа» и «Свитка» работают вместе? Но ведь общества не делятся секретами, всеми силами оберегая свои способности. Они сошлись вместе один-единственный раз – и создали «Лету», опять же, для того…

– Чтобы спасти собственные задницы.

– Вот именно, – нахмурилась Доуз. – Они создали общество, способное успокоить руководство университета и призванное держать другие общества в узде. Некий надзорный орган.

– И ты думаешь, надзорный орган рассудил, что неплохо бы спрятать у всех на виду тайный проход в ад?

Теперь щеки Доуз окрасились румянцем, в глазах появился блеск.

– Харкнесс, Уитни и Бингхэм считаются отцами-основателями «Леты». Именно Харкнесс, бывший членом «Волчьей морды», нанял Джеймса Гэмбла Роджерса для строительства половины кампуса, включая и библиотеку.

– Но зачем люди «Леты» создали Проход, если не собирались им пользоваться? – Это казалось бессмысленным.

– С чего ты взяла, что не собирались? – поинтересовалась Доуз. – Возможно, они просто никого не посвящали в свои планы, поскольку знали, что ввязываются в нечто потенциально смертельное.

Возможно. И все же что-то не сходилось.

– Но разве весь смысл как раз не в том, чтобы взглянуть на другую сторону? – спросила Алекс. – Разгадать лежащие за гранью тайны? Именно поэтому меня взяли в ряды «Леты». Если члены общества спускались в потусторонний мир, должны остаться записи. Они явно говорили об этом, обсуждали, анализировали.

Глядя на встревоженную Доуз, Алекс занервничала еще больше. В этом деле что-то явно не так. Зачем создавать Проход, если им потом не пользоваться? Для чего уничтожать любые записи о нем? Они с Доуз не видели всей картины, и Алекс не могла отделаться от мысли, что кто-то твердо вознамерился им помешать.

Одно дело – сломя голову броситься в темный проход. И совсем другое – ощущать, что кто-то преднамеренно выключил там свет. Алекс охватило то же чувство, как и в тот вечер, когда она вошла в дом Итана и, став жертвой обмана, раскрыла собственную силу. Они шли прямо в ловушку.

13

Впервые увидев тело Марджори Стивен, Алекс решила, что убийство Тернеру примерещилось – в конце концов, в его работе убийства были почти нормой. Умиротворение на лице профессора не очень-то вязалось с мыслями об окончательности смерти. Здание и окружающая обстановка и вовсе остались нетронутыми.

Но с деканом Бикманом все обстояло иначе.

Перекресток перед Морсом, где в прошлом году нашли тело Тары Хатчинс, был забит полицейскими машинами с лениво мигающими проблесковыми маячками. Повсюду установили ограждения, и копы в форме перед тем, как пропустить кого-то во двор, проверяли студенческие удостоверения. Тернер уже ждал ее и без единого слова проводил внутрь.

– Как вы объясните, что я здесь? – поинтересовалась Алекс, натягивая поверх ботинок синие бахилы.

– Я всем сообщаю, что вы – мой осведомитель.

– Класс! Теперь я еще и стукач.

– Вы и не таким занимались. Пойдемте внутрь.

Дверь в кабинет декана Бикмана изрядно покосилась, на пороге виднелись грязные следы. На полу рядом с разлитой бутылкой красного вина валялись книги, массивный письменный стол был сдвинут набок. Сам профессор лежал на спине – словно кресло, в котором он сидел, просто упало навзничь; ноги до сих пор болтались над сиденьем. Один ботинок слетел, лампа, прежде явно стоящая рядом, опрокинулась на пол.

Может, декан задремал, читая у камина, и нападавший застал его врасплох? Или в процессе борьбы его затолкали обратно в кресло? С задранными в воздух ногами он выглядел глупо, почти комично, и Алекс пожалела, что вокруг так много людей, способных наблюдать эту картину. Дурацкие мысли. Декану Бикману теперь уже точно все равно.

Алекс никогда не посещала его занятий и даже точно не знала, что он преподавал, однако Бикман был из тех профессоров, которых все знали в лицо. Он носил твидовую шляпу и шарф с логотипом Морса, разъезжал по кампусу на велосипеде и, весело позвякивая колокольчиком, махал рукой студентам. На лекции Бики, как прозвали его между собой студенты, всегда приходило множество народу, а семинары вошли в легенду. К тому же он, казалось, знал всех интересных людей, когда-либо учившихся в Йеле, и часто приводил писателей и известных актеров в Морс на чай.

За несколько дней,