Саймон Грин - Стражи Хейвена Страница 318

Де Витты также предпринимали попытки использовать небольшие подразделения зомби, чтобы заставить докеров вернуться к работе, но бастующие всегда очень быстро разбирались с ними, используя партизанскую тактику, куда входили воровство, соль и вообще всяческая суета и беготня.

Нынче же произошло нечто вроде «революции»: впервые всю живую рабочую силу разом заменили на мертвецов, и численный перевес оказался отнюдь не на стороне докеров и их семей. Они понимали, что сражаются за свою жизнь, а после неминуемого поражения впереди у них только работные дома да уличный холод. Отчаянные времена порождают отчаянных людей, а Хок знал, как яростно бьются те, кому терять нечего.

Пока что супруги держались в тени. Напряжение сгустилось, и одно только появление капитанов могло стронуть с места и без того готовую сорваться лавину. Хока и Фишер вызывали только в тех случаях, когда всякая дипломатия оказывалась исчерпанной. И все знали об этом. Бастующие пока что осыпали насмешками немногочисленных частных охранников. Толпа еще не перешла ту грань, когда от выкриков переходят к действиям, но угроза внезапной вспышки насилия висела в воздухе тяжелым облаком, словно приближающийся шторм — темный, уродливый и непредсказуемый.

— Честно говоря, соотношение сил мне не нравится, — вполголоса поделилась с мужем Фишер. — Даже если сбегутся все городские стражи до последнего стажера, нас все равно окажется меньше.

— Бастующие пока не нарушили никаких законов, — заметил Хок. — Это во многом простое выпускание пара. Демонстрация дает им ощущение, будто они что-то могут. Докеры наверняка понимают, что стража на подходе, и если они сорвутся, многие окажутся ранены, а иные и убиты. Они — не профессиональные бойцы, вроде нас с тобой. Возможно, одного присутствия Стражи будет достаточно, чтобы они приспустили паруса и успокоились.

Фишер хмыкнула:

— Ты веришь в это не больше, чем я. Они рвутся в бой. У них нет другого выхода.

Хок досадливо фыркнул:

— Если бы нас действительно интересовала справедливость, мы бы сражались рядом с ними.

— Не дави на психику. Если они сорвутся, им будет все равно, кого убивать. И уж точно они не станут думать дважды, прежде чем попытаться уничтожить тебя или меня.

— Знаю. Давай-ка свяжемся с де Виттами и выясним, чего они от нас хотят. Может, нам удастся убедить их вести себя разумно.

Фишер вздернула бровь:

— Спорим?

Один за другим городские стражи собирались в огромном мощеном дворе штаб-квартиры братьев де Витт. Внушительное трехэтажное здание из темного камня нависало над портом, словно феодальный замок. Внутри сотни клерков, таможенников и прочих канцелярских крыс сидели тише воды ниже травы, пытаясь убедить себя в том, будто происходящее снаружи их ни в коей мере не касается. У них даже не хватало пороху выглянуть в окно и поглазеть на собирающуюся армию стражей.

Судя по всему, сюда уже прибыло больше половины всей городской Стражи, от капитанов до констеблей. Фонари в изящных плафонах разгоняли остатки утренней мглы, но вокруг по-прежнему лежали тени. С моря задувал холодный ветер. Всем было бы гораздо уютнее внутри здания, но, разумеется, такие суперважные персоны, как Маркус и Дэвид де Витты никогда не допустили бы простых стражей в святая святых корпорации. Может, они и нуждались в их услугах, но всяко не собирались якшаться с ними.

Хок вздохнул и поплотнее запахнулся в плащ. Сверху спустили приказ, обязавший всех без исключения стражей оказывать содействие де Виттам и следовать их указаниям. Связи у де Виттов имелись. Сейчас по всему Хейвену преступники получили великолепную возможность разгуляться во всю ширь, пока братья используют городскую Стражу в качестве личных вышибал.

Хок что-то проворчал вполголоса, и Фишер нервно покосилась в его сторону. Она уже точно знала — муж собрался высказать какое-то невежливое и крайне неприятное для де Виттов соображение, когда те, наконец, снизойдут до того, чтобы появиться. А у них с Хоком и без того хватает неприятностей с властями. Она всерьез прикинула: не сбить ли супруга с ног и не усесться ли сверху, пока не поздно? Но после пришла к выводу, что он потом станет дуться, и отказалась от своей затеи. Изабель принялась высматривать ближайший выход — на тот случай, если придется спешно ретироваться.

Сверху донесся многозначительный шум, двери выходящего во двор балкона распахнулись, и на него величественно ступили Маркус и Дэвид де Витты, дабы свысока обозреть собравшуюся стражу. Обоим было чуть за пятьдесят. Оба — упитанные, непринужденно элегантные и надменные, какими бывают люди, у которых от рождения очень-очень много денег. Тщательно уложенные и напомаженные волосы придавали их лицам сходство с бледными, холодными и бесстрастными масками. В их неколебимом самообладании таилась подспудная угроза, словно ничто и никто на свете не смели потревожить их привилегированный мир.

Дэвид был на год старше, но братья мало отличались друг от друга. Одевались они хорошо, но мрачновато, единственным украшением служили толстые золотые кольца на мясистых пальцах. Дэвид держал сигару, а Маркус — бокал с шампанским. Братья де Витт смотрели на собранных по их команде стражей и даже не трудились проявлять презрение. Вид они имели скорее скучающий, словно их вынудили соблюдать какой-то мелкий, но необходимый протокол.

— Вы здесь, чтобы защитить порт от любых посягательств, — без всякого выражения произнес Дэвид. — В первую очередь это относится к бастующим. С настоящего момента вы уполномочены применять любые средства, необходимые для обеспечения безопасности судов, грузов и портовых строений. Ваша первоочередная задача — разогнать толпу и отправить бунтовщиков собирать пожитки.

— У вас не должно возникнуть особых трудностей, — добавил Маркус голосом, до странности похожим на голос брата. — Просто будьте тверды, и они отступят.

— А если нет? — спросил кто-то из Стражей.

— Тогда выполните свой долг, — ответил Дэвид. — Они смутьяны. Быдло. Мы хотим удалить их от нашей собственности. Можете ранить их. Если необходимо — убивайте. Но уберите этот сброд из нашего порта.

— Если мы поубиваем их всех, — произнес Хок в высшей степени сдержанным тоном, — у вас не останется рабочей силы.

— У нас есть зомби, — ответил Маркус. — Теперь, когда мы располагаем средствами для контроля за таким их количеством, нашей рабочей силой станут они. Отныне живые — излишество. На мертвых можно положиться. Им не требуется платить, их не надо обеспечивать всем необходимым, и они не шепчутся у тебя за спиной.