Бессмертные - Ольга Александровна Валентеева Страница 24

Глава 12

Тьма

Лорен чувствовал себя опустошенным. Он сам не знал, куда держит путь, а главное – зачем. Все, ради чего он жил двадцать лет, оказалось вдруг пустым. И свой двадцатый день рождения он встречал на дороге в полном одиночестве.

В какой-то момент захотелось повернуть назад и все-таки явиться на Утреннее поле, но внутри тут же вспыхнула злость. Отец приказал его убить! Не кому-нибудь, а родному брату. На что он рассчитывал? Что против Роберта Лорен не станет обороняться? Не станет. Брат и сестры – вот и всё, что у него есть. Но и Роберт не сможет жить, если его руки будут в крови Лорена, это темный маг знал точно. Получается, единственный выход для него – исчезнуть. Пусть все считают его трусом, побоявшимся смерти. Пусть! Он справится с этой ношей. Лорена больше не будет. А будет… Леон. Как дань роду Леодаров.

Начинало темнеть. Лорен задумывался о том, чтобы поскорее остановиться на ночлег. Если вспомнить географию Тиранора, где-то поблизости городок Пирин. Там можно будет поспать, перекусить, а утром купить более дешевую одежду, чтобы не выделяться. Пока что облачение Лорена могло выдать в нем если не принца крови, то уж знатного лорда точно.

Когда Пирин показался на горизонте, Лорен уже клевал носом, а вокруг царила темнота. Однако на улицах городка было многолюдно. Видимо, сюда еще не долетели новости о том, что поединок не состоялся. Что же, скоро они придут, и от веселья не останется и следа. Принц, побоявшийся взглянуть в лицо врагу, – позор для народа.

Лорен отыскал маленький постоялый двор, за два ледора снял комнату на ночь и поужинал холодной пресной похлебкой. Увы, специи из Арлетии в Тиранор больше не поставляли, и если при дворе еще как-то растянули запасы, то простому люду приходилось довольствоваться едой без приправ. Но сейчас Лорену было все равно: он слишком устал, да и настроение оставляло желать лучшего. Хотелось поскорее уснуть, чтобы избавиться от гнетущих мыслей.

В одноместной комнатушке едва помещалась кровать. Удобства на этаже были общие, и Лорен, поборов брезгливость, заставил себя вымыться в видавшей виды лохани. Ничего, надо привыкать. Он сам принял такое решение, его никто не заставлял.

Он уже шел обратно в свою комнату, когда с нижнего этажа долетели громкие рыдания. Что-то случилось? Лорен быстро спустился по лестнице и на последних ступеньках столкнулся с зареванной служанкой.

– Что произошло? – спросил он встревоженно.

– Поединок завершился, – ответила девушка. – Наш принц погиб.

И она снова зарыдала, а Лорен застыл как вкопанный. Что значит погиб? А потом он понял: отец решил сказать всем, что его сын умер. Это лучше, чем признаться, что Леодар не приехал на место поединка. Наверное, его и искать не будут. Хорошее решение, верное. Умер так умер.

Придя к такому выводу, Лорен наконец-то прошел в свою комнату и лег в постель. Только что хотелось спать, а теперь сна не было ни в одном глазу. Не накажет ли отец Роберта? Ведь охранники Лорена сообщат, что их отправил прочь наследный принц. И как там сам Роберт? На пути домой? Хотелось верить – брат в безопасности.

На этом усталость взяла верх, и Лорен все-таки уснул. Ему снился уже знакомый мужчина. Он склонился над записанными формулами и смотрел на них долго, пристально, а потом смел бумаги со стола.

– Не то, не то, – твердил он. – Снова не то!

В двери постучали, и на пороге возник еще один мужчина. Точнее, достаточно молодой парень, ровесник Лорена. Светловолосый, голубоглазый, явно светлый маг.

– Не спишь, Лео? – весело спросил он. – Тогда идем гулять, вечер хороший, весь город танцует и славит приход весны.

– Этого города может завтра и не стать, Крис, – сурово ответил первый Леодар. – Нам надо найти противовес, ты понимаешь? То, что нейтрализует выброс.

– От того, что ты изматываешь себя бессонницей, этому миру легче не будет, – заверил его Крис. – Не беспокойся, у нас еще есть время найти ответ.

– Это ты так думаешь! А я не вижу выхода.

– Найдем, дружище. Ну так как? Прогуляемся и познакомимся с жаркими горожаночками?

Леодар смотрел на друга с осуждением, и Лорен был с ним согласен: не время веселиться.

– Ты так и помрешь с унылой рожей, – пообещал другу Крис. – И когда я буду устанавливать тебе надгробный камень, прикажу написать на нем: «Когда смерть его увидела, она испугалась его выражения лица».

– Но не отступила? – все-таки усмехнулся Леодар.

– Ага.

– Ладно, уговорил. Идем, Крис. Но утром мы оба посмотрим на формулы. Одна голова, как говорится, хорошо, а две…

– Это банда.

И парни, смеясь, вышли в коридор, а оттуда на празднично сияющие улицы. Повсюду звучала музыка, их то и дело пытались увлечь в пляс. Несмотря на трудные дни, оба мага казались веселыми. Ровно до того момента, как раздался оглушающий грохот.

– Что это? – замер Крис.

– Не знаю, – остановился Леодар, а потом воскликнул: – Разлом!

Лорен открыл глаза. Он тяжело дышал, едва не задыхаясь. Ну и сон! Сердце стучало быстро-быстро, так и норовя выскочить из груди. Приснится же такое…

Внезапно дом вздрогнул, заскрежетал. Лорен подскочил на ноги, поспешно оделся и выглянул из комнаты. Что-то громыхнуло, и дом снова заскрипел, застонал, словно раненый человек.

– Ой, мамочки! – послышался возглас.

Надо убираться отсюда! Иначе можно погибнуть под обломками. Лорен захватил свои скудные пожитки и помчался прочь с постоялого двора. Уже у дверей он столкнулся все с той же служанкой.

– Вы знаете, что случилось? – спросил он.

– Не знаю, в северной части города зарево и дым, – испуганно всхлипнула она.

Хлопали двери, просыпались постояльцы.

– Вам стоит покинуть здание, – сказал Лорен девушке и выбежал на улицу, чтобы убедиться: служанка права. В рассветное небо поднимался черный столб дыма. Хотя не дым это… Лорену вдруг стало холодно. Он понял: выброс магии. Они случались редко и небольшой силы, обычно их фиксировали, только если поблизости находился маг, а этот был мощнее любого, о котором читал Лорен.

Принц поспешил к месту магического выброса. Там ведь люди! Может понадобиться его помощь. Он не знал города, но черный столб верно указывал направление, и вскоре принц выбежал прямо к краю разлома. Он застыл, чувствуя, как гулко ухает сердце.

Черный