Зеленая жемчужина. Мэдук - Джек Холбрук Вэнс Страница 238

– Мне почти не о чем рассказывать, кроме того, что ты уже знаешь. Тем не менее слушай, как все это было.

Твиск говорила тихо и нараспев, словно с сожалением вспоминая сладостный сон. Она призналась, что любила дразнить Манжона, издеваясь над его уродливой физиономией и во всеуслышание обвиняя его в преступлениях. В частности, Манжон завел привычку подкрадываться сзади к молодым феям, ловить их сетью и уносить в свое кошмарное логово в топком овраге, где они служили его порочным целям, пока не надоедали троллю, будучи полностью истощены.

Однажды, когда Твиск бродила в лесу, Манжон подкрался к ней сзади и забросил сеть, но Твиск успела увернуться и убежала, преследуемая семенящим вперевалку троллем.

Твиск без труда ускользала от него, проворно прячась за древесными стволами и смеясь над пробегающим мимо по инерции Манжоном. Насмеявшись вдоволь, Твиск стала возвращаться к Придурковатой поляне. По пути она проходила мимо приятной прогалины, где на берегу тихого пруда сидел сэр Пеллинор, наблюдавший за стрекозами, носившимися туда-сюда над поверхностью воды, и наигрывавший на лютне случайные аккорды. У сэра Пеллинора висел на поясе короткий меч, но щита не было; неподалеку на ветке висел его плащ, расшитый, по-видимому, его гербом – тремя красными розами на голубом поле.

Внешность сэра Пеллинора произвела на Твиск положительное впечатление, и она скромно приблизилась. Сэр Пеллинор вскочил на ноги и вежливо приветствовал ее с искренним восхищением, настолько порадовавшим фею, что она присела рядом с ним на бревно, лежавшее у пруда. Твиск спросила незнакомца, как его зовут и по какой причине он забрел так далеко в глубь Тантревальского леса.

Немного поколебавшись, тот ответил:

– Позволю себе представиться как сэр Пеллинор, рыцарь из Аквитании, странствующий в поисках романтических приключений.

– Вы далеко от родных мест, – заметила Твиск.

– Для странника быть вдали – то же самое, что быть рядом, – отозвался сэр Пеллинор. – Кроме того – кто знает? – я вполне могу найти сокровище в этом странном древнем лесу. Я уже нашел самое очаровательное существо, превосходящее красотой все образы, соблазнявшие мое воображение!

Твиск улыбнулась и заглянула ему в лицо из-под полуопущенных ресниц:

– Ваши комплименты приятны, но вы расточаете их так легко, что я не убеждена в их искренности. Может ли быть, что вы действительно имеете в виду то, что говорите?

– Мое сердце растаяло бы в вашем присутствии, даже если бы я был высечен из камня! Хотя в таком случае, пожалуй, мой голос потерял бы всякую мелодичность.

Твиск тихо рассмеялась и позволила своему плечу слегка прикоснуться к плечу сэра Пеллинора:

– В том, что касается сокровищ, огр Гойс накопил разбоем, грабежами и мародерством тридцать тонн золота – из него он тщеславно соорудил монументальную статую самому себе. У огра Карабары есть ворона, говорящая на десяти языках, предсказывающая погоду и играющая в кости, причем она выигрывает крупные суммы у всех, кто рискует с ней состязаться. Огр Струп – владелец дюжины сокровищ, в том числе ковра, на котором ежедневно появляются изображения различных сцен, камина, в котором никогда не гаснет пламя, не нуждающееся в дровах, и воздушной постели, на которой ему очень удобно спать. Если верить слухам, Струп отобрал у беглого монаха чашу, священную для всех христиан, и многие отважные рыцари, со всех концов христианского мира, пытались добыть эту драгоценность из чертога Струпа.

– Но им это не удалось?

– Нет, не удалось. Иные вызывали Струпа на поединок; как правило, их убивала пара повинующихся огру рыцарей-гоблинов. Других, приносивших дары, пускали в чертог Дольдиль, но чего они добились? Все они кончили свои дни в огромном черном котле Струпа или в клетке, где они вынуждены развлекать все три головы Струпа, пока он ужинает. Я посоветовала бы вам искать сокровище в другом месте.

– Подозреваю, что самое чудесное сокровище в мире встретилось мне на берегу этого тихого пруда, – произнес сэр Пеллинор.

– Это очень любезно с вашей стороны.

Сэр Пеллинор взял в руку изящные пальцы феи Твиск:

– Я охотно насладился бы этим сокровищем, если бы не опасался феерической красоты – а также феерической магии.

– Ваши опасения безосновательны, – заверила его Твиск.

Некоторое время они занимались любовными утехами на прогалине, но в конце концов устали и расслабились.

Твиск пощекотала ухо сэра Пеллинора травинкой:

– Когда ты отсюда уйдешь, куда ты направишься?

– Может быть, на север, а может быть, на юг. Может быть, навещу Струпа в его берлоге, отомщу ему за убийства и избавлю его от бремени богатства.

– Ты отважен и любезен, но тебя ожидает та же судьба, что и остальных! – печально воскликнула Твиск.

– Разве нет никакого способа обмануть эту злобную тварь?

– Обман позволит выиграть время, но в конечном счете Струп окажется хитрее.

– Расскажи, как его обмануть!

– Приходи к чертогу Дольдиль с подарком. В таком случае огр вынужден будет оказать тебе гостеприимство и предложить в обмен дар такой же ценности. Он предложит тебе подкрепиться, но не бери ни крошки больше того, что он сам положит тебе на тарелку – иначе, взревев всеми тремя глотками, Струп обвинит тебя в хищении, и тебе придет конец. Прислушайся к моему совету, сэр Пеллинор! Ищи сокровищ и восстановления справедливости в других местах!

– Твои доводы убедительны! – Сэр Пеллинор наклонился, чтобы поцеловать близкое прекрасное лицо, но Твиск, оглянувшись через плечо, заметила проглядывающую сквозь листву, искаженную злобой физиономию тролля Манжона. Она испуганно вскрикнула и объяснила свой испуг сэру Пеллинору – тот вскочил на ноги, выхватив меч, но Манжона уже след простыл.

Наконец Твиск и сэр Пеллинор расстались. Твиск вернулась в Щекотную обитель; что касается сэра Пеллинора, она могла только надеяться, что тот не осуществил намерение отправиться к чертогу огра.

– Вот и все, что я знаю о сэре Пеллиноре, – закончила Твиск.

– И где же мне теперь его искать?

Твиск беззаботно пожала плечами:

– Кто знает? Может быть, он решил помериться силами со Струпом, а может быть, и нет. Только Струп может внести ясность в этот вопрос.

– А Струп помнит, что происходило так давно?

– Щиты всех рыцарей, погибших от руки Струпа, украшают стены его чертога. Огру достаточно бросить взгляд на свою коллекцию гербов. Но он тебе ничего не расскажет, если ты не принесешь достаточно ценный подарок.

Мэдук нахмурилась:

– Он может меня просто-напросто схватить и бросить в кипящий котел.

– Вполне возможно – если ты присвоишь хотя бы толику его имущества. – Твиск поднялась на ноги. – Лучше всего послушайся моего совета и не посещай его чертог. Все три головы Струпа одинаково безжалостны.

– И все же