Мастер Темного Пути. Том 1 - Мосян Тунсю Страница 20

Высотой в два человеческих роста, она была подобна гиганту, в котором крылась невероятная мощь. Схватив пару нападавших, богиня поднесла их к лицу. Каменный рот открылся и снова закрылся. Мечи выпали из рук совершенствующихся и зазвенели по камням, а головы поникли: богиня поглотила их души.

Только когда ни одна атака не достигла цели, все наконец послушали Вэй Усяня. Толпа хлынула наружу и со всех ног бросилась врассыпную. Кругом мелькало множество лиц, и Вэй Усяня захлестнула тревога: Цзинь Лина нигде не было видно. Тогда он вскочил на осла и помчался к бамбуковой роще, а оглянувшись, заметил нагоняющих его учеников клана Лань.

– Дети! – позвал Вэй Усянь.

– Кто тут дети? – возмутился Лань Цзинъи. – Ты хоть знаешь, из какого мы клана? Думаешь, умылся, так тебя теперь все признают за старшего?

– Ладно-ладно, братцы, – сказал Вэй Усянь. – Пошлите сигнал своему… Ханьгуан-цзюню!

Юноши закивали и принялись искать сигнальные огни.

– Все огни, – заговорил Лань Сычжуй, – мы израсходовали той ночью в деревне Мо.

Вэй Усянь остолбенел.

– Вы что, не пополнили запасы?

Сигнальные огни обычно использовались раз в сто лет.

– Забыли, – виновато признался Лань Сычжуй.

– Что значит «забыли»?! Вот Ханьгуан-цзюнь узнает – попляшете вы у него! – припугнул их Вэй Усянь.

Лицо Лань Цзинъи побелело от ужаса.

– Нам конец. Теперь Ханьгуан-цзюнь нас точно накажет, просто убьёт…

– Накажет! Ещё как накажет! – подтрунивал Вэй Усянь. – Если вас не наказать, так ничему и не научитесь!

– Молодой господин Мо! Как вы узнали, что пожиратель душ не злобный дух или оборотень, а статуя богини? – спросил Лань Сычжуй.

Вэй Усянь тем временем мчался дальше, высматривая Цзинь Лина.

– Как узнал? Увидел, конечно же.

Их догнал Лань Цзинъи, и теперь ученики бежали по обе стороны от ослика.

– И что ты там увидел? Мы тоже много чего видели!

– Ну видели, а толку-то? Что вы заметили на кладбище?

– Только души усопших – что ещё там может быть?

– Правильно, души усопших. Вот почему это не злобный дух или оборотень: на горе столько неприкаянных душ – неужели такая тварь упустила бы возможность ими полакомиться? Разумеется, нет!

– Почему? – хором спросили юноши.

– Знаете, что я скажу о вашем клане Гусу Лань… – начал Вэй Усянь, и тут его прорвало: – Вот зачем вас учат всякой заумной ерунде? Зачем зазубривать правила этикета, бесконечные родословные, истории кланов – и как не знать вещей, которые пригодятся в деле? Неужели так сложно понять, что поглотить душу усопшего гораздо легче, чем душу живого? Человеческое тело сродни щиту, и, если некое существо захочет отведать живой души, сначала ему придётся этот щит разрушить. Например… – Он мельком глянул на осла, который громко пыхтел на скаку и возмущённо закатывал глаза. – Например, если одно яблоко положить перед вами, а другое – в запертый ящик, какое из них выберете? Конечно же, то, что перед вами. Местная тварь питается только душами живых и знает, как их получить; она и сильна, и разборчива в еде.

– Вот оно что! Вполне разумно. Погоди, выходит, ты не сумасшедший? – изумился Лань Цзинъи.

– Мы думали, раз после оползня и удара молнии люди начали терять души, из разбитого гроба вырвался злобный дух, – на бегу объяснил Лань Сычжуй.

– Ошибка, – заявил Вэй Усянь.

– Как это – ошибка?

– Вы путаете причину и следствие. Скажите-ка, что случилось раньше: оползень или появление пожирателя душ? Что здесь причина, а что следствие?

– Сначала случился оползень, потом появился пожиратель душ. Первое – причина, второе – следствие, – не раздумывая ответил Лань Сычжуй.

– Ничего подобного, – возразил Вэй Усянь. – Пожиратель душ появился раньше, а уж потом случился оползень. Пожиратель душ – причина, оползень – следствие! В ту ночь полил сильный дождь, потом сошёл оползень и молния угодила в гроб – запомните это. Первым душу потерял городской лодырь. Он провёл всю ночь на горе, а через несколько дней вдруг взял и женился.

– И что здесь не так? – не понял Лань Цзинъи.

– Всё! – заявил Вэй Усянь. – Где бездельник-голодранец нашёл деньги, чтобы закатить пышную свадьбу?

Юноши потеряли дар речи. Оно и неудивительно: их клан никогда не озадачивался вопросами богатства и бедности.

– Вы осмотрели всех духов усопших на горе Дафань? – снова заговорил Вэй Усянь. – Среди них был старик, погибший от удара по голове и облачённый в богатое погребальное одеяние. Раз уж ему справили такие великолепные одежды, то и гроб вряд ли пустовал. Наверняка туда положили похоронные принадлежности. Один из разбитых гробов, скорее всего, принадлежал именно этому старику. Но люди, которые пришли забрать и перезахоронить останки, не нашли никаких погребальных предметов. Их вполне мог прикарманить тот самый бездельник – это объясняет, почему он зажил на широкую ногу. Городской лодырь неожиданно разбогател после оползня – значит, ночью произошло что-то из ряда вон. В тот вечер разразился сильный ливень, и ему пришлось укрыться в горах. Где тут можно переждать непогоду? В храме богини. А когда простые люди попадают в храм, они там непременно кое-что делают…

– Молятся? – предположил Лань Сычжуй.

– Именно. Скажем, он мог попросить у богини удачи, денег на свадьбу и ещё чего-нибудь такого. Молитва была услышана: молния ударила в гроб, и там, внутри, лодырь обнаружил сокровища. Его желания сбылись, а богиня пришла к нему в первую брачную ночь и в качестве платы забрала душу!

– Это же просто догадки, верно? – встрял Лань Цзинъи.

– Да, просто догадки, – хмыкнул Вэй Усянь. – Но следуя этой логике, можно объяснить и дальнейшие события.

– Как тогда объяснить случай с той девушкой, а-Янь? – поинтересовался Лань Сычжуй.

– Отличный вопрос! Вы, ребятки, наверное, поговорили с местными жителями, прежде чем подняться на гору. А-Янь только-только обручилась, а все обручённые невесты, конечно, желают лишь одного.

– И чего? – спросил неискушённый Лань Цзинъи.

– «Хочу, чтобы муж дорожил мной и обожал меня, чтобы до конца своих дней любил только меня»! – ответил Вэй Усянь.

– Разве такое желание можно исполнить? – недоумевали юноши.

Вэй Усянь развёл руками:

– Да проще простого. Если жених умрёт, не будет ли это считаться за «до конца своих дней любил только меня»?

У Лань Цзинъи словно пелена с глаз спала, и он потрясённо воскликнул:

– О-о! Так-так… Значит, жениха а-Янь разодрали волки потому, что накануне она помолилась в храме богини!

Вэй Усянь решил ковать железо, пока горячо.

– Кто знает, волки там на него напали или не волки. Но в истории а-Янь есть ещё кое-что необычное: почему из всех жертв душа вернулась только к ней? Чем эта девушка отличается от остальных? А тем, что у неё есть родственник, который тоже