Королевство злодеев - Элла Филдс Страница 15

ему подарила ее ближайшая подруга, которую несколько лет спустя убил собственный же партнер, отец Кольвина. Все обожали обсуждать эту историю. Когда дело доходило до союзов, чего с каждым десятилетием становилось все меньше, слухи передавались из уст в уста с некоторой одержимостью, выдавая личные трагедии.

– Новая семья, – пробормотала я, чуть не засмеявшись. – Это вы?

Дядя изогнул бровь.

– У твоей матери был такой же гонор и такое же несносное выражение лица. Она брызгала ядом каждый раз, когда стоило проявить мудрость и вспомнить, кто держит ключи от ее судьбы.

Мой живот заурчал, но уже не от голода. Бролен никогда не говорил про нее. И совсем редко маму упоминала Мирра.

– Но такая победа еще слаще. – Он сверкнул самодовольной улыбкой, которая быстро померкла. – Отвечая на твой вопрос: нет, – сказал он и повернулся, чтобы уйти. – Не важно, кто сменит королевскую линию Эльдорна, главное, чтобы эта ужасная ветвь ушла в небытие.

Его шаги гулко стучали по камню. Я села, стараясь собрать воедино его слова. Вдруг пришло осознание, что он натворил, чтобы…

В моем пустом желудке все сжалось, желчь рванула к горлу, рот распахнулся. Я подавила позыв и прошипела:

– Вы… вы взяли ее силой?

Его шаги остановились.

– У Примроуз был выбор. Помочь мне с наследником – и тогда ее сестре не пришлось бы снова мучиться из-за очередного провала в попытке выносить дитя. Она приняла решение с условием, что Мирра не станет притворяться, что ты ее дочь. – Его слова эхом отозвались в моей голове. – И не один раз.

Дверь захлопнулась, и я снова осталась одна. Наедине с правдой, которая всю жизнь была у меня под носом.

* * *

На следующий день ко мне явился новый посетитель.

На этот раз Регин.

Он присел на корточки возле моей камеры. Когда он предложил мне лепешку и флягу с водой, я не знала, благодарить его или разразиться ругательствами.

Я не стала выбирать, а просто схватила все, что он принес, сквозь решетку. Захлебываясь водой, я пережевывала зачерствевшее тесто, которое он, скорее всего, стащил с кухонь, когда все ушли отдыхать.

– Ты злишься на меня, – сказал Регин.

Я лишь хмыкнула. Когда я трясущейся рукой подняла флягу и поднесла ко рту, чтобы запить сухую лепешку, из моего рта посыпались крошки.

– Фия, у меня не было выбора. Как и у тебя.

Я даже не взглянула на него. Меня тошнило от одной мысли о том, чтобы посмотреть в лицо, к которому я прикасалась губами, руками, которое я обожала…

Нет, я не могла.

– Ты слышал, что со мной сделают? – все же спросила я.

По его молчанию я поняла, что Регин все слышал.

Я фыркнула и отпила еще воды.

– Просто уходи.

– Я пришел предупредить тебя, – прошептал он, хотя охраны здесь не было. Как и возможности сбежать. Еще один кинжал в мою грудь: Регин мог бы навестить меня раньше. – На рассвете королевская стража отведет тебя к висельному дереву.

Когда солнце только поднималось над горизонтом, устраивали такую показательную казнь – с помощью скрученной железной веревки. Такое зрелище никто бы не пропустил, ведь приходило время избавить землю от чьей-то прогнившей души. Даже если казнили меня.

– Спасибо за заботу, – пробормотала я и вернулась к еде.

Регин вздохнул.

– Фи, мне правда очень жаль. Меня все это просто убивает.

– Если не желаешь сказать что-то поважнее, то лучше уходи.

– Если бы я только знал, что этим все закончится…

Его слова потонули в пустоте, будто он первым ощутил нечто странное. Будто воздух закружился на месте.

Регин встал и отступил от камеры. Помотал головой по сторонам, будто переживал, что кто-то может вдруг возникнуть в темнице. Мне показалось, что надвигалась внезапная буря, но внезапно стены затряслись, камень стал крошиться, а вокруг потемнело.

Казалось, будто ночное небо полностью окрасили в черный, и эта тьма просачивалась в трещины потолка и спускалась по стенам. Проскальзывала под ту самую дверь, через которую я выпустила принца.

– Что происходит? – спросила я с набитым ртом. Сглотнула, чтобы снова задать вопрос, но Регин побежал к лестнице, которая вела внутрь замка.

– Регин!

Дверь над лестницей закрылась.

Пламя в факелах вспыхнуло, освещая каждое пятно крови на камнях. Я забилась в угол своей камеры. Камни еще некоторое время дрожали, потом огонь погас, оставляя меня в кромешной темноте.

7

Спустя всего несколько минут меня вытащили из камеры и повели по лестнице в сопровождении пяти охранников.

– Куда мы идем? – спросила я, но никто мне не ответил.

Я узнала троих: впереди шел Регин со своими друзьями, Кестией и Трейоном. Двух других я никогда раньше не видела, и они с усмешками посматривали на меня.

Обычно меня не задевали колкие замечания из-за порванного платья или растрепанных волос, но сейчас я не ждала ничего хорошего. Возможно, меня вели к висельному дереву, что росло на самом низком холме, за которым открывался город.

Вдруг они собрались казнить меня здесь и сейчас? Олетт все еще ждала расплаты за наши преступления против принца – с визита Неблагого двора прошло всего несколько дней.

Все это время в темнице я старалась принять свою судьбу, но до сих пор не была готова. Я не смирилась с этой участью. Наоборот, я чувствовала надвигающуюся ярость и жгучую ненависть, которые грозились обрушить луну и звезды на это королевство, решившее избавиться от меня.

На лестнице я замедлила шаг – от усталости и головокружения. Я хотела сказать мерзавцам, чтобы они прекратили язвить по поводу моего неземного аромата и гнезда в моих волосах, но меня грубо толкнули вперед.

– Пошевеливайся, дикарка. У нас не так много времени.

И снова меня толкнули.

На этот раз я еле добрела до каменной стены. Перед глазами все плыло, и я не вписалась в проем. В висках все зазвенело, в голове и руке вспыхнула боль.

Один из мужчин нагнулся и вцепился мне в волосы, с силой потянув.

– Я сказал: пошевеливайся!

Он выругался, но вдруг отпустил меня.

– Снова ее тронешь – и это будет последнее, что ты сделаешь, я уж позабочусь, – рявкнул Регин, стоя наверху лестницы.

Я сжала зубы, стараясь не упасть, а Регин приказал солдатам идти дальше. Когда их шаги стихли, он обхватил ладонью мое лицо и опустился на одну ступеньку со мной.

Зеленые глаза, в которых я миллион раз хотела раствориться, потемнели. Он поморщился, ощупывая мою голову пальцами, и внутри меня что-то дрогнуло.

Я отстранилась и двинулась дальше, вверх по лестнице.

– Брось это.