Броня Молчания - Владимир Осипцов Страница 127

— Ну… Да-да! Вылазка!

«Так я ему и поверила» — подумала Метеа, расположившаяся с удобством под открытым люком одной из зачищенных галерей.

— Принц, до нас только что кое-что дошло насчёт этих электростанций. А если это ловушка? У вас есть что-нибудь, чтобы их быстро разбомбить?

— Бомбить? Знаете, бомбить, что атомную бомбу, что атомную электростанцию — не самая замечательная идея. Я посоветуюсь со своим штабом, а вы пока Мацукаву-сана предупредите — он мог уже на их приступ пойти, а я тут — бомбить.

Генерал-самурай согласился с догадками Кверкеша и Сидзуки:

— Да госпожа Третья, это было бы самым вероятным. Но если помните, они перед любым взрывом всегда отводили всех своих, а этого не видно… ну и взрывать их должны одновременно, иначе немного смысла — крепость круглая, потерю даже целого фланга мы переживем, а потом не дадим повторить.

— Что-то не вижу, что они желают отступать.

— Надо бы взять «языка».

— Это мы сейчас устроим, — вмешался субстратиг, и переключил рацию на другую частоту: — Трибун Милеш! А проклятье… Центурион! Найдите мне вашего трибуна!

…Пленник плевался кровью и неловко держал сломанную руку. Милеш схватил его за волосы и со злостью врезал промеж лопаток, сбросив на колени:

— Тише! — попросила демонесса, которой из-за шума боя и так было плохо слышно: — Он будет говорить?

— А? Гнида, отвечай стратигу!

— Без грубостей, трибун, — это Кверкеш, уже успевший сменить фланг: — Это легионер, как и мы. Вы же из служб техническо-инженерного сопровождения седьмого Коцитского легиона?

— Так точно…

— Легион отвечает за весь периметр? Или только за электростанции?

— Допустим…

— У вас личного состава не хватит на периметр.

Милеш сцепил в замок руки, замахнувшись, с силой ударил его по спине, поймав за волосы в самый последний момент до того, как его лицо соприкоснулось с полом:

— Не юлить, шкура предательская!

— Не хватит, вы правы… (Кверкеш остановил руку Милеша, готовую к новому удару): — Я начальник ремонтной бригады, обслуживающей станции первой стены.

— Первой стены? Внешней⁈.. — удивилась принцесса Кадомацу из динамика рации.

— Нет… Вон там головные ворота, а счёт идёт против часовой стрелки от них, — пояснил субстратиг.

— Станции заминированы? — опять принцесса.

— Конечно…

— Ядерным зарядом? Или взорвёте реактор, как после То-Та?

— Он и так взорвётся… Вы… вы своей бомбардировкой нарушили систему охлаждения у всех станций, а глуша электронику, не даёте заглушить реактор. Моя бригада сейчас в реакторе, вручную удерживает стержни — там амальская конструкция… Они, конечно, попытаются устроить ядерный взрыв, но… — он сплюнул зубы: — Как получится. Многим ведь жить охота…

— Мерзавец, ты бросил солдат погибать, а сам спасся⁈

— Я шел передать приказ об отступлении! Никто из наших об аварии не знает! Вы же связь заглушили! Вы приговорили и наших и ваших…

— Так, — полководцы, игнорируя «языка», которым занялись кулаки и сапоги Милеша, разложили карты на ближайшей стене (картинки на дальневизоре у принцессы тоже глохли, как электростанции, и она несколько раз постучала по стенке):

— Нужно захватывать и побыстрее. Только мы контролируем подавление электроники и сможем заглушить реакторы, поменяв интервалы залпов.

— Принц Стхан, вы ничего не придумали? Товарищ Командующий Стратиг вы его слышите?

— Нет, — принцесса пощёлкала дальнеговорником, раз дальневизор оказался бесполезен: — Кверкеш-сама?

— Значит, берём отчёт от флота, подрываем завесу, заходим по часам, убиваем всех, и как только кончится подавление — перезапускаем систему и глушим реакторы. Усильте штурмовые центурии специалистами-инженерами.

— Нужно договориться о связи. Дальше в глубь фронта — и мы, и мятежники глушат много частот.

— Я вас вообще слышу через раз.

Раздался тихий смех пленника. Все обернулись:

— Вы ведь тоже покойники…Тоже!.. Умрем вместе, душегубы!..

Кверкеш вздёрнул головой, намереваясь что-то сказать, и в этот момент с отвратительным шипом рванула электростанция. Её крыша взметнулась к небесам, на столбе белого, чуть зеленеющего в основании, радиоактивного пара. На его фоне стало видно, как чёрные стены здания пошли трещинами, и оттуда полезли сначала отдельные клубы, струйки пара, а потом огромное уродливое облако, рухнувшее с высот крыши станции на позиции повстанцев, которые врассыпную бросились прочь, как и легионеры, атаковавшие их.

«Язык» смеялся нездоровым смехом. Кадомацу, которую даже на стене тряхнуло, сказала в дальнеговорник:

— Ветродуи на передовую. Немедленно.

— Хорошо, что не ядерный взрыв. Всему личному составу принять защитные средства.

— Одной проблемой меньше.

— Трибун Милеш, расстрелять мятежника, и…

— Уже не требуется, — мрачно ответил легионер, вытирая окровавленный кулак.

— Однако… Тело отдать похоронной команде, чтобы кремировали с воинскими почестями — как-никак, легионер. Сами со своей командой пройдите дезактивацию — он был в активной зоне, мог быть заражен…

— Служу Республике!

— Ну что, ваше Величество, думаю, мы сделали все что могли, теперь ваша очередь — покажите, как дерутся демоны!

— Смотрите. Любуйтесь… — и чарующе улыбнулась с экрана седеющему полководцу…

…Коиси Имадзава выполнил свое поручение с отличием — солдат набралось на полк, если не больше, но девушка не стала возражать. Пригодится.

Зря она отвлеклась на сообщение Сидзуки. Они справились и без неё, а атака в настоящий момент завязла на двух внешних стенах. Линия фронта представляла контур трапеции, который никак не желал превращаться в клин, разрезающий укрепления и начинающий прорыв. Разбивала неудержимую силу наступления последняя, несокрушимая третья стена, самая высокая из них. Несколько сегментов первой уже было взято, но только верхушка, а противник контролировал все башни, которые не сообщались со стеной, где продвигалась успешная атака штурмующих. Внутри второй стены не было ни одного солдата дочери императора — в отличие от внешней, следующая стена не имела наружных люков, ощетинившись лишь стволами и смотря на мир сквозь смотровые щели и линзы перископов. В любую подходящую дырочку копейщики заливали кипяток, вскипяченный на кострах, разведенных тут же, в переходах первой стены — впрочем, никто не знал, насколько это было эффективно. И, наконец, третья стена, серая с малиновым оттенком отраженной зари, так и оставалась нетронутой — в ней располагались мощные орудия, напрочь сшибающие всякого, кто осмеливался отлететь от второй стены. Над её гребнем постоянно кружили тучи высших демонов и химер — пусть и, не превосходя численностью войска принцессы, но благодаря такому прикрытию, уравнивая шансы в скоротечных схватках. Самураям же даже отдохнуть было негде