Эридон. Игры судьбы - Савушка Страница 102

Дальнейший ужин проходил куда спокойнее, чем его начало.

По мере того как стол наполнялся едой, а кружки выпивкой, напряжение постепенно спадало. Никлас и Локи, взяли на себя роль главных заводил, разряжая обстановку шутками, в которых, конечно, не обошлось без подколов в сторону Андраса, Астрид и меня. Но теперь они не вызывали ни вспышек гнева, ни угрожающих взглядов.

– Что-то мне подсказывает, – ухмыльнулся Локи, отрывая зубами кусок запечённого мяса, – что если бы у вас троих появилось своё королевство, оно рухнуло бы ещё до того, как вы определились, кто главный.

– И не говори, – подхватил Ник, закинув в рот виноградину и покатав её за щекой. – Хотя, возможно, всё решилось бы ещё проще: Астрид бы просто его сожгла.

Астрид многозначительно посмотрела на них обоих, взяла бокал вина и сделала глоток.

– Её молчание пугает меня больше, чем если бы она уже достала кинжал, – настороженно прошептал Локи, склонившись к Никласу, но достаточно громко, чтобы все услышали.

На мгновение в воздухе повисла пауза, после которой даже Андрас, сидевший с видом угрюмого наблюдателя, позволил себе лёгкую улыбку. Тиана тоже улыбнулась, покачав головой, будто стряхивая с себя остатки тяжёлого дня.

Вечер плавно перетёк в редкое для нас ощущение мира.

Мы ели мясо с густым соусом и свежий хлеб, запивая его вином и тёмным элем, который Локи принес откуда-то со второго этажа. Обсуждали все подряд, начиная от дурацких традиций легионеров и заканчивая тем, насколько громко храпит Никлас.

– Это ложь и клевета! – возмутился Ник, услышав очередную шутку на свой счёт, и даже стукнул кулаком по столу, отчего задребезжала посуда. – Локи, ты всё придумал, чтобы очернить мою репутацию перед дамами.

– Ложь? – Локи приложил руку к сердцу с таким видом, словно его только что смертельно оскорбили. – Брат мой, я был уверен, что мне пришлось спасаться бегством из нашей общей комнаты в академии только потому, что куратор мог превратить нас в слизней. Но теперь я понял – это было во спасение моего слуха.

Дружный смех прокатился живой волной. Через пару часов, сытые и несколько усталые, мы покинули таверну.

Нас проводили в небольшой каменный дом неподалёку от главного здания Легиона. Дом был крепким, основательным, без излишеств: толстые стены пахли сухими травами и древесиной, массивный деревянный стол стоял в центре, а вдоль стен тянулись шесть кроватей с толстыми матрасами и добротными шерстяными одеялами.

– Надеюсь, никто не храпит, – пробормотала Астрид, осматривая помещение и машинально приглаживая складку на покрывале ближайшей кровати.

– Никлас, мы следим за тобой, – без тени шутки заявил Андрас, проходя вдоль стены и бросая на одну из кроватей свой пояс с мечом.

Никлас недовольно поджал губы, на ходу стягивая сапоги:

– Запишу в дневник в раздел о ваших необоснованных обвинениях.

Мы разместились без споров: я улёгся на кровать рядом с Ником, Астрид и Тиана расположились у противоположной стены, а Андрас устроился чуть ближе к двери – как всегда на страже.

Свет постепенно погас, оставив комнату в полумраке. Я лежал на жёстком матрасе, уставившись в тёмный потолок, но глаза не хотели закрываться. Мысли, словно ночные мотыльки, неслись одна за другой, не давая покоя. Переход, оборотни, таверна, арена, бой с Вильнарой, слова, которые стоило бы удержать за зубами – всё прокручивалось в голове, обдавая холодным привкусом недосказанности.

Но сильнее всего в этом хаосе звучало одно имя – Астрид.

Кто-то хочет её получить. Но почему?

Я чувствовал, что всё куда сложнее, чем просто неудачное пересечение интересов с каким-то влиятельным человеком. Это не было случайностью или разовой попыткой избавиться от неё. Сначала таверна, потом лес. Это была охота. И цель – именно она.

Я вспомнил, как тогда, у таверны, Астрид действовала так, будто ждала их. Она готовилась. Несмотря на это, всё пошло не по плану. И когда я вернулся… Она продолжала бороться даже тогда, когда всё говорило о том, что это конец.

Я закрыл глаза вспоминая. И вдруг в памяти всплыл момент, который тогда я пропустил. Тот ублюдок-эльф называл её «наследницей». Наследницей чего? Империи? Тайного ордена? Торговой лавки на углу улицы? Тяжёлый смешок рванулся из груди. Ладно, я прекрасно понимаю, что это, скорее всего, сказки. Очень хорошо подготовленные легенды, в которых не найти концов.

Я перебрал в голове всё, что знал: её сила, её реакции, её способность выживать там, где другие погибли бы за миг. Её явно готовили не для дворцовых балов.

Но к чему тогда?

Догадка, пронзившая голову, была так же абсурдна, как и логична: внебрачная дочь императора. До меня доходили слухи о путешествиях Фаэриуса по континенту и плодах этих путешествий. Астрид по силе вполне может превосходить его законных детей, и император как мудрый стратег готовит именно её на своё место. Вполне возможно, что об этом кто-то узнал и решил заранее от неё избавиться. В этом случае наёмники вопросов не вызывают. Как и то, что она всё же человек, наполовину точно.

Но зачем тогда её похищать? В лесу главарь велел взять её живой, а не убивать.

Её спрятали, это очевидно. Но теперь, кем бы она ни называла себя, её имя известно тем, кто за ней охотится. И меня это беспокоило куда больше, чем хотелось бы. Я уткнулся взглядом в потолок, но перед глазами стояли не серые балки.

Перед глазами стояла она – резкая, несговорчивая, упрямая до безумия. Та, что доводит до бешенства одним взглядом. Та, из-за которой я снова чувствовал.

Проклятье!

Я столько лет жил без этого – без вспышек, без привязанностей, без дурацких надежд. Считал, что сердце давно заледенело, что чувства умерли вместе с надеждой быть с той, с кем меня связала судьба. Но Астрид ломала этот лёд. Выжигала его, будто огнём, своим упрямством, дерзостью, несносным характером, насмешками, привычкой лезть в самое пекло.

Что это: награда за годы одиночества или проклятье? И какая, в сущности, разница? Я сжал одеяло в кулаке, прикрыв глаза.

Астрид, кем бы ты ни была, в чём бы ты ни оказалась замешана, я разберусь в этом.

Я разберусь в тебе. И не отступлю.

Астрид Веленская

Сон настолько не шёл, что я даже не пыталась заснуть. Стоило мне закрыть глаза, как перед внутренним взором тут же вспыхивало оно.

Она.

Драная хвостатая тварь, которая льнула к Риансу, точно липкая грязь. В памяти