Путешествие цветка. Книга 1 - Го Го

Го Го

Путешествие цветка

花千骨 上果果

THE JOURNEY OF THE FLOWER. VOLUME 1

GUO GUO

This edition is published by AST Publishers LTD arrangement with China South Booky Culture Media Co.,LTD through Tianjin Mengchen Cultural Communication Group Co.

Copyright © Guo Guo

Cover, endpaper and inner illustrations

© China South Booky Culture Media Co., LTD

© Волокитина М. С., перевод на русский язык, 2026

* * *

Часть 1

Глава 1. Утопленница преграждает путь

На небе не то что луны, даже звезд не разглядеть. Кромешная тьма, как в огромной пещере, царила повсюду. Мир словно перевернулся: уже не различить было, где небо, а где земля. Казалось, одно неловкое движение – и сорвешься в пропасть.

– Амитабха[1], защити! Амитабха, защити…

Девочка лет двенадцати-тринадцати торопливо шла по дороге в полном одиночестве и бормотала себе под нос. В левой руке она держала фонарь из промасленной кожи, а в правой – буддийские четки, и скорее даже не шла, а бежала, поскольку жуткие твари преследовали ее, и лишь четки не подпускали их ближе. Вокруг – непроглядная тьма, видно один только фонарь, который колыхался на ветру подобно яркому блуждающему огню. В воздухе повисла странная тишина: не было слышно ни журчания воды, ни жужжания насекомых, ни щебетания птиц.

«Еще немного, и доберусь до деревни. Как только окажусь там, все будет хорошо», – продолжала твердить себе малышка, а по ее бледному лицу стекал холодный пот. Она высвободила правую руку и еще сильнее укуталась в наброшенную на плечи накидку, сшитую из восьми шкур черных собак[2], пытаясь как можно лучше скрыть свой аромат.

Однако, добравшись до каменного моста у окраины деревни, девочка остолбенела. Прямо там, напротив нее, стояла женщина с бумажным зонтом, на котором алели ослепительные цветы персика. Зонт был так сильно опущен, что не позволял разглядеть скрывавшееся под ним лицо незнакомки.

Девочка от испуга застыла как вкопанная, ноги ее задрожали. Она подумала: «Плохо дело! Наткнулась на злого духа».

– Амитабха, защити…

Продолжая шептать, она чуть отступила, решив пойти по другой стороне моста, и опустила голову, притворившись, будто не увидела женщину. Однако вскоре вновь обнаружила ее перед собой. Расшитые узорами туфельки незнакомки покрывала грязь, а у ее ног образовалась лужица с зелеными водорослями.

В этот момент изначально теплый желтый свет фонаря странным образом превратился в ядовито-синий, а затем в темно-красный, будто кровью окрасился. Воздух наполнился резким противным запахом крови и речной воды.

«Амитабха…» – Скрепя сердце, девочка шагнула вперед, сжав в руках четки. Тогда женщина-дух отступила на два шага. Малышка сделала еще два шага – незнакомка вновь отступила назад. Так девочка дошла почти до самого конца моста – она по-прежнему не поднимала головы, пока не услышала зловещий хохот, пробирающий до костей.

Бах! Дух утопленницы вдруг лопнул прямо у нее на глазах. Тело ее разлетелось на множество кусочков, а вся земля покрылась кровью и личинками.

Девочка так перепугалась, что чуть не выронила из рук четки и фонарь. Ее ноги тряслись, словно сито во время просеивания муки. Однако даже сквозь страх она заметила, как что-то круглое выкатилось из-под зонта. Оказалось, это была голова той женщины. Все тело девочки разом будто льдом сковало так, что она не в силах была пошевелиться. Внутренний голос непрестанно кричал ей: «Беги! Скорей!» Но малышка и полшага сделать не могла.

Волосы на голове духа, словно живые, в безумии кружились в воздухе, унося за собой голову то вправо, то влево. Голова ударялась о перила моста и отскакивала обратно, в итоге упав к ногам девочки. Та от страха едва не осела на землю.

К счастью, все неожиданно затихло, а воздух будто стал плотным. Но не успела девочка отдышаться, как голова вдруг резко повернулась к ней. Только теперь малышка смогла разглядеть лицо утопленницы. Две огромные черные дыры: один глаз пропал непонятно куда, а половина второго свисала из глазницы, качаясь из стороны в сторону. Бесформенные, покрытые волдырями губы подрагивали, вероятно желая что-то сказать, но издавали лишь звуки, подобные плачу младенца.

Девочка заткнула уши и, сдерживая рвотный позыв, бросилась бежать, но почувствовала, как что-то схватило ее за ногу. Эта была половина почти разложившейся до кости руки, покрытой гнилой плотью. Оцепенев от страха, девочка не успела увернуться, и голова, воспользовавшись ее промедлением, вновь отскочила и вцепилась зубами в ее ногу. За острой болью последовал пронизывающий до костей холод, вмиг распространившийся по всему телу.

В порыве отчаяния малышка, размахивая четками, ударила рукой по голове злого духа – и услышала звук, похожий на шипение сырого мяса, брошенного на раскаленное железо. Только тогда голова ослабила хватку и упала.

Девочка стремительно спрыгнула с моста, но с удивлением обнаружила, что рука по-прежнему держит ее за ногу, а голова скачет по мосту, стучит зубами и кричит ей вслед печально-пугающим голосом, не в силах отправиться в погоню: «Рука! Рука! Рука!» Говорят, души людей, трагически погибших на воде, навсегда остаются запертыми рядом с ней.

Малышка с силой оторвала остатки руки со своей ноги, с размаху бросила их обратно на мост, потом развернулась и что есть мочи побежала прочь. В ее перепуганном лице не было ни кровинки.

В это время в деревне все уже спали. Не было слышно даже крика петухов и лая собак – такая стояла тишина. Девочка неистово стучала в двери лечебницы, но все жители деревни будто заснули мертвым сном: никто не отозвался и ни в одном окне не загорелся свет. Она долгое время изо всех сил колотила в двери, пока в доме наконец не началось движение.

– Кто там?..

– Лекарь Чжан! Лекарь Чжан! Это я, Сяо-Гу![3] Спасите моего отца, он умирает! – сгорая от беспокойства, во весь голос закричала девочка.

– А-а, Сяо-Гу… Не волнуйся. Сейчас, только оденусь. Я быстро.

Вскоре из дома вышел седовласый старик с лекарским ящичком в руках и поспешил следом за ней.

– Ты почему ночью одна ходишь? Не столкнулась ни с чем?

– Только что на мосту… Но что поделать? Отец внезапно тяжело заболел! – Сяо-Гу крепко ухватилась за полы одежд лекаря Чжана. Спрятавшись за его спиной,