Люк Скалл - Грозный отряд Страница 89

Саша расстроилась, но не подала вида. Джерек оказался не столь сдержанным.

— Эта черрртова штуковина меня уже достала, — проворчал он. — Убери ее. А еще лучше — используй, чтобы побрить подбородок. Ты выглядишь как придурок.

Несмотря на всю свою неприязнь к Волку, Саша была вынуждена согласиться с ним.

— В лагере ополченцев будет полным-полно народа, — сказала она. — Некоторые из них могут тебя узнать. Тебе следует избавиться от бороды. И подстричь волосы. Я помогу.

Коул, похоже, собирался возразить, но заговорила Брианна:

— Да, новая внешность. Более суровый вид. Как подобает человеку действия, — добавила она с легкой улыбкой.

Она попала в самую точку. Коул принял задумчивый вид и затем кивнул.

— Ты должен избегать всяких подозрений, пока не окажешься в городе, — продолжила Брианна. — Об остальном позаботится наше доверенное лицо.

Саша хотела послать весточку Гарретту и остальным Осколкам, но Брианна настаивала на том, чтобы их посланник провел в Сонливии как можно меньше времени. Белая Госпожа раскрыла свои карты, когда ее агенты пытались убить Салазара в прошлый раз, и тиран будет начеку в отношении странных бледных женщин. Если посланника каким-то образом схватят, то их заговор, ставящий целью убийство лорда-мага, потерпит неудачу.

Саше пришла в голову мысль.

— А где Айзек? — спросила она.

С тех пор как «Ласка» спасла их от преследования солдат, слуга держался в высшей степени неприметно. Коул отчего-то сразу его невзлюбил.

— Здесь, — донесся приглушенный голос слуги. Притаившись за штабелем ящиков, он яростно строчил что-то на куске пергамента. — Я просто кое-что сочинял. Оду героям, можно сказать.

Саша нахмурилась.

— Это — лютня?

Айзек опустил взгляд на маленький деревянный инструмент, лежавший рядом.

— Ну конечно. Просто не верится, что она пережила наши приключения.

Брианна, похоже, была поражена.

— Лютня — один из любимейших инструментов моей госпожи. Ты хорошо на ней играешь?

— Довольно сносно, — скромно ответил слуга. — Мне еще многому нужно учиться.

Бродар Кейн покачал головой и грустно улыбнулся.

— Зная юного Айзека, я полагаю, это значит: он может сыграть так, что заставит рыдать камни. А есть ли что-нибудь такое, чего ты не умеешь делать, парень?

Слуга пожал плечами, и на лице его отразилась задумчивость.

— Я стараюсь узнать понемногу обо всем. Тем не менее есть еще очень много всего, в чем я не смыслю.

— Такова жизнь, — глубокомысленно заметил старый варвар. — Ты, Айзек, полезный человек, чтобы путешествовать вместе. И не однажды спасал наши шкуры.

Джерек кивнул.

— Да, — подтвердил он. — Ты все делал как надо.

«От такого психа, как он, — подумала Саша, — вряд ли можно ожидать более высокой похвалы».

Коула, казалось, все это сильно обеспокоило.

— Да, и у нас были свои приключения, не так ли, Трехпалый?

Бывший заключенный пожал плечами:

— Конечно. Если ты считаешь приключениями то, что нас бросали из одной дерьмовой дыры в другую и к тому же мы чуть не утонули.

— А как насчет грандиозного побега? Помнишь, как я спас Соумана?

— Да, но он все равно умер. Тот летающий Манипулятор всадил стрелу в его костлявую голову.

— И я заставил его заплатить за это, — сурово ответил Коул.

— Да это я с ним покончил.

Лицо Коула помрачнело.

— А сколько стражников тыубил? Давай посмотрим. — Он поднял руку и начал считать на пальцах. — Один. Два. Все? Забавно, не могу больше припомнить. А на лодке, которую я уничтожил, была по крайней мере дюжина…

— Я уверена, что твои героические действия заслуживают долгих рассказов, — вежливо встряла Брианна. — Но твой величайший подвиг — еще впереди. Мы отплываем на закате.

— А не провести ли нам несколько часов на берегу? — предложил Айзек. — Эти места некогда были родиной Исчезнувших. Думаю, рядом еще есть развалины. Я был бы рад изучить их.

— Я бы не отказалась отдохнуть от корабля, — добавила Саша с надеждой. Они приставали к берегу только раз за последнюю неделю. Брианна хотела, чтобы они были готовы к бегству в любое мгновение.

Чародейка нахмурилась.

— Полагаю, беды от этого не будет. Капитан, мы встанем на якорь на вторую половину дня. — Бледная женщина у руля подняла руку в знак подтверждения и направила судно к берегу.

Бродар Кейн согнул ноги.

— Не помешало бы размяться, — сказал он. — Вернуть жизнь в эти конечности. — Он повернулся к Айзеку. — Я бы хотел послушать песню, над которой ты работаешь, когда она будет закончена.

Слуга улыбнулся и кивнул. Коул рядом нахмурился. Саша разделяла его раздражение, хотя по совершенно другим причинам. Она вытерла потные ладони о штаны и потерла нос. Чернота подступала, скребясь когтями у границ сознания, но она не впустит ее.

Заметив, что Трехпалый снова пялится, она ответила ему сердитым взглядом. Облизнув губы, тот отвернулся, но девушка никак не могла унять дрожь, пробежавшую по всему телу.

Эта территория, лежащая к северу от Телассы, была незаселенной и поразительно бесплодной. Формально она находилась во владении Города Башен, но здесь никто не селился из-за низкого качества почвы и близости древних развалин Исчезнувших.

Солнце стояло в небе красным кругом, заливая их огненным сиянием, жарким не по сезону. Саша закончила остригать Коула и теперь смотрела на его лежащие в траве темно-русые волосы. Он сидел на бочке, с волнением уставившись вперед, словно ожидая, что Саша вот-вот вскроет ему череп. Ее так и подмывало сделать это, но самообладание взяло верх.

— Готово, — сказала Саша, сдувая последние несколько прядей с лезвия, которое держала в руке. Спрыгнув с бочки, Коул повернулся к ней с озабоченным выражением на лице. — Ты выглядишь лучше, — отметила она, удивляясь, что действительно так думала.

Коул провел рукой по остриженной голове. Вытащив из-за пояса Проклятие Мага, он любовался своим отражением в безупречной стали.

— Хорошая работа, Саша, — сказал он с усмешкой. — Интересно, Гарретт и остальные меня узнают?

Сложив руки на груди, она устремила на него суровый взгляд.

— Тебе повезет, если он вообще возьмет тебя назад, — сказала она. — Ты причинил ему боль, Коул. Он любит тебя как сына. И делал только то, что считал наилучшим для тебя.

Улыбка Коула померкла. Он уставился в землю.

— Знаю. Я собирался извиниться. Может… может, я был неправ.

У Саши отвисла челюсть. Зная Коула с самого детства, она по пальцам могла пересчитать, сколько раз он говорил такие слова, и у нее с избытком хватило бы одной руки.