Андрэ Нортон - Торговцы во времени (авторский сборник) Страница 83

Тут не было яркости наружной мозаики. Цвета мягкие, тусклые, фиолетовый, зеленый, тускло-розовый, желтый...

— ...сорок восемь, сорок девять, пятьдесят! По меньшей мере пятьдесят дверей вдоль рампы. — Росс говорил негромко, но к ним донеслось причудливое эхо его шепота. — С какой начнем? — Он заговорил громче, бросая вызов этой неподвижности и этому эху.

Эш отошел от них, пересек зал, протянул руки к нише. Они торопливо пошли за ним и увидели, что он держит в руках статуэтку, вырезанную из тускло-фиолетового камня. Как и синие летуны, статуэтка чем-то поразительно напоминала знакомые живые существа и в то же время была абсолютно чуждой.

— Человек? — спросил Росс. — Животное?

— Тотем? Бог? — добавил Тревис из своего запаса знаний и опыта.

— Все вместе или ничего из этого, — заключил Эш. — Но это произведение искусства.

Это поняли все, хотя изображение удивило их. Существо стояло на двух тонких задних конечностях, которые заканчивались узкими, широко расставленными пальцами с когтями. Тело, стройное, с тонкой талией и хорошо развитыми плечами, близко к человеческому по общим очертаниям, две руки протянуты так, словно существо собирается прыгнуть в пространство. Но после такого прыжка у него больше шансов остаться живым, чем у тех, кто его рассматривает, передавая из рук в руки. От рук отходят кожистые крылья, они прикреплены к бокам, примерно так же, как у земных летучих мышей.

Голова менее всего похожа на человеческую, на взгляд агентов во времени она уродлива. Резко заостренные уши, слишком большие, особенно по сравнению с узким маленьким лицом. Глаза глубоко посажены, над ними нависают мощные костные бугры, нос — просто вертикальный разрез над ртом, под ним остатки губ расходятся и обнажают мощные клыки.

На ощупь фиолетовый камень казался гладким и прохладным, и, когда Тревис подставил его под луч, падавший с купола, статуэтка засверкала, словно драгоценная. Тщательная подробная разработка фигурки противоречила абстрактности мозаики на внешних стенах и больше походила на резьбу купола и двери.

Росс провел пальцем внутри ниши, где стояла статуэтка. Пыль посыпалась на пол. Сколько времени никто не трогал это крылатое изображение?

Эш нес статуэтку. Они не стали подниматься по рампе, а свернули в первую же открытую дверь на уровне поверхности. За дверью оказалось пустое помещение, свет в него падал сквозь высокие прорези в стенах. Пошли дальше. Еще множество пустых помещений, ни следа тех, кто здесь жил — конечно, если это жилое, а не общественное здание. Как будто жильцы, уходя, очистили его, забыв только маленькую статуэтку в зале.

Выйдя из последней пустой комнаты. Росс вздохнул и прислонился к стене.

— Не знаю, как вы, — провозгласил он, — но я достаточно наглотался пыли. Да и завтрак был давно. Перерыв на кофе — если бы у нас был кофе — очень вовремя.

Кофе у них не было, но они прихватили с собой с корабля контейнеры с пеной. И вот, сидя рядом, на рампе, они по очереди отпивали пены и заедали «хлебными» лепешками.

— Хорошо бы раздобыть свежей пищи, — задумчиво сказал Тревис. Однообразная диета из корабельных запасов насыщала, но не доставляла удовольствия. Тревис представил себе шипящий бифштекс и все, что обычно ели на ранчо.

— Может, какое-нибудь копытное — там. — Руки Росса были заняты, и потому он подбородком указал на путаницу зелени, видную с рампы. — Можно поохотиться...

— Можно? — Тревис оживленно повернулся к Эшу.

Но старшего агента это предложение не обрадовало.

— Я не стал бы убивать, пока не уверен, кого убиваю.

Сначала Тревис не понял, потом до него дошло значение этого неопределенного заявления. Откуда им знать, что их добыча — не разумна! Здешний эквивалент человека? Но все равно ему хочется бифштекс, это желание грызет его.

— Двигаемся дальше? — Росс встал. — Тут работы на целый день. Но я сказал бы, что шкаф очистили.

— Может быть. — Эш потрогал статуэтку. — Можно быстро осмотреть первый этаж большого красного здания к северу.

Они сквозь густые заросли кустов, травы, деревьев и лиан пробились к красному зданию монолитической архитектуры. Здесь они снова увидели открытую дверь, на этот раз узкую, как оконные прорези, словно препятствующую всякому входу.

— Я бы сказал, что парень, который здесь жил, не любил соседей, — заметил Росс. — Из этого здания получилась бы отличная крепость. А тот купол слишком открыт.

— Разные народы... — Тревис немного опередил остальных, задержавшись на мгновение, прежде чем шагнуть через порог. И сразу застыл.

— Тревога! — Бластер его уже готов был к стрельбе.

Перед ним просторный зал, как и в здании под куполом. Но если тот был чистый и пустой, то здесь совсем по-другому.

Зал разрезало на части множество перегородок высотой в шесть-семь футов, они образовывали помещения странной причудливой формы, и из одного помещения невозможно заглянуть в другие. Но не это остановило Тревиса, а запах.

Чем-то похожий на зловоние ночного существа. Запах логова, которым пользуются очень долго. Запах разложения, чуждой плоти, запах увядшей и гниющей растительности, отбросов. Что-то использует это место для жилья.

Торопливость чуждого охотника выдала его. Из тени донесся низкий горловой хрип, как урчание кота, застигшего ничего не подозревающую добычу.

Тревис развернулся. На верху одной из перегородок он увидел согнутую фигуру и понял, что она готова броситься на него. И нажал на спуск бластера.

Нападающий был захвачен в воздухе. Ужасный вопль гнева и боли отразился от множества стен. Лапа с мощными когтями коснулась тела Тревиса ниже талии, и он отлетел в глубь, в темноту. И в этот момент появившиеся Росс и Эш направили свои бластеры на прыгающее рычащее существо, которое готово было снова прыгнуть на Тревиса.

Существо обладало поразительной жизненной силой. Только когда на нем скрестились лучи всех трех бластеров, оно затихло. Тревис потрясенно поднялся. Он знал, что если бы не это предупреждение за доли секунды, он был бы мертв — или так искалечен, что молил бы о смерти.

Он захромал к выходу, нога онемела от сильного удара. Но под рукой ткань костюма оказалась целой, и как будто бы он не ранен.

— Оно добралось до тебя? — Эш отвел его руки, чтобы взглянуть на тело. Тревис, все еще потрясенный, поморщился при прикосновении пальцев Эша.

— Только синяк. Что это?

Росс осторожно осматривал останки.

— После наших бластеров можно только гадать. Но это внезапная смерть на шести лапах — без преувеличения.

И правда, бластеры оставили мало материала для исследования. Существо шестилапое, мохнатое, это хищник, примерно восьми футов в длину, с пропорционального размера когтями и клыками.