Том Арден - Король и Королева Мечей Страница 82

С воспоминаниями вернулось и желание.

— Это тебе не девочка у Чоки.

— Ты о чем, Пелл?

— Знаешь, Нова, — негромко проговорил Пелл, — девушки из высшего общества совсем другие, и обращаться с ними надо не так, как с девицами из заведения Чоки. Чоки оказывает нам удивительные услуги, и хвала ему за это, но у него не научишься тому, как обращаться со светскими девицами. Я просто решил, что нужно сказать тебе об этом, Нова. Чтобы ты не перепутал.

— Пелл! Ты думаешь, я совсем дурак! — возмутился Джем.

— Я просто думаю, что ты распетушился.

Пелл рассмеялся и хлопнул Джема по бедру. Джем тоже рассмеялся.

— Это опасно, когда так холодно. — И с удивительным для толстяка изяществом Пелл скользнул на лед. — Давай еще круг, — предложил он. — А потом будет ваганское представление.

— Ваганское представление?

— А я тебе не сказал? Это у госпожи Чем давняя традиция. Она всегда приглашает «Серебряных масок», специально для гостей.

С этими словами Пелл укатил на середину катка. Джем бросился за ним. На коньки он встал недавно и поэтому догнал друга не сразу. Однако стоило отдать ему должное — он делал в катании большие успехи. Ему так нравилось это ощущение легкости скольжения, этой скорости бега! Вспоминая о прежней своей жизни — жизни калеки, — Джем громко смеялся. Он с радостью предавался танцу на льду, и этот танец казался ему куда более изящным, чем те, что танцевали на балах во дворце Короса.

Кружился, кружился замороженный мир — дом Чем-Черингов, дома по соседству — массивные, величественные здесь, у подножия острова. Новый Город изящно поднимался вверх от набережной Риэля. Слева виднелся старый мост, за ним — дома, дома, дома, на юге красовалась легкая арка моста Регента, обозначавшая границу между роскошными кварталами и доками.

Вращаясь на коньках, Джем видел это все сразу, и в ясном морозном воздухе все виделось так ярко... Но Джем видел не только это — он видел свою хорошенькую кузину, которая вращалась по другой орбите и все время оставалась недоступной.

О Джели, Джели!

Неужели она на самом деле влюблена во Фредди Чейна?

Принц поймал ее за руку, они едва не оступились, рассмеялись. Вот она вырвалась и устремилась вперед — пушистая комета, такая быстрая... Принц мог бы догнать ее, но тут появилась дерзкая мисс Бишли и ухватила его под руку. На стеклянной террасе прозвонил колокольчик.

«Дети, — как бы сказал его звон, — пора домой!»

Но вертится и носится по катку серебристая комета, и Джем не может оторвать глаз от нее.

О Джели...

— Пора, Нова! — кричит появившийся рядом с Джемом Пелл.

— Она исчезла!

— Гм?

Джем отталкивает Пелла, тот шлепается на лед, а Джем несется прочь, к арке моста Регента.

— Она убежала слишком далеко! — кричит Джем, обернувшись через плечо. — Это опасно!

Пелл только вздыхает и потирает спину. Братья Вентурон помогают ему подняться на ноги.

— А мне что-то не кажется, что мисс Венс грозит беда. Как по-вашему, Ульгар?

— Меня зовут Радди.

— То есть?

— Я не Ульгар.

— Прошу прощения. Никак не научусь вас различать. Наверное, это непросто — иметь брата-близнеца.

Пелл осматривается. Солнце садится. Он прикрывает глаза. Вскоре река из серебристой станет золотой, вспыхнет червонным золотом. Разведя острия коньков в стороны, он замирает и смотрит в сторону моста Регента, затем взгляд его скользит вдоль дамбы, где снуют повозки и экипажи, где стоят деревья с облетевшими листьями. Другие конькобежцы уже послушно взбираются вверх по извилистой лестнице. Поблескивают лезвия коньков, которые молодые люди держат в руках, затянутых в теплые перчатки.

— Пойдем, Пелл! — окликает кто-то Пеллема, но тот не поворачивает головы.

Его вдруг охватывает безмолвие, нежданное одиночество. Налетает со стороны залива порыв холодного ветра, ветер свистит под мостом, и от его свиста становится тревожно. «Я не тот, каким кажусь», — думает Пелл, и эта мысль его пугает. Что это может значить? Он прекрасно отдает себе отчет в том, что со времени гибели сестры всего лишь плывет по течению жизни. Но не раньше ли это с ним началось? И если раньше, то когда именно?

Конечно же, тогда, когда он нашел своего повелителя. Пелл называл этого аристократа «Эмпи», мог за глаза подшучивать над ним, но с самого начала его покровитель внушал ему тревогу.

Вот как это началось. Пелл с опаской заглянул в подернутые дымкой глаза. Эмпи — Эмпстер медленно отвел в сторону трубку, медленно выдохнул дым. «Я знаю тебя, Пеллем Пеллигрю. Приди ко мне, и твоя робость растает, как снег. Приди ко мне, и твое неуклюжее тело обретет изящество и легкость. Приди ко мне, и ты познаешь любовь женщин. Ты только должен служить мне, Пеллигрю, больше от тебя ничего не требуется».

Но кому он стал служить? Чему — Добру или Злу? Для большинства людей Эмпстер был верным престолу вельможей, вполне надежным и основательным представителем определенного социального круга. Но для более проницательных людей он был и кое-кем еще. Кое-кем еще. Нова это тоже заметил. Пелл это понял. Но если Нова мог говорить об этом, то Пелл не мог. Что-то мешало ему — словно какая-то пелена сразу окутывала персону лорда Эмпстера.

И потом, кто такой этот Нова?

«Приезжает мой юный протеже, Пеллигрю. Ты позаботишься о нем. Можешь считать себя, если хочешь, в некотором роде мужчиной-дуэньей. (Помнится, тогда Пелл рассмеялся) Но имей в виду: мой протеже никогда не будет считать тебя таковым. Ты его друг, Пеллигрю, его верный друг».

Его верный друг... но ведь это так и было! Пелл вдруг поежился от холода и более пристально вгляделся в поднимающуюся ото льда дымку.

— Нова! — прокричал он и был уже готов броситься вслед за другом.

Но этого не потребовалось. Из дымки, раскрывшейся, словно занавес, вынырнули две фигуры. Рука в руке, они стремительно пролетели под аркой моста. Садящееся солнце позолотило их, и они стали похожими на богов. Пелл почему-то испугался — так испугался, что неизвестно почему вдруг снова шлепнулся на лед.

— Еще раз — и лед треснет, Пелл, — рассмеялся Джем, пробегая мимо.

Глаза его победно сверкали. Девица Венс тоже рассмеялась — звонко, по-девичьи.

Пеллу стало обидно.

— Можно ли мне будет навестить вас? — донесся до него голос друга, который помогал юной леди взойти на причал.

Пелл остался один-одинешенек на катке. Начало смеркаться. С дамбы доносился скрип колес. А совсем близко вдруг послышался птичий посвист. Давным-давно Пелл не слышал голоска этой птички.

Ти-вить! Ти-вить!