Олаф Бьорн Локнит - Конан и повелитель молний Страница 82

– Не будь скрягой, – Лорна снисходительно потрепала пегую шевелюру приятеля и мимолетно чмокнула его в щеку.

Поскольку никто не успел собраться с мыслями и назвать желаемую песню, Ши воспбльзовался моментом, нерешительно заявив:

– «Балладу о Повелителе Молний»!

Обычно такая просьба оставалась без ответа.

Аластор утверждал, что сложенная кем-то из знаменитостей Шадизара (возможно даже самим легендарным Фрельо Повелителем Молний, успешно совмещавшим в течение десятка лет ремесло вора и менестреля, в тюрьме, за день до казни) «Баллада» чересчур длинна, перегружена излишней патетикой и грозит оставить исполнителя калекой, ибо ее аккорды рассчитаны на пальцы, способные гнуться в пяти или шести суставах.

Сегодня Аластор смутно улыбнулся, размашисто кивнул и запел, наполнив таверну до самых дальних уголков звуками чистого, высокого голоса:

…Когда с товарищами я ходил в ночной налет,Когда живыми выходили мы из битвы,Когда в карманах пела медь и отдалялся эшафот,Лишь ей одной я посвящал свои молитвы.Но раз усатый господин меня застиг впотьмах,И мы схватились с ним у старого собора,Я только раз взглянул наверх,но это был неверный шаг,Я вдруг упал и услыхал: «Держите вора!»

Она ловила лунный свет,Она была изменчива,Несущая мне сотни бедХимера бессердечная…

Кэрли уронила голову на стол и тихонечко заплакала. Лорна быстро отвернулась и тоже украдкой шмыгнула носом, выругав себя – расчувствовалась, дура старая…

Ее внимание привлекло слабое движение наверху. Вглядевшись, она увидела Ферузу – туранка, закутавшаяся в пестрое покрывало, сидела на ступеньках лестницы и внимательно слушала, зная, что каждая из песен нынешней ночи обращена к ней и только к ней.

«Ящерица! – озабоченно подумала Лорна, вдруг вспомнив о спрятанном на леднике окоченелом трупике Райгарховой любимицы. – Он ведь завтра непременно примется ее разыскивать! Без скандала точно не обойдется! О боги, что за жизнь!..»