Ольга Болдырева - Без души Страница 79

Ещё до того, как тело наёмницы завершило падение на заботливо распахнувшую свои объятья землю, Девеан отпустил сознание Далика, освобождая мужчину от невидимых пут и возвращая ему волю. Тот сглотнул, обведя бессмысленным взглядом поляну.

Безжизненные тела мага и наёмницы, пепельная трава там, где совсем недавно лежала Ларин — правильный треугольник доказательства величия Бездны, перемешавшаяся кровь, улыбающийся Девеан и неправдоподобно — спокойная Ирэн. Девочка уже убрала руки от лица. Она смотрела. Так, будто пыталась запечатлеть в памяти каждую частичку окружающей её действительности. И на секунду в её синих глазах мелькнуло отражение моего безумия.

Далик опустился на колени, вглядываясь в застывшие лица друзей.

— Как ощущение? — спросил, подходя к нему. — Нравится?

Я опустился рядом с мужчиной на корточки и попытался изобразить вежливый интерес. Он сглотнул и перевёл на меня взгляд, встретившись с холодом Бездны, вздрогнул.

— Почему? — с трудом выдавил он.

Покачал головой. Сколько раз я продумывал ответ на этот вопрос, проигрывая разные варианты обстановок и условий, при которых услышу эти слова. Длинные пафосные речи, обвинения, вкрадчивый шепот, рассказывающий о прошлом…

Нет.

— Просто так, — я пожал плечами, поднимаясь на ноги. — Знаешь, Далик, с моей стороны было бы слишком гуманно отпустить тебя сейчас. Но я это сделаю. Только для того, чтобы дать тебе время добраться до родового поместья. Если я не ошибаюсь, отсюда примерно недели две, да? Советую поспешить… Как раз успеешь к концу представления. Ты ведь любишь свою семью.

Мужчина вздрогнул, мертвый взгляд обрел подобие осмысленности. Ведь у него ещё оставалось, что терять. Несколько секунд Далик тяжело дышал, пытаясь понять смысл этих слов. Потом вцепился мне в ногу.

— Не трогай их! Убей меня сразу!

Какая затёртая, знакомая фраза. Самопожертвование, это так глупо.

— Обязательно, но как‑нибудь позже, — высвободив штанину из его пальцев, и стерев тёмные отметины с ослепительно белой ткани, я заботливо похлопал Далика по плечу.

— Приберись тут, Девеан. Надеюсь, ты сможешь понять, где меня найти.

После чего переместился прочь с поляны.

Игра продолжалась, но для начала необходимо было переставить фигуры на доске.

Когда‑то:

— Далик! Будь ты проклят! Слышишь?

Ворвался на заседание старшего совета, чуть не вышибив двери. Скорость и запрещённые знания решили все. Я приставил к горлу короля простой нож с деревянной рукоятью — такой найдёте в любом деревенском доме.

Далик часто задышал, стараясь отодвинуться от плохо заточенного лезвия. Знал, что если потребуется, я вцеплюсь ему в глотку зубами, но живым не отпущу. Но смотрел он совершенно непонимающе, словно пытаясь вспомнить, кто я такой. Не менее ошарашенные гвардейцы взяли меня в плотное кольцо. Однако упирающийся прямо в шею короля нож мешал им скрутить меня на месте.

— Скажи, Далик, что я тебе сделал? За что ты так со мной? Просто скажи, за что?

Казалось, что я наблюдаю за происходящим со стороны. Худой грязный мужчина с безумными вытаращенными глазами, и мой бывший друг, одетый с иголочки.

Не выдержав, я расхохотался.

— Тебе не хватило, что ты лишил меня всего, изгнав? Тебе не хватило, что ты обобрал меня до нитки? Тебе не хватило, что я подыхаю, как последняя псина, не имея права даже на лекарственные импульсы? Решил забрать у меня последнее? Забрал… ну что, рад?

— Серег? — казалось, что Далик опомнился только сейчас… — что ты здесь делаешь?

— Пытаюсь понять, что с тобой случилось. Где мой друг? Куда ты его дел? Кто ты? — окончательно отчаявшись, я вцепился в короля, начав его трясти, словно надеялся, что из‑за пазухи подделки выпадет настоящий Далик.

Гвардейцы, не растерявшись, отволокли меня на расстояние от венценосной особы.

— Ты убил её! — истошно завопил я, забившись в крепких руках. — Почему?

На лице всех присутствующих проступило такое удивление, будто я сказал, что являюсь темным мастером.

— Вы обвиняете его величество в убийстве? — осторожно спросил маленький полный человечек с лентой министра через плечо.

— Да, он убил мою дочь. Только он! — снова закричал я. — Больше некому! Ты предатель, убийца!

Даже гвардейцы в испуге от меня отпрянули. Неужели они согласятся выслушать? Не мог поверить в это счастье. Наконец‑то справедливость восторжествует, как тогда, когда я убил мастера. Мысли захлестывали — они были громоздкими, словно не моими. Я оправил грязный плащ и оглядел зал.

— Да, я лорд — спаситель Серег, заявляю, что король Далик первый — предатель.

Казалось, что мой голос слышно во всем дворце, что сейчас все услышат правду.

— Он изгнал меня из своих земель, чтобы вернуть мастера, а теперь убил мою дочь, дабы ускорить процесс… — нет! Об этом нельзя говорить! Молчи, Серег!

— Процесс? О чём вы? — также осторожно поинтересовались из‑за спины. Взгляд Далика стал подозрительным, он сощурил глаза, пристально вглядываясь в моё лицо.

— Серег, почему ты с иллюзией маски? — голос больше напоминал змеиное шипение. Мягкий, хрипловатый… у того Далика, которого я знал, не могло быть такого голоса. Значит, это не он! Друг никогда бы не предал меня.

Тем временем король, плавным движением создав импульс, обращающий чужие чары, нацелил его на меня.

— Ты не хочешь иллюзию снять?

Не знаю, что заклинило в моём больном мозгу, но простейший безобидный импульс я воспринял… не знаю. Но показалось мне в тот момент невесть что. Сила пробила барьер, который медленно истончался год за годом.

— Сдохни! — импульс остановки сердца помчался прямиком в короля.

На секунду показалось, что я уже вижу, как он падает на гранитные плиты зала, и как стекленеют его глаза. Вместе с этим исчезают все проблемы и печали. И сейчас все снова станет прекрасно…

Нет. Молодой гвардеец успел собой закрыть его величество. Ещё одна секунда, и мощным заклятьем меня отшвырнуло к противоположной стене, больно в неё впечатав.

— Снимите с него иллюзию!

Ещё один импульс и вот от меня отшатнулись, как от прокаженного. Хотя можно считать, что я таковым и являлся. Красный цвет — печать Зверя. Сжавшись в комочек и баюкая вывихнутое плечо, я растерянно смотрел, как появившееся в глазах присутствующих советников отвращение и непонимание быстро сменялось животным страхом. Только на лице Далика было написано торжество, смешанное с… сожалением? Впрочем, последнее мгновенно исчезло, не оставив ни следа.

— Что ж, теперь всё понятно. Итак, господа, мы можем видеть, что все обвинения этого человека, — брезгливый кивок в мою сторону, — были ложными. И как раз лорд Серег оказался на стороне мастера и безумной госпожи. Возможно, он сам убил свою дочь…