Валентин Егоров - Море и берег Страница 76

       Поморского шамана поместили в специально оборудованной лазаретом темнице, где находился под постоянным присмотром нескольких магов Серой Лиги Магов, которые накануне прибыли в лагерь повелителя по личному распоряжению Арцивиуса, мага магистра Лиги. Когда этим посланцам Лиги Серых Магов сообщили о пленении поморского шамана и о том, что им придется за ним присматривать. То десять магов мгновенно засмущались, засуетились и разбежались по выделенным им палаткам, чтобы в своих поклажах разыскать магические амулеты и артефакты, блокирующие действие черной магии. Они начали плести специальные и боевые заклинания, готовясь к несколько непривычной для себя работе.

       По рекомендациям и под непосредственным руководством и присмотром Ивонн Де ля Рунж для раненого шамана было срочно сооружено специальное помещение - бывшая темница, которой была несколько переделана в лазарет. Как только шаман оказался в лагере, то его тут же разместили в этой темнице-лазарете, где маги надзиратели принялись его сторожить, а маги целители - поддерживать физическое состояние его здоровья. Ивонн Де ля Рунж, выполнив работу по перевозке шамана, бессильно откинулась на подушки носилок и тут же потеряла сознание. Она отдала все магические силы до последней капли, поддерживая психический и магический контроль над сознанием этого черного колдуна.

       Помимо магов Серой Лиги Магов охрану темницы-лазарета шамана несли наиболее доверенные воины призрачной стражи. Эти охранники работали под таким огромным психологическим напряжением, что их приходилось менять каждые два часа.

       Ивонн Де ля Рунж на восстановлении физических и магических сил потребовалось целых три дня. Но и этого времени магине было мало для того, чтобы полностью восстановиться и снова стать здоровым человеком. Но к этому времени она сумела, по крайней мерей, подняться на ноги, с большим трудом передвигаться по палатке. Она каждое утро и день общалась с Эль-Нассаром, который в свою очередь ее навещал по мере возможности. Ивонн Де ля Рунж не упускала также возможности, даже находясь в таком ослабленном состоянии, пообщаться со своими собратьями по ремеслу - с магами, посланцами Серой Лиги Магов. Охотно с ними делилась своим пониманием и видением врага, передавала магам свой опыт участия в боях и столкновениях с войсками архонта Арбакаса. Ей очень понравились эти мальчишки от магии и с магическим даром, которые, по-детски раскрыв рты, внимали ее рассказам.

       В это же время Эль-Нассар занимался технической стороной подготовки допроса поморского шамана, но особенно не спешил с самим допросом, ожидая прибытия самого магистра Серой Лиги Магов Арцивиуса. Тем временем капитан Кимвелл развил большую активность привлечению и найму волонтеров и новобранцев в войско повелителя. Ручеек добровольцев пока еще был очень слабым и непостоянным, но он все же существовал, с каждым днем в лагере появлялись новые люди.

       Добровольцами и рекрутами в основном были деревенские парни, которым мало что светило по отцовскому наследству. Они были вторыми и третьими сыновьями в крестьянской семье, поэтому с охотой шли в солдаты. В солдатах этим парням раскрывались горизонты возможного самостоятельного обогащения и возможного возврата в родное село состоятельным человеком. Попадались и совсем молодые ребята из городов, но их было очень мало, городских парней мало привлекала возможность погибнуть во имя повелителя, военных приключений и авантюр.

       Но однажды в лагере появилась небольшая группа людей, их было всего девять человек, но их появление вызвало немалый интерес и ажиотаж у старослужащих, так как в лагерь вернулись выздоровевшие воины из числа ранее получивших ранение ветеранов призрачной стражи.

       Капитан Кимвелл переговорил с каждым из воинов, после чего всю группу повел в палатку к Эль-Нассару.

       Беседа с повелителем продолжалась до поздней ночи, на небосклоне уже появились звезды, а разговор все продолжался и никак не затихал. Вспоминались дни правления Эль-Нассара в султанате до нападения войск Арбакаса и первые месяцы борьбы с его войсками. То было время, когда эти парни получили свои первые ранения. Не раз добрым словом вспоминали капитана Борга и его преемника капитана Фенриха. Воины призрачной стражи открыто говорили о просчетах своего высшего командования, в результате которых султанат Гурам пал под мечом архонта, словно молодое дерево, срубленное под корень.

       Эль-Нассар слушал и соглашался с мнением своих бывалых воинов, по происшествие двух лет с того времени, былые ошибки его правления были особенно хорошо видны и различимы. Но его особенно поразило одно обстоятельство. Эти люди, перенесшие на своих плечах всю тяжесть бремени прошлых времен, получившие тяжелые ранения и только что вставшие на ноги после долгого лечения, с воодушевлением говорили о необходимости продолжения борьбы с Арбакасом, об изгнании войск архонта с территории султаната и о своем горячем желании принять участие в этой борьбе. Этим воинам призрачной стражи можно было безоговорочно верить, так как сейчас они говорили только то, что думали, а их сознание было открыто всему миру.

       Капитан Кимвелл и воины призрачной стражи покинули палатку своего повелителя, когда рассвет позолотил верхушки деревьев. Всем девятерым воинам призрачной стражи Эль-Нассар присвоил звание младших лейтенантов и сделал их командирами рот. Воины были счастливы, они поговорили с командующим и получили назначения, о которых в свое время могли только мечтать, и были готовы в любую минуту приступить к исполнению новых служебных обязанностей.

       Утром третьего дня в лагерь прибыл магистр Серой Лиги Магов Арцивиус. Он прибыл один, без охраны или какого-либо сопровождения.

       Позже, как рассказывали караульные, магистр Арцивиус появился совершенно неожиданно у ворот лагеря. Только что перед караульными не было ни единого человека, а мгновением спустя перед ними уже находился пожилой человек, по одежде и обуви которого можно было судить, что этот человек прошагал немало километров по дорогам. На нем был широкий и сильно запыленный плащ, полностью скрывающий его фигуру, и обут он был в легкие сафьяновые сапоги, покрытые дорожной пылью и грязью. Этот человек имел осанистую и властную фигуру, а в руках у него был массивный посох с белоголовым орланом на желтоватом древке.

       Этот человек, не произнося ни единого слова, мрачно посмотрел в глаза стражам и те, словно под гипнозом, хотя на каждый из них имел антимагическую цепочку на голове. Через сторожевую калитку в воротах лагеря караульные провели незнакомца на территорию лагеря, даже не проинформировав об этом свое непосредственное начальство.