Валентин Егоров - РАБСТВО Страница 69

       Сейчас место министра сельского хозяйства султаната занимает один напыщенный индюк из придворных, который ни черта не понимал в этом вопросе, а своими пустыми рассуждениями о государственных дотациях сумел настроить все крестьянство против Повелителя султаната. В годы правления Эль-Нассара крестьянство султаната остепенилось, собирало с земель богатые урожаи и денежки мощным потоком потекли в руки крестьян. Тут бы им не мешать богатеть, а стоять рядом и советовать, что сеять в полях, а что не сеять, принимая во внимание государственную заинтересованность. А этот индюк начал говорить, что этим богатством крестьянство обязано в ноги кланяться Повелителю, в результате крестьянство повернулось к руководству султанату одним задним местом. Теперь они хотят сами вершить свои судьбы, а об обещаниях будущей райской жизни даже не хотят слышать. Поэтому, когда стал вопрос, кого назначить командиром призрачной стражи, то окружающие царедворцы развели руки и отвели взгляд. Борг или капитан Фенрих справились бы с этим делом, но они очень нужны в столице, некому тогда будет держать в ежовых рукавицах преступников. Эль-Нассар по браслету связался с министром внутренних дел Боргом и сказал:

       - Не слишком ли много времени ты тратишь на этого Файеза, каждый день допрашивая его и не получая никакой достоверной информации?

       - Повелитель, я не могу прекратить эти допросы, каждый раз он мне сдает кого-то из своих людей. Я хорошо почистил министерство, но людишек Файеза в нем пока остается много и конца и края им не видно. К тому же мне некем их заменять, приходится звать на службу старых друзей или ребят из призрачной стражи, ветераны еще соглашаются, а молодые ни в какую. Но я согласен с тобой в том, что до серьезного разговора мы с Файезом еще не дошли и он отделывается мелочью, за свою измену, а мне так не хочется тащить его на дыбу. - Сказал Борг в ответ.

       - Договорись с Ивонн и вместе с ней поговори с ним. Она опытная магиня и отлично знает свое дело в таких вопросах. - Посоветовал Эль-Нассар.

       - Если, мой Повелитель, не будет возражать, я разговаривал с придворным магом и уже получил ее согласие на совместный разговор с бывшим министром. - Ехидным тоном продолжил разговор Борг. - Разговор запланирован на ближайшие часы.

       Попрощавшись с министром Боргом, Эль-Нассар отключил браслет и вновь углубился в свои мысли, размышляя о том, кого назначить командиром призрачной стражи в Аннуаре. Если маркизу Алистану подчинить городскую стражу, что, в принципе, было бы разумным, его служба дознания могла бы заниматься вылавливанием внутренних и внешних врагов государства. При зрелом рассуждении, внутренний преступник - вор, конокрад, мошенник наносит немалый ущерб гражданам, значит и государству тоже, а внешний преступник - шпион наносит моральный и материальный ущерб государству, залезая в карман граждан налогоплательщиков. А господина капитана Фенриха тогда можно было отправить в лагерь под Аннуаром, вернув на должность капитана призрачной стражи, правда, пока этот паренек совсем молод, чтобы стать во главе дивизии. Но молодость, это дело такое, быстро проходящее и, если капитан к определенному времени наберется опытом руководства крупными войсковыми подразделениями, почему бы ему тогда не стать армейским полковником?!

       Приняв окончательное решение по этому вопросу Эль-Нассар поднялся из-за стола и направился к выходу из кабинета. Восточная Империя приняла недавно нового чрезвычайного посла графства Корнуэл Западной Империи. Этот посол выразил специальное пожелание встретиться с Повелителем султаната Гурам. Верховный Правитель поддержал просьбу посла и посоветовал Эль0Нассару встретиться с этим человеком.

       Ивонн Де ля Рунж в сопровождении своего секретаря подходила к пыточной комнате второго этажа тюремного каземата замка в точно указанное время, как и было заранее обговорено с Боргом. У самого порога каземата она легким кивком головы отпустила парня, и она не хотела, чтобы он зря потерял время, наблюдая за ходом допроса Хусейна Файеза. Пыточная комната тюремного каземата была пуста, когда она зашла в эту комнату. Это собой тюремная камера площадью примерно в двадцать квадратных метров и с очагом в одном из углов для накаливания инструментов пытки и поддержания тепла. Сами пыточные инструменты были несколькими рядами развешены на стене у очага. Очаг уже вовсю полыхал огнем, пламя азартно пожирало да здоровущих полена, брошенных в топку одним их тюремных надзирателей. Ивонн подошла к очагу и, протянув руки к огню, почувствовала, как упоительное тепло стало поступать ее в тело, одновременно ощущая, пробуждается сила магии. Она отдалась этим волшебный ощущением и всеми силами пыталась изгнать из памяти лицо Эль-Нассара, который хотел ее поцеловать. Увлекшись борьбой с воображаемым Повелителем султаната Гурам, она не заметила, как Борг тенью скользнул в пыточную камеру и с глупой улыбкой на губах стал рассматривать ее фигуру на фоне языков пламени очага.

       От этого увлекательного зрелища его отвлек пыточных дел дьяк-протоколист, который с особым скрипом приоткрыл дверь комнаты, до этого момента дверь вообще не скрипела, грузно уселся за маленький столик, который стоял у стены рядом с дверью, громко и демонстративно отсморкался и произнес простуженным голосом:

       - Введите арестованного.

       Дверь с таким же противным скрипом, как до этого у дьяка, приоткрылась и в комнату вошли два городских стражника, впереди которых гордо вышигавал Хусейн Файез с руками, сведенными и связанными за спиной. Торжественная поступь стражников прервалась, они замерли на месте и растерянно стали оглядываться кругом, пока один из них не вымолвил:

       - Ефимыч, а где же Егорыч, наш палач то? Где дыба? Куда ж этого засранца девать, на что его вешать то? - Недоуменно спросил он.

       - Егорыч сегодня отдыхает, у него и так работы по горло, нужно и ему иногда отдыхать. Дыбы сегодня тоже не будет и допрашивать его будут эти люди милостивая государыня и милостивый сударь. - Ефимыч кивнул в сторону Ивонн Де ля Рунж и Борга. - Куда прикажете девать арестанта, господа? - Голосом прожженного придворного спросил дьяк-протоколист.

       Ивонн беспомощно осмотрелась кругом, пыточная комната была абсолютно пуста, за исключением столика для дьяка в ней не было другой мебели. А Хусейн Файез стоял посреди комнаты и нагло щурился на нее, он слышал, но впервые увидел своими глазами новую магиню султаната. Сделав небрежное движение рукой, в результате чего из пола начал вырастать и формироваться кряжистый дубовый стол с двумя крепким стульями и в полутора метрах от него мягкое кресло с подлокотниками и спинкой.