Наталья Смыгина - Невеста для Князя Страница 67

   - А что высокочтимая ведьма, претендующая на титул Верховной, не знает этого? - язвительно спросил рыжеволосый.

   Тон его мне не понравился, более того я разозлилась. Я пристально оглядела чародея и довольно хмыкнула. Сквозь наложенное заклинание отвода глаз явственно проступал свиной пятачок! Ха! Вероятно, попался под горячую руку в потасовке изобретательной ведьме. Я легонько мысленно коснулась заклятья и узнала чары Энеи. Не удивлюсь, если и хвостик у него есть! Так ему и надо!

   Чародей с неприязнью передернул плечами, поняв, что я увидела его истинный облик.

   - Так я дождусь разъяснений или еще время потянем? - ласково спросила я.

   Происходящее нравилось мне всё меньше и меньше. Ещё меньше мне понравилось мелькнувшее на лице Евпатия виноватое выражение.

   - Римма, посредством заклинаний мы введем в транс тебя и Амарана, - начал Евпатий. - Вы покинете тела и перейдете в мир духов - ты, Амаран, Эмор. Тебе предстоит изгнать Эмора из нашего мира, убедить его вернуться в свой.

   - Как мило! - "умилилась" я. - Что значить "убедить"? Словами "кыш, шалун нехороший"? И ерунда какая-то получается: изгнать дух в мир духов, находясь при этом в мире духов! Уж разъясните мне недогадливой - каким же образом?

   - Эмор сейчас в нашем мире находится, но он часть мира духов. А ты, покинув тело и став духом, останешься частью этого мира, - пояснил Евпатий, а рыжеволосый с поросячьим пятачком издевательски хмыкнул, пробурчав под нос: "Тоже мне ведьма!"

   Ссориться перед ритуалом не хотелось, поэтому я подавила в себе желание наградить наглеца еще и копытцами, пусть поцокает, пока вести себя не научится!

   Евпатий стал рассказывать о ритуале. Пятеро, владеющих силой, встанут в вершины пентаграммы, в центре которой расположимся мы с Амараном. С помощью зелья и заклинаний нас введут в транс.

   - Когда дух твой и дух Эмора покинут тела, мы приоткроем дверь в мир духов, и тебе предстоит вернуть туда Эмора, - пояснил Евпатий.

   - Вопрос "как" по-прежнему остается открытым, - прокомментировала я.

   - Есть два пути: уговорить и заставить, - продолжал Евпатий. - Заставить его войти в тело жертвенного животного.

   - А? ... и где несчастное животное? - спросила я.

   Один из чародеев вытащил из-за спины мешок и вытряхнул оттуда маленького черного козленка.

   - Жалко его... А как я вернусь в своё тело? - спросила я, стараясь не смотреть на козленка, принявшегося щипать траву, косясь на нас желтым глазом.

   - Как только дух Эмора покинет наш мир, Амаран очнется, и мы начнем ритуал твоего возвращения, - пояснил Евпатий.

   - А где дух Амарана?

   - Он, после поражения в поединке, висит между мирами, и пока дух Эмора в его теле, чаша весов не может качнуться ни в ту, ни в иную сторону. Между жизнью и смертью, - пояснила Яга, опередив чародея.

   Яга тщательно осматривая пентаграмму, чуть шевеля губами читая тайные надписи и знаки. Чародеи переминались с ноги на ногу, выражая нетерпение.

   - Осталось только познакомиться, и приступим? - усмехнулась я: как-то не хотелось доверять свою жизнь совершенно незнакомым чародеям. А зная имена, я смогу защитить себя от - нет, не предательства, так далеко бы они не пойдут, - от небрежности с их стороны в заклинаниях возвращения. - Хочется знать, кому себя вверяю.

   - Вполне законное желание, - веско сказала Яга. - Странно, что в школе чародейства науку вежества отменили, - добавила она, смерив многозначительным взглядом каждого из чародеев.

   Те стушевались под её взглядом. Надо и мне научиться так наглецов одним взглядом на место ставить.

   - Дар.

   - Ставр.

   - Ратон, - последним представился рыжий и презрительно стряхнув несуществующую пылинку с плеча небрежным жестом добавил, - Теперь, полагаю, можем начинать?

   "Вот закончим с ритуалом и одарю его копытцами!" - недобро подумала я. Баба Яга шепнула несколько слов воеводе, молчавшему до сих пор и стремительно, с такой прытью, которой чародеи от неё не ожидали, заняла место в одной из вершин пентаграммы.

   - Это никуда не годиться! - завопил Ратон. - Ты нарушаешь все правила, ведьма!

   - Отчего же? - усмехнулась Яга. - Али ты в моей чародейной силе сомневаешься, али я меньше твоего о ритуале знаю? А ты, Римка, времени не теряй зря, - обратилась она ко мне и, подбоченясь, оглядела чародеев. - Али дурное что задумали и боитесь, что я вам помешаю? Так я Римку в обиду не дам! И тебя, ржавый, до ритуала не допущу, ибо душа твоя злобой и завистью, как шуба молью, подточена!

   Пока Яга препиралась с чародеями, я старательно плела заклинание, связывая себя и чародеев. "И пока дух мой не вернется в моё тело, не выйти Ставру, Дару, Евпатию и ... Въярду (определила я пятого участника ритуала) из знака пентаграммы! Да будут слова мои крепки как ключи подземные!"

   - Пора, братья! - веско произнес Евпатий. - Баба Яга, как сестра по силе имеет право участвовать в ритуале. А ты, Ратон, останься наблюдать, чтоб чужой кто на поляну не прошел.

   Яга усмехнулась каверзно, и, вытащив из кармана что-то, швырнула это в Ратона. Возмущенный возглас и - большой розовый поросенок повизгивал, запутавшись в полах длинной хламиды чародея.

   - Это никуда не годиться! - возмутился молчавший до сих пор Ставр.

   - Хороший охранный кабанчик, - пояснила Яга, - никого на поляну не пустит и с поляны не выпустит, пока Римка из знака пентаграммы не выйдет! - и подмигнула мне.

   Чародеи переглянулись и не нашли что возразить.

   Я вошла в центр пентаграммы и устроилась рядом с лежащим придворным магом, справа от него уложили усыпленного козленка. Чародеи встали в вершинах пентаграммы. Я повернула голову и бросила взгляд на стоящего в стороне, у камней Яромира и слабо улыбнулась. Воевода, сжав руки в кулаки так, что побелели костяшки пальцев, ответил мне говорящим ярче любых слов пронзительно-любящим взглядом.

   Евпатий протянул мне маленькую глиняную чашку с темной, не имеющей запаха жидкостью.

   - До дна? - глазами усмехнулась я, стараясь уловить запах, и выпила одним долгим глотком.

   Чародей кивнул мне головой и влил такой же настой в рот придворного мага. Потом занял своё место в вершине пентаграммы. Чародеи и Яга подняли ритуальные кинжалы и несколько капель их крови оросили начерченные на земле тайные знаки. Голубоватый чуть мерцающий свет от пентаграммы усилился, ударяя в небо столпами света. Мир за очерченными границами подернулся рябью, словно вода в озере. Голоса речитативом читающие заклинания постепенно отдалялись, "водная" рябь усилилась. Внезапно я ощутила жгучую горечь во рту от выпитого настоя, и желудок свело судорогой. Сильная пульсирующая боль распространилась по всему телу. Больно! Я закашлялась. Грудь сдавило, словно стальным обручем. Голова закружилась, весь мир вокруг закружился в водовороте. Захотелось закричать, но голоса не было.