Дэн Черненко - Пираты Черных гор Страница 64

Уцелевшие ментеше бросились врассыпную, и лишь небольшому количеству из них удалось спастись.

Грас махнул трубачам, и они сыграли сигнал «Осадить лошадей». Постепенно животные замедлили бег. Бока лошади Граса вздымались от тяжелого дыхания; она нагнула голову, чтобы пощипать немного травы.

– Очень ловко, ваше величество! – крикнул Гирундо с ухмылкой на лице.

– Ты имеешь в виду эту маленькую стычку или то, что я умудрился не свалиться с лошади? – поинтересовался Грас.

Ухмылка на лице генерала стала еще шире.

– Выбирайте, ваше величество, что вам больше понравится.

– Я горжусь, что остался в седле и даже продолжаю в нем оставаться, – сказал король. – Эта маленькая шайка ментеше не была чем-то особенным: расправиться с ними – все равно что разбить яйцо кувалдой. Они носятся по округе, разоряя и грабя местное население. Пока они не соберутся снова вместе, мы будем легко одерживать победы подобно этой.

– Чем от большего их числа мы сможем избавиться сейчас, тем о меньшем числе мы будем беспокоиться тогда.

– Я знаю. Поверь мне, я знаю, – сказал Грас. – И если даже мы сильно ударим по ним, они растекутся, как ртуть. Если мы прекратим преследовать их, вероятно, они возьмут нас в оборот каким-нибудь другим способом.

– Да, ваше величество, вы, безусловно, понимаете проблему, – отозвался Гирундо. – Теперь, если мы определимся, как решить ее...

Грас буркнул что-то себе под нос и похлопал свою лошадь по шее. Аворнийцы хорошо поняли проблему еще с тех пор, как несколько веков назад ментеше появились на юге королевства. Кочевники, с детства наученные ездить верхом и заботиться о своих стадах, просто были лучшими наездниками, чем аворнийцы. Они не только имели с собой мощные луки, но могли покрывать большие расстояния. Если бы аворнийцы не имели численного преимущества... Грас не хотел думать о том, что могло бы тогда случиться, и, заставив себя вспомнить нечто положительное, произнес:

– Во всяком случае, здесь мы решили ее.

– Решили, – кивнул Гирундо. – Сколько, однако, еще раз нам придется решать ее, прежде чем мы в конце концов не вытесним ментеше на другой берег Стуры?

– Я не знаю, – ответил король со вздохом. Смогут ли аворнийцы вытеснить людей принца Улаша за реку в этом году? Снова вздохнув, он продолжал:

– Другой вопрос, сколько вреда они принесут, прежде чем мы сможем выкинуть их прочь? Такого вторжения, как это, давно не было.

– Да, и мы оба знаем, почему, или думаем, что знаем, – заметил Гирундо.

Этот ответ не слишком обрадовал короля. До недавних пор Улаш производил впечатление разумного и миролюбивого человека, эти качества Грас раньше не связывал с ментеше. Но он и его народ поклонялись Низвергнутому – Падшей Звезде, как они называли его. Если падший бог приказал Улашу причинить неприятности Аворнису, Улаш не размышляя стал бы это делать – вне зависимости от того, каким разумным и миролюбивым он казался многие годы.

– Я думаю... – медленно произнес Грас.

– Что такое, ваше величество? – спросил Гирундо.

Я думаю, можем ли мы убедить Улаша, что лучше поклоняться богам на небесах, чем Низвергнутому.

– Сомневаюсь в этом. – Таков был ответ практичного человека. – Если ментеше все еще не определили, кто настоящие боги, мы не сможем научить их.

Скорее всего, он был прав, однако Грасу хотелось бы, чтобы он ошибался. Впрочем, Гирундо представлял все слишком просто. Король Олор, королева Квила и остальные были, несомненно, истинными богами. Это делало их сильнее Низвергнутого. Но он все равно оставался настоящим богом... или нет? Грас старался гнать эти мысли прочь.

В этот вечер где-то вдали гремели барабаны. Грас знал, что это значило – ментеше обменивались сигналами. Что кочевники сообщали друг другу? Король яростно впечатал сапог в земляной пол своего шатра. Он годами служил на юге, но так и не выучился понимать барабанный бой. И, насколько ему было известно, ни один аворнийец не разбирался в значении этих звуков.

Грохот барабанов продолжался всю ночь. Грас несколько раз просыпался и каждый раз слышал глухие или, наоборот, четкие звуки; иногда они почти пропадали. Барабаны внушали тревогу, не дававшую ему спокойно заснуть.

– Письмо от короля Граса, ваше величество, – сообщил курьер, протягивая Ланиусу свернутый пергамент.

– Спасибо, – сказал Ланиус с некоторым удивлением: он ничего не ожидал от Граса.

Взломав восковую печать, он развернул письмо.

«Король Грас приветствует короля Ланиуса, – прочитал он. – Не будешь ли ты столь любезен, чтобы оказать мне услугу. Говорится ли где-нибудь в архивных документах о сигналах барабанов, которые используют ментеше? Если ты можешь выяснить это, пожалуйста, дай мне знать как можно быстрее. Большое спасибо за твою помощь». Небрежная подпись заканчивала письмо.

Будет ответ, ваше величество? – спросил курьер.

– Да. – И Ланиус велел принести пергамент, ручку и чернила.

«Король Ланиус приветствует короля Граса, – в глубине души он по-прежнему считал Граса узурпатором. Но эти колебания не помешали продолжить письмо: – Я ничего не знаю о том, могут ли существовать документы с такими сведениями. Но я никогда и не искал их. Теперь я это сделаю и сразу сообщу, нашел ли я то, что ты хочешь». Он подписал письмо, заклеил его свечным воском, удостоверил своим кольцом-печаткой, а затем отдал курьеру.

– Отвези его Грасу. Я хочу, чтобы он знал: я сразу же займусь поисками.

– Да, ваше величество. Спасибо, ваше величество. – Курьер поклонился и поспешил прочь.

Все еще под впечатлением от послания, Ланиус отправился в архив. Никогда прежде Грас не просил его найти необходимые ему сведения. Сможет ли он справиться с этим? Ланиус надеялся, что сможет. Ни один аворниец не мог думать о разграбляемых южных провинциях без содрогания. Конечно, он мог все еще желать, чтобы Грас не носил корону, но его желание не имело ничего общего с тем, хочет ли он, чтобы Грас выгнал ментеше из королевства.

– Барабанные сигналы, – шептал Ланиус.

Он знал, где хранилось много старых пергаментов, касающихся, так или иначе, ментеше, и провел остаток дня, перебирая их, но ему не повезло. Тем более что документов оказалось гораздо больше, чем он думал. На следующий день он сразу после непродолжительного завтрака снова отправился в архив и не показывался оттуда до ужина.

Наступило еще одно утро, и Сосия крикнула ему вслед:

– Я надеюсь, что скоро увижу тебя.

– Правильно, – ответил Ланиус, который едва ли расслышал ее слова.

Сосия рассмеялась и покачала головой; состояние мужа, когда он переставал воспринимать окружающих, сосредоточиваясь на чем-то важном для него, было ей знакомо.