Стеф Свэйнстон - Год нашей войны Страница 61

Я облетел всю бухту, с ужасом глядя на плававшие в воде обугленные бревна и обезображенные трупы. Желтые пальцы пламени с хрустом сжимали деревянные внутренности кораблей. Дым, забивавшийся в нос, пах смолой. Корабль Тумана стоял на якоре в центре бухты, на достаточном удалении от горящих каравелл, и его отражение в воде слегка лишь колебалось. Я опустился пониже и внимательно рассмотрел появившиеся на его фалах сигнальные флажки. Их очередность означала фразу: «Это сделала Ата».

Я приземлился на корму флагмана, не зная, что лучше — вцепиться в поручни, рискуя в случае чего утонуть вместе с кораблем, или же предоставить океану шанс смыть меня за борт, после чего я моментально пойду ко дну. В действительности «Медовый канюк» находился в полной безопасности и невредим. Но как может что-то такое громадное и чересчур украшенное держаться на воде, не напарываясь при этом на подводные камни и морских чудищ? Как люди строят столь огромные суда? И как они умудряются куда-то плыть? Флагман спокойно стоял на якоре, подобно чистокровному скакуну.

Я перевел взгляд на обгоревшие бревна за бортом и заволновался настолько, что весь покрылся холодным потом. Оранжевое пламя, бушевавшее повсюду, бросало свои отблески и на палубу «Канюка».

— Туман, — начал я, сосчитав горящие корабли, — в проливе Травяного острова стоят четыре каравеллы. Если ты отправишься на подветренную сторону залива, то столкнешься еще с шестью. Это все, что я знаю. Я могу возвращаться?

— Да как же я туда отправлюсь? Мой флот превратился в пепел! Посмотри на мои корабли! Где эта сучка спрятала мою дочь?

— Дворец Микуотер. Теперь я свободен?

— Как она туда попала? По воздуху? А где Молния?

— Отстреливает Насекомых в Рейчизуотере. Пожалуйста, могу я наконец улететь прочь с этого корабля?

Туман перешел на наречие Равнинных земель. Судя по его выкрикам, он был уверен, что за ним кто-то охотится. У него на коленях сидела брюнетка с совершенно безразличным выражением лица. На ней были надеты вельветовые шорты, демонстрировавшие всем желающим слишком полные бедра. В раковине морского гребешка, служившей пепельницей, тлела недокуренная сигарета.

Сама раковина стояла на одной из моих карт, которая едва не рассыпалась от ветхости и постоянного использования. Я поймал себя на мысли, что малейшая ошибка при составлении этих карт, неточность в расчетахлли просто описка могли завести корабли на подводные скалы, и сотни человек утонули бы, а я даже не узнал бы о своей вине.

Лорд-губернатор Волнорез был облачен в длинный, тяжелый синий плащ, хотя было совсем не холодно. Он сидел, прислонившись спиной к мачте, обнимая своими мощными руками талию женщины и положив подбородок ей на плечо. На груди Морехода покоилась толстая золотая цепь.

— Расскажи об этом Сану, — распорядился он, обведя широким жестом усеянную обломками гавань. — Видишь, что сделала Ата, пытаясь вынудить меня пойти в Лоуспасс? Я потерял сорок кораблей и черт знает сколько людей! Хуже не бывает. Как вообще может император терпеть Ату в Кругу бессмертных, если она способна на такие проступки? И в такие времена! Пусть сидит и помирает с голоду на своем дерьмовом острове. Я вернусь в Перегрин и найду способ остановить ее.

Недавно прозвучавшее упоминание о Сиан напомнило о кольце, которое она мне дала. Зеленоватое колечко крепко сидело у меня на пальце, но я снял его и передал медного дельфина Туману.

— Девочка попросила меня вернуть тебе это.

Он непонимающе и даже зло посмотрел на кольцо, совершенно его не узнавая.

— Ну, — протянул он, пощипывая свою девку за дряблую задницу, — я даже и не знаю. Их было очень много. Капля. Море.

Толстуха захихикала и закинула голову назад, чтобы поцеловать воздух, наполненный вонью сгоревшей плоти.

— Нет, не девушка. Маленькая девочка. — Я добавил жест рукой, опустив ладонь до уровня колена.

— Нет, среди них не было такой маленькой, — парировал он.

Было ясно, что я зря трачу время, однако Сиан заслуживала терпения.

— Ты не помнишь это кольцо?

— Янт, я никогда раньше не видел этой штучки. Ты что-то путаешь — видимо, вколол себе слишком много.

Сильный замах, и Туман швырнул кольцо за борт. Оно тут же скрылось во тьме.

Как только оно вылетело из его руки, я пришел в движение, в долю секунды взмыв в воздух. Два взмаха наполовину расправленными крыльями — и вот я уже лечу вниз быстрее, чем падало бы кольцо, но я его не видел. Я изо всех сил устремился вперед и еще успел подумать, что падаю в море расплавленной бронзы. Вот, точечка — кольцо. Я резко вытянул руку и схватил его чуть раньше, чем оно успело удариться о воду.

Раскрыв крылья, я замедлил свое падение, но кончики маховых перьев все же скользнули по поверхности воды, подняв фонтанчики брызг. Боль пронзила поясницу. Я заставил себя успокоиться и начал глубоко дышать в такт взмахам крыльев. Понемногу я набрал скорость и стал подниматься вверх.

Корпус корабля был обит тонкими железными листами. Нос судна украшала деревянная женская фигура с выкрашенной в розовый цвет грудью. На корме слегка покачивалась красная лампа. Я быстро скользнул по воздуху между такелажем и мачтами. Ветра почти не было, так что мне пришлось тормозить исключительно крыльями, и они выгнулись, как паруса в шторм. Я слишком жестко приземлился на палубу, и удар сразу отозвался в коленях. Я пробежал еще немного, постепенно замедляясь, и перешел на шаг.

Меня всего трясло, но кольцо Сиан было крепко зажато в кулаке.

— Ублюдок! Урод! Туман, ты же знаешь, я не умею плавать. Черт.

Подружка Морехода высвободилась из его объятий и изумленно уставилась на меня — на непривычную окраску моих крыльев и мои риданнские глаза. В ее взгляде, как я и ожидал, было написано: «Что это, к чертям собачьим, такое?»

Туман достал из заднего кармана золотой портсигар, вынул из него сигарету и протянул мне. Потом он откинулся назад, и дымок от его сигареты растаял в воздухе, в то время как дым от сгоревшего шелдрейкского флота висел над нами темными кучевыми облаками. Я чиркнул спичкой и уже через секунду благодарно втянул в легкие едкую гадость.

Сиан, подумал я, что за сообразительная девочка. Я недооценил ее. «Передай это моему отцу», — сказала она. Теперь мне нужно выяснить, кто он такой.

ГЛАВА 15

Пол Тронного зала украшал ярко-бордовый ковер. Золотые нити переплетались в искрящийся рисунок, напоминавший то ли золотые листья, то ли перья, то ли движущиеся волны. А в воздухе висела сеть из синих точечек, которые на самом деле были просто моей галлюцинацией, приключившейся от слишком быстрого полета, а может, от исполнения переворотов назад на мокрой крыше, которыми я увлекся, чтобы произвести впечатление на Терн.