Ведьма жжёт или отбор для императора Страница 57

– Что? – я опять ничего не понял, но быстрым и тяжелым шагом двинулся вниз.

– Де Гринберг, – еле поспевал за мной гном, – выпустил в нее смертельное заклинание, а она, увернувшись, левитировала на рояле.

В ее духе. Узнаю стиль своей ведьмы.

– Ты сказал, ей плохо? – отбросил я мысли о де Гринберге.

Сначала надо узнать, как девушка.

– Он попытался еще раз, пока она выбиралась, но его перехватил ее фамильяр.

– Значит, она жива? – возгласил я вопросительным тоном.

– При смерти, Ваше Величество, – виновато заключил секретарь, – и фамильяр совсем плох.

– Зови скорей Улиссу и вторую, – пощелкал я пальцами, – как ее, Блэр.

– Они уже там, Ваше Величество.

Мы подошли к месту происшествия.

Милир наклонился над головой Лисси и что-то шептал. Ведьмы занимались фамильяром.

– Как она? – спросил я дознавателя, тоже опустившись на колени и склонившись над ней.

Но мне ответила Улисса.

– Ваше Величество, – она присела, – Лисси надо переместить в покои и следить, чтобы не вставала. С ней все будет в порядке.

– Ты уверена? – мрачно спросил я, смотря в ее белое лицо. Ни кровинки.

– Она истощена магически, – вздохнула главная ведьма. – Герман перехватил основной удар, но они оба очень сильно связаны.

– Что это значит?

– Герман почувствовал неладное и связался с нашими фамильярами, – Улисса указала на себя и вторую ведьму, – они сплели свои магические потоки, так что заклятье било по всем троим. И немного ударило по нам с Блэр.

– И? Продолжай дальше, не останавливайся! – подгонял я свою главную проклятийницу.

– Это спасло им жизнь. В особенности ее фамильяра, – она повернулась к лежащей ласке. – Надо, чтобы их никто не тревожил и не нарушал мои указания, чтобы магия вернулась.

– А может не вернуться? – дернул я бровью.

– Да, – виновато вздохнула та, – заклятие их полностью иссушило.

Это плохо. Она без своей сущности зачахнет. Я уже неплохо изучил ее характер.

– Будет ей полный покой, – со злостью выговорил я.

Аккуратно взяв Лисси на руки, медленно с ней встал.

– Положи к ней фамильяра, – велел я Улиссе. – И следуйте за мной. Все! – Обвел грозным взглядом всех присутствующих.

Девушку нес как свое главное сокровище, стараясь не дергать во время подъема по лестнице.

Огромной толпой мы дошли до моего личного коридора. Милир предупредительно отворил дверь в ее спальню.

– Нет! – Отрезал я и двинулся в свои покои, – Временно она разместится у меня!

– Может разразится скандал, – тихо заметил дознаватель.

– Мне плевать! – ответил я угрожающим тоном. – А с тобой я еще поговорю! – выплескивал злость на дракона.

Положив в свою постель, немного успокоился. Над ней тут же начали колдовать ведьмы. Я дал распоряжения о том, чтобы известили ее подругу Коралину Мартинс. А также заставил Карганса оббегать весь дворец и принять клятвы о неразглашении этого инцидента. До поры, до времени пусть это останется в тайне.

Зайди ко мне вечером, Милир, – кивнул я другу, – надо разобраться с де Гринбергом, все расскажешь.

– Хорошо, Ваше Величество, – ответил тот и покинул мои комнаты.

Ведьмы тоже разошлись, написав мне целый список того, что нужно делать, пока она не пришла в себя и ее нет рядом.

– Улисса, Блэр, – подозвал обоих, – очень прошу, выходите и Лисси, и ее фамильяра, – взглянул на них, лежащих неподвижно, – и верните магию. Выполню любое ваше желание.

– Конечно, – поклонилась главная ведьма.

– Хорошо, – ответила вторая, – мы будем очень стараться.

И вышли за дверь.

Радует, что никто не задавал лишних вопросов о том, почему я сам решил ухаживать за распорядительницей.

Сев рядом с пострадавшей, откинул ее волосы и долго всматривался в лицо, подмечая все царапинки и ссадины.

Плохая была мысль позвать Лисси распорядительницей. Не мудрая. Теперь девушка меня боится, не воспринимает всерьез. А еще и так сильно пострадала.

Омер де Гринберг, ты мне за все ответишь!

Через некоторое время я оторвался от созерцания ведьмочки и направился в свой кабинет для встречи с дознавателем. Последнее время он меня сильно злил и разочаровывал. Но, скорее всего, во мне говорила ревность. Такое это склизкое, мерзкое, но выворачивающее всю душу чувство.

– Не нашли де Гринберга? – с ходу спросил я, когда передо мной предстал Милир.

– Нет, Ревенер, – покачал тот головой.

– А дочь? – я вскинул брови.

Будет очень жаль, если вся семья оказалась гнилой. Род де Гринбергов древний, не старший конечно, но тоже с богатой историей.